Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы - Сергей Евгеньевич Глезеров

Чуть позже, в самом конце 1870-х гг., теннисный корт устроил обрусевший англичанин Дмитрий Гибсон на своей даче в другом предместье столицы – в Лигове. Гибсон являлся владельцем хорошо известного в Петербурге Калинкинского пивоваренного завода, а потом стал членом руководящего комитета Лахтинского лаун-теннис-клуба.

Этот первый теннисный клуб России появился в Лахте 6 августа 1888 г. В печати сообщалось, что он возник по инициативе г-на Вебба. Исследователь истории Лахты Николай Михайлов считает, что, по-видимому, имелся в виду Вальтер Вебб, числившийся преподавателем Императорского Александровского лицея, училища при лютеранской церкви Святой Екатерины и Морского училища. Поначалу в Лахтинский лаун-теннис-клуб входило всего несколько человек, а спустя двадцать лет в нем уже было 28 действительных членов, 19 несовершеннолетних членов-посетителей и 16 дам.

Почетным членом клуба с 1900 г. являлся владелец лахтинского имения граф Александр Владимирович Стенбок-Фермор – он учился в Пажеском корпусе, потом, будучи корнетом лейб-гвардии Гусарского полка, приобрел славу лихого спортсмена. Кроме того, он был известен и как страстный любитель псовой охоты, недаром в состав его графского хозяйства входили два охотничьих дома. Правда, с финансовыми делами ему не везло – он растратил все состояние и погряз в долгах. «Он еще до войны покинул Россию, – вспоминал граф А.А. Игнатьев, – и… на старости лет сделался весьма популярным лицом среди парижских шоферов. Его знание автомобильного дела и поражающая французов неподкупность помогли ему сделаться чиновником по выдаче разрешений на право управления легковыми машинами в Париже…»

На иллюстрации из журнала «Нива» 1882 г. – одна из первых зарисовок игры в лаун-теннис. 1911 г.

Впрочем, вернемся к лаун-теннис-клубу. «В клубном помещении имеются мужская и дамская комнаты, веранда и помещение для сторожа, – сообщалось в спортивной печати. – Членский взнос для мужчин 10 руб. в год, для дам – 7 руб., для малолетних, играющих до 5 часов дня, – 5 руб. Со всех играющих, исключая детей, взимается за мячи по 3 рубля в год».

Лаун-теннис-клуб в Лахте являлся не только спортивным очагом, но и одним из культурных центров. Кроме регулярных спортивных состязаний в клубе устраивались танцевальные и музыкальные вечера, а в плохую погоду в клубном павильоне играли в пинг-понг. Надо сказать, что лаун-теннис был вообще очень популярен в Лахте. В 1891 г. в другой части поселка появился еще один лаун-теннис-клуб – «Клеверный листок». Среди его председателей был Владимир Васильевич Шауб – брат известного петербургского архитектора.

Долгое время, до 1907 г., бессменным чемпионом Лахты по лаун-теннису являлся представитель Лахтинского лаун-теннис-клуба Лев Лоренц, последние пять лет XIX в. он считался одним из лучших игроков России. Именно благодаря ему Лахтинский клуб получил широкую известность. Затем первенство перешло к игрокам «Клеверного листка». Другим известным теннисистом, выросшим в Лахте, был молодой Евгений Кудрявцев – впоследствии чемпион Советского Союза.

«Сезон лахтинские теннис-клубы открывали торжественным поднятием флагов в начале мая, с появлением первых признаков дачной жизни, и заканчивали глубокой осенью, – отмечает историк Николай Михайлов. – Белые костюмы теннисистов, мелькавшие между сосен, в начале XX в. стали неотъемлемой частью лахтинской жизни. В 1911 г. в обоих лахтинских клубах насчитывалось 217 взрослых игроков, в теннис играло практически все дачное население Лахты, а посмотреть на соревнования теннисистов собиралось еще больше публики местной и приезжей».

Важнейшей вехой в истории обоих клубов стал 1913 г., когда отмечалось 25-летие Лахтинского лаун-теннис-клуба. К этому юбилею для него было выстроено новое клубное здание по проекту архитектора Льва Серка – тоже члена клуба. Его освятили в начале июня, а спустя полтора месяца произошло освящение и нового строения для «Клеверного листка». Оба здания не сохранились: здание «Клеверного листка» сгорело в 1920-х гг., а Лахтинский клуб разобрали в середине XX в.

На XXV юбилейном состязании собрались лучшие игроки петербургских клубов. Торжества начались 6 августа 1913 г. завтраком, танцевальным вечером и началом клубных состязаний, в которых приняли участие спортсмены восьми лаун-теннис-клубов. Победителем открытого чемпионата Лахты среди клубов стал Крестовский лаун-теннис-клуб.

К началу 1910-х гг. в Петербурге было уже двадцать лаун-теннис-клубов (третья часть всех лаун-клубов России!). Большая часть их находилась в дачных окрестностях столицы – в Коломягах, Озерках, Павловске, Парголове, Териоках, Сестрорецке и т. д. Эти клубы становились не только очагами спортивной жизни, но и местами культурного времяпрепровождения. Кроме игр и турниров в них проводились танцевальные и музыкальные вечера.

Серьезным толчком к развитию спортивных обществ и организаций в нашей стране явилась прошедшая в августе 1909 г. в петербургском Михайловском манеже «Российско-шведская выставка физического развития и спорта». К примеру, среди новых клубов, возникших на этой «послевыставочной» волне, стал Гатчинский лаун-теннис-клуб. Одним из его организаторов стал известный петербургский спортсмен Николай Александрович Панин-Коломенкин. Увлечение лаун-теннисом не обошло его стороной: в этом виде спорта Панин-Коломенкин также достиг неплохих результатов и проявил организаторские способности.

«В 1909 г. я усиленно играл в лаун-теннис в „Крестовском клубе” и на даче у одного приятеля в Гатчине, – вспоминал он, – нам пришла в голову мысль, что если в ближайших окрестностях Петербурга – Лахте, Парголове, Павловске – могли существовать лаун-теннис-клубы, то почему бы не быть клубу в Гатчине, где и местного населения много, да и в дачниках нет недостатка?»

К тому времени многие гатчинские дачники уже устроили у себя небольшие частные корты, однако это мало способствовало развитию игры и поднятию ее техники. На таких кортах у игроков отсутствовала разнообразная смена противников. В условиях клуба все должно было выглядеть совершенно иначе. «Недолго думая, мы принялись за дело, – вспоминал далее Панин-Коломенкин. – Нам удалось добиться у дворцового управления аренды на удобную площадку, находившуюся против станции Варшавской железной дороги, и заинтересовать группу лиц, согласившихся стать пожизненными членами нового клуба с единовременным членским взносом по 100 рублей. Это дало нам средства на первоначальное оборудование».

На собранные деньги организаторы Гатчинского лаун-теннис-клуба купили на одной из строительных выставок деревянный павильон в модном тогда стиле модерн, перевезли его в Гатчину. Здесь его собрали рядом с арендованной площадкой и превратили в «штаб-квартиру» нового клуба, устроив все удобства для спортсменов – водопровод и душ. Площадку для игры в лаун-теннис выровняли, и тот же подрядчик, что работал для Крестовского лаун-теннис-клуба, сделал несколько хороших кортов. Цветами Гатчинского лаун-теннис-клуба определили синий и желтый.

Пожизненным председателем клуба избрали спортсмена Г. Сандерса, приложившего немало усилий к