Орлы в буре - Бен Кейн

убежден, что этим летом Германика еще можно победить – им нужна была

только подходящая местность. Несмотря ни на что, Мело нашел идеальное

место в нескольких милях отсюда. Воодушевленный, Арминий всю

применил немалую харизму к вождям. В результате в огромном лагере

остались тысячи воинов, жаждущих отомстить римлянам.

Его нога пульсировала от боли, и внезапно занервничав, Арминий

снова открыл глаза. Заплатит ли он ужасную цену за задержку осмотра

целителя? Хотя запаха не было и боль была терпимой, порез все еще мог

гноиться. За эти годы он видел, как бесчисленное количество людей заболело

и умерло от более мелких ран, чем его. Сначала они воспалились. Затем

следовали гнойные выделения и распространение покраснения вверх по

конечности. Затем лихорадка, сильный дискомфорт и гангрена.

«Боги, — взмолился Арминий, — не дайте мне так умереть». Иглы

боли вонзились ему в ногу, когда пришлось снимать последний слой. — Ну?

— потребовал он ответа.

Вместо ответа целитель, любезный марс, годившийся ему в отцы, поднес к ноздрям засохшие полосы ткани и глубоко вдохнул.

Арминий предполагал худшее. — Все плохо?

Целитель взглянул на Мело, стоявшего рядом с Арминием. — Он

всегда такой упрямый?

— Да, большую часть времени, — усмехнулся Мело.

Раздраженный, Арминий наклонился вперед, чтобы изучить свою рану, неглубокий порез, идущий по икре сбоку. Его края были темно-красными, но

ткани дальше были нормального цвета. Из пореза сочилась кровянистая

жидкость, но гноя не было видно. Облегчение наполнило его. — Все не так

плохо!

170

— Во всяком случае, пока нет, — сухо ответил целитель. Он ударил

Арминия по пальцам. — Не трогай!

Арминий сдержал свой гнев. Целителей было слишком мало, чтобы

справиться с огромным количеством раненых воинов, а этот человек

считался лучшим из всех.

Целитель провел кончиками пальцев по линии разреза. Он улыбнулся, когда Арминий зашипел от боли. — Ты чувствуешь. Хорошо. А здесь? — Он

нажимал на ткань на расстоянии трех пальцев дальше.

— Больно, но не так сильно.

— Здесь? — Целитель достиг задней части колена Арминия.

— Ничего. — Он изучал лицо целителя. — И это хорошо?

— Все идет хорошо, учитывая, что ты только и делал, что спал. Я бы

посоветовал тебе прилечь, когда это будет возможно.

— Это легче сказать, чем сделать, когда есть армия, которую нужно

собрать, и вожди, с которыми нужно встретиться, — возразил Арминий. —

Сколько времени потребуется, чтобы все зажило?

— В полной мере? Месяц. Десять дней до того, как перестанет

кровоточить, если ты не будешь слишком много использовать конечность.

Арминий саркастически фыркнул. — Я знал, что ты скажешь что-нибудь в этом роде. Боюсь, Германик не станет ждать.

Фыркая, целитель порылся в своей корзине. Открыв баночку с остро

пахнущей мазью, он нанес тонкий слой на порез. — Делай то, что должен, но

пойми, что чем больше часов ты проводишь стоя, тем больше вероятность

кровотечения и заражения.

— Я буду верхом на своей лошади.

Целитель бросил на него презрительный взгляд. — Это почти одно и то

же, и ты это знаешь. Что касается боя, ну…

— Я благодарен за твое лечение, старик, но отдыхать я могу не больше, чем летать, как птица. Армия Германика уже близко. Приближается еще одна

битва, и я должен быть там, чтобы возглавить племена. Если я не… —

Арминий остановился, не желая озвучивать растущее в его сердце

беспокойство, что его воины, разгромленные два дня назад, могут не

победить, когда армии снова сойдутся. — Обработай рану, как можешь, и

пусть боги сделают все остальное.

Поворчав еще немного, целитель наложил свежую повязку. — Этого

хватит на день – если ты отдохнешь. Если ты этого не сделаешь, они вам

пригодятся. — Он вручил Мело три рулона ткани и небольшой горшочек с

мазью. — Ты знаешь, что делать?

— Да, я перевязал несколько ран, — сказал Мело.

171

Колени целителя хрустнули, когда он встал. — Тогда моя работа

сделана.

— Позволь мне заплатить тебе, — сказал Арминий, потянувшись за

своим кошелем.

— Победа над Германиком – вот и вся награда, что мне нужна. — Боль

исказила лицо целителя.

— Ты потерял семью в прошлом году? — спросил Арминий. Страдания

племени марсов, когда легионы вошли на их территорию, были ужасны.

— Жену. Тридцать два лета мы были вместе.

— Мою жену