Девятое правило дворянина - Александр Герда

— Соколов, сегодня же забираешь свою группу и покидаешь расположение лагеря.

— Как это? Вообще-то я думал, что завтра мы с остальными селами закончим, а потом нас на новую территорию перебросят. Что-то не очень справедливо получается, господин бригадир 1-го класса, как самую сложную работу делать, так вроде бы нужны мы вам были, а теперь покидайте расположение лагеря…

— Ну, мало ли, что ты думал, Владимир Михайлович, — нахмурился Алабин. — Индюк вот тоже все думал, да в суп попал. Да я здесь и ни при чем, граф… Ты приказам подчиняешься, я тоже приказам подчиняюсь, а начальников у нас с тобой хватает.

— Конкретней можно, Константин Игоревич?

— Можно. Распоряжение мне насчет тебя и твоей группы пришло. Между прочим, с самого верха. В дальнейших боевых действиях тебе участвовать запрещено.

— Что так?

— Откуда я знаю? Тебе виднее, — пожал плечами Алабин. — А завтра в восемь утра тебя и Соловьеву ждут в Кремлевском дворце, понятно?

— Понятно, что здесь непонятного.

— Ну раз так, тогда не задерживаю, Соколов. Если дали вам возможность до утра поспать — пользуйтесь. Не тот момент, чтобы такими щедрыми предложениями разбрасываться.

— Благодарю за совет, Константин Игоревич, — кивнул я ему. — Удачи вам.

— И вам, Владимир Михайлович. Чувствую я, что вам она больше понадобится… Меня-то в Кремлевском дворце завтра в восемь утра никто не ждет, граф.

Глава 5

Великое Московское княжество.

Кремлевский дворец.

Кабинет Императора.

Общая тревожная обстановка, связанная с внезапным вторжением нечисти, конечно, очень сказалась на жизни города и главным образом тем, что пробок стало еще больше. Если раньше утром по Москве просто было сложно проехать, то сейчас эта задача стала практически невыполнимой.

Всему виной обилие техники и военных, которых можно было видеть повсюду. Если честно, я даже не думал, что у нас их столько есть в княжестве.

Все это при том, что город продолжал жить своей жизнью, а значит и остальной транспорт с дорог никуда не делся. Поэтому дороги как и прежде с самого утра были забиты машинами, как сельди в бочке.

Глядя на все это с высоты птичьего полета, я в очередной раз подумал о том, что прикупить себе вертолет было просто отличной идеей. Если бы не он, то это во сколько нужно было бы выезжать из Ясных Горок, чтобы наверняка к восьми в Кремлевском дворце оказаться? Судя по тому, что я видел — не иначе как с вечера вчерашнего дня, а то был риск опоздать.

Я был не один в своем мнении, Василиса, которая сидела рядом со мной, придерживалась точно такой же точки зрения. Кстати, она мне лишний раз напомнила, что я в свое время ей тоже советовал вертолет прикупить и теперь радовалась своей женской интуиции, которая ее не подвела и не дала совершить этот поступок.

Ну здесь я с ней полностью согласен. Иначе было бы у нас после свадьбы два вертолета, а это уж точно ни к чему — двух слонов, как на мой взгляд, нам вполне достаточно.

Когда мы прибыли в Кремлевский дворец, то нас сразу же встретили и без лишних расспросов повели по длинным коридорам. Навстречу нам то и дело попадались чиновники с хмурыми лицами, большинство из которых были в военной форме, хотя встречались и Мироходцы. Пересекаясь с ними взглядами, мы кивали друг другу, хотя практически всех из них я видел впервые.

Куда девалась былая неспешность этого места? Обычно по этим коридорам гости прохаживались гораздо медленнее. С интересом рассматривая всех, кто попадался навстречу и раздумывая, что бы этот дворянин или чиновник мог делать во дворце. Разумеется, еще и припоминая все слухи, которые были с ним связаны.

Особенно отличались этим дамы, которые раньше, как мне кажется, вовсе бесцельно бродили здесь в поисках приключений на свое мягкое место и сплетничая по любому удобному поводу. Теперь же представительниц женского пола мы не встретили вовсе.

Когда мы вошли в приемную императорского кабинета, часы показывали без пяти минут восемь. Увидев нас, ему доложили о нашем приходе и нам даже ждать не пришлось — нас пригласили сразу же.

В кабинете Императора кроме него самого были еще два человека и оба были нам известны. Василий Денисович Гринев и начальник особого отдела Уваров Федор Петрович. Я хорошо помнил его. Он в свое время представлял Салтыкову на той самой большой встрече, где она делала доклад насчет своего артефакта, благодаря которому и началась вся эта история с ключами…

Надо же, как быстро летит время. Кажется, что это было совсем недавно, буквально пару недель назад, а на самом деле пролетел год. Практически все ключи собраны, да и Салтыкова к Департаменту имеет уже весьма далекое отношение… Что поделать, все течет, все меняется…

— Госпожа Соловьева… Граф Соколов… — поприветствовал нас Николай Александрович и указал на несколько свободных кресел, которые стояли вдоль его стола. — Прошу садиться.

— Доброе утро, Ваше Императорское Величество, — чуть ли не хором ответили мы с Василисой и выбрали места поближе к нему.

— Хотите чего-нибудь? Чай, кофе? — спросил он.

Я отказался, а вот Соловьева попросила чашку кофе. У Василисы была привычка пить утром несколько чашек подряд, без этого она никак не могла проснуться. Зато потом в течении дня она пила кофе редко, а зачастую и вовсе обходилась без него.

Кофе принесли в кабинет так быстро, что создалось ощущение, будто слуги дежурят под дверью на всякий случай. Причем со всеми возможными вариантами напитков — мало ли чего захочется Николаю Александровичу или его гостям?

После того, как слуги вышли, и мы остались в кабинете одни, Император внимательно посмотрел на меня, затем на Соловьеву и вдруг усмехнулся.

— Ребята, а чего со свадьбой так долго тянули? Вот теперь придется сначала нечисть из княжества выгонять… Что за молодежь нынче пошла нерешительная?

— Так получилось, Ваше Императорское Величество, — ответила Василиса и красноречиво посмотрела на меня.

Вот я не понял, это что сейчас было? Я так понимаю, это Соловьева намекает, что как только ей предложение сделали, так она и согласилась, а я просто тянул долго? Ох уж эти девочки! Всегда мы крайние остаемся…

— Ну ладно, что поделать… — пожал плечами Император. — Значит придется сначала с нечистью разбираться. Месяцем раньше или месяцем позже — это уже существенной роли не играет.

— Будем стараться выгнать поскорее, Николай Александрович, — сказал я. — Мы вчера уже начали и получилось вроде бы неплохо.

— Да, Владимир Михайлович, мне уже доложили об успехах вашей группы, и я полностью с вами согласен — сработали просто здорово. Впрочем, как всегда. Собственно говоря, именно поэтому, вы сейчас в моем кабинете с Соловьевой и находитесь.

Он немного помолчал, а затем продолжил.

— Есть решение… Причем решение это не только мое, а целой группы специалистов, которое мы вчера выработали на оперативном совещании… Думаю выгонять нечисть из Великого Московского княжества мы будем без вас. Ну и без вашей группы, разумеется. С сегодняшнего дня вы в полном составе выводитесь из боевых действий.

Вот это нормальные такие новости с утра пораньше, нечего сказать… Нормально же сидели, разговаривали…

— Разрешите узнать за что попали в немилость, Ваше Императорское Величество? — попросил я. — Если, конечно, не государственный секрет. Мы с ребятами вроде бы ничего такого не делали и вреда Отчизне не наносили…

— Само собой, — кивнул Романов. — Даже более того, одна польза от вас. Вот поэтому и приняли мы такое решение.

В этот момент я почувствовал, что сидящая в соседнем кресле Василиса, тоже инстинктивно напряглась. Похоже, ей также совсем не нравилось то, что она сейчас слышала.

— Не горячитесь, граф. Поверьте, решение не самое простое для нас всех, — посоветовал мне начальник особого отдела. — Дайте закончить Николаю Александровичу.

— В общем, суть вот в чем, Владимир, — как ни в чем не бывало продолжил говорить Император. — Ситуация сложилась странная и главное дело в вашей ненаглядной невесте… С одной стороны, она нам очень нужна здесь и ее помощь часто неоценима, с другой же — каждое участие в бое, это риск ее потерять.

— На войне, как на войне… — пробормотал Гринев.

— Все верно говорит