Танец Грехов - Павел Калашников

Рыжебородый Николай рассмеялся, улыбчиво скаля клыки.

— Я уйду, — быстро проговорил Виктор и поднялся со стула. Голова его пошла кругом.

— Побежишь, — саркастично подхватил демон. — Осталась минута, уже меньше.

Виктор было хотел сорваться, но за стёклами увидел приближающихся охотников в чёрном.

— И… чего ты хочешь, демон?

— Будь уважительней, моё настоящее имя — Анатас, — демон откинулся на спинке деревянного стула. — Я помогу тебе. Более того, тебя перестанут искать. Сможешь вернуться к своим жалким охотничьим мечтам одолеть всех потусторонних тварей, чтобы исполнить такую же жалкую мечту о вендетте.

Виктор вздрогнул. Демон знал слишком много.

— Я тебе и сам докучать не буду, — демон взглянул на часы, — сорок секунд. Но…

За дверьми послышались шорохи и переговоры.

— Ты хочешь заключить контракт? — угадал Виктор, нервно осматриваясь.

— Смышлёный парень. Но это будет даже не контрактом, а скорее клятвой, очень незначительной.

Юноша кивнул. Выбора не было.

— Какова эта клятва?

Рыжебородый довольно развёл руками: — Поклянись, что цель твоя превыше жертв твоих.

— Клянусь, что цель моя, — он собрал силы. Дверь распахнулась, ворвались охотники. — Превыше жертв моих.

Они пожали руки. Хватка демона оказалась слишком прочной и казалась, будто кожа на руке мальчишки плавится.

Рыжебородый демон ухмыльнулся.

— Смотрите, одержимый! — указал один из охотников, обнажая клинок. — Одержимый, ловите его!

Мужчина опустошил последнюю кружку, утёр спадающую пену.

Виктор чуть не вскочил, но охотники промчались мимо. Миловидная официантка в ужасе выронила поднос, прежде чем на него рухнула её окровавленная голова.

— Господи-боже, — в ужасе проговорил Зверев. — Что ты натворил, урод?!

Но за столиком уже никого не было. Пока люди кричали в панике, парень вынырнул из общей суеты, стараясь не оборачиваться.

«Цель моя превыше жертв моих, — словно мантру повторял он себе, — цель моя превыше жертв моих…»

Глава IV. Азы

1

— Итак, сегодня наш с вами небольшой урок посвящён азам азов, — по плацу с угрюмым видом расхаживал старик, которому с виду было лет пятьдесят-шестьдесят. — А именно — энергии. Кто мне скажет, какие виды энергии бывают?

Возник лес рук.

— Ты, да ты, девчушка, отвечай, — указал старик пальцем на красивую, невысокую блондинку с блестящими лазуритом глазами.

— Энергия делится на два вида, — громко гаркнула она, — на демоническую и освящённую!

Старик удовлетворительно кивнул и сделал очередной круг по плацу, своими маленькими ониксовыми глазами сканируя каждого человека. Отрядов было всего два: женский и мужской, причем первый был примерно втрое меньше второго. Несмотря на разницу полов, оба из них были тише воды, ниже травы, особенно в те моменты, когда старик, щерясь ещё целыми зубами, злостно буравил их глаза.

— Верно, девчушка, всё верно, — опоздало бросил он и вынул трубку, будто украденную у самого Шерлока Холмса. — Однако, как всегда, недостаточно. Помимо этих двух видов, присутствует третий вид энергии — вековая, вечная или, если вам угодно — нетленная.

В рядах раздались сомнительные шепотки.

— Молчать, — процедил сквозь зубы мрачный учитель и вставил трубку в отверстие между двумя зубов. — Ещё хоть кто-то пикнет, и я лично отдам приказ насадить ваши дурные головы на пики.

— Можно подумать, у нас тут средневековье, — хохотнул беловолосый парень, толкнув своего соседа.

Ошибку он свою осознал только после того, как почувствовал неприятный перегар от курительной трубки.

— Прошу простить, — поник беловолосый, но тут же взвизгнул. Старик ловким движением вывернул мальчишке правую руку и бросил лицом прямо в снег.

— Скажи мне, безымянное отродье, какое право я давал тебе перечить мне на моих же лекциях?

— Никакого…

Старик вывернул парню ухо так, что тот заскулил словно собака.

— Напомни мне, безликое существо, кого ты смел оскорбить? Назови моё церковное имя, плебей!

Мальчишка не на шутку задрожал и нервно окинул взглядом застывшую в ужасе толпу. Большинство из них были наслышаны о том, каким в злости бывает Верховный Святейший Архиепископ.

— Соломон, — пробормотал беловолосый, потупив взгляд в снег. — Ваше церковное имя — Соломон.

— А ты, щенок, знаешь, что это имя значит и кто его носил до меня?

— Да, святейший, знаю…

Старик оглянул набитый новобранцами плац. Их было около девяноста человек, считай, целая армейская рота. И, подумалось Соломону, эти щенки должны знать своё место. А лучший способ это сделать — прилюдно наказать идиота.