Беседы о России - Константин Вадимович Ремчуков

можно начинать тратить и создавать свою станцию «Мир», и пускать туда хоть тысячу туристов, и брать с них 20 миллионов долларов. Но никто не скажет тебе больше из НАСА, не одернет окриком: «Что вы там делаете?» Хочется, чтобы не одергивали, а возможности нет. Так вот, эти возможности можно создать, только если проводить такую экономическую политику, при которой все будут работать, копошиться, решать свои задачи, деньги будут прирастать в бюджет, и тогда можно говорить: великая страна опять в космосе, полетим на Марс.

Константин Ремчуков в программе «От первого лица», 05.09.2001. Для хороших решений нужны знания

Радиостанция «Радио России». Ведущий — Наталия Бехтина.

Ведущий: Наш сегодняшний гость — Константин Вадимович Ремчуков, депутат Государственной Думы, заместитель председателя Комитета по природопользованию и природным ресурсам. Существует такая точка зрения, что вообще нет хороших или плохих политиков, умных или неумных, а есть действия, неправильные или правильные, хорошие или плохие. Как Вы считаете, это так на самом деле или все-таки многое зависит от людей, принимающих решения?

Ремчуков: Ну, конечно, действия — это результат чьего-то решения. Если действие неправильное, значит, и решение было неправильное, а решение — продукт деятельности мозга субъекта, который принимает решения. Поэтому я бы не отделял плохую политику от плохих политиков или хорошую политику от хороших политиков. Мне кажется, что такие категории, как «хороший», «плохой», более упрощенно описывают такую сложную действительность, как принятие решений в стране, в государстве.

Я думаю, что для хороших решений нужны знания. Здравый смысл тоже очень важен, кстати, потом, если будет минутка, я расскажу о последнем исследовании Йельского университета по поводу коэффициента интеллектуальности и прочих критериях ума. Но здравый смысл очень часто необходим там, где требуются специфические знания, а в менеджменте, в управлении, в макроэкономической политике он не подсказывает правильных решений. Но если есть жесткое научное решение и если ему следовать, то можно добиваться хороших результатов в экономике.

Из таких решений, которые сейчас у всех на памяти, — это дефолт, который случился три года назад. Дефолт явился результатом того, что предыдущая политика правительства, которое неадекватно оценивало цену рубля по отношению к доллару, держало его в валютном коридоре, набирало долги, — такая политика оказалась несостоятельной. Пришел политик Кириенко, он молодой, но все-таки взял на себя смелость сказать: все, мы не можем платить, не можем так жить.

С тех пор прошло три года, в стране наблюдается экономический рост, золотовалютные резервы необычайно увеличиваются с каждым месяцем, бьют все рекорды за всю историю России, сейчас уже, по-моему, больше 37 миллиардов долларов, выплатили более 16 миллиардов долларов внешних долгов, не взяв ни цента взаймы. То есть, казалось бы, решение было непопулярное, и все его ругали: и киндер-сюрприз, и так далее… А с точки зрения экономического роста, я вам могу сказать, и меня никто не переубедит, Сергей Кириенко — отец экономического роста. Вы знаете, так же говорили про Эрхарда. И то, что у нас создаются рабочие места, и ВВП растет, и промышленное производство растет, и рекордный урожай в сельском хозяйстве. Просто мощнее стал отечественный товаропроизводитель — вот решение, которое не было очевидным, но оно было научным: курс был явно завышен, и ЦБР все силы бросил на его удержание, а спекулянты вели свою политику на его подрыв, работали на подрыв. Это один из примеров, которые все мы наблюдаем в течение трех лет.

Ведущий: Тогда если говорить о правильных и неправильных решениях, то, вероятно, проблема, которая горячо обсуждалась на Госсовете буквально несколько дней назад, когда речь шла о реформе образования, о том, что интеллектуальный уровень нации, безусловно, должен подняться, это как раз из области правильных решений. Сосредоточиться на образовании, на школе, на вузовском образовании — это, на ваш взгляд, такое решение, которое ни у кого не вызывает никаких сомнений, и это, наверное, одно из тех решений, которое может привести к дальнейшему росту экономики и улучшению жизни?

Ремчуков: Да, потому что это из тех категорий, которые влияют на качество жизни, не только количество, а качество жизни, это образ жизни. Хорошее образование формирует другие потребности у людей, и поэтому мы формируем целый шлейф этих потребностей в будущем. То есть дети вместо наркотиков тянутся к искусству, вместо алкоголя тянутся к спорту, и вся их жизнь выстраивается по-другому.

Я внимательно следил за этой дискуссией Госсовета, выступлениями президента и правительства. Касьянов выступал по поводу учебников. Все-таки мне кажется, что один из главных компонентов этого реформирования — резкое повышение зарплаты учителям. Я понимаю, что повышать зарплату надо всем, но если люди не будут стремиться достойным образом зарабатывать себе на жизнь, то они будут стремиться либо в другие сферы деятельности, либо будут с прохладцей относиться к своей работе, потому что они будут стараться подработать где-то. Для школы это убийственно. Школа — это, прежде всего, учителя, которые добросовестно проверяют домашние задания, которые готовятся к урокам… И конечно, нужен контроль за учителем.

Я на личном опыте скажу: у меня сын ходил в школу номер 1214 на Мосфильмовской улице. У меня и старший сын ее оканчивал и младший сын. Это английская спецшкола. Вот то, что я два года назад видел в этой школе! Многие в провинции, в регионах думают, вот московское образование… Если бы вы знали, друзья, что в центре Москвы творилось! То есть их отпускали с уроков, не говоря родителям, перевели в какую-то четвертую смену, там якобы ремонт шел. Они сидели в овраге, в 12 лет пили, курили, так как не было занятий. Мы-то думали, что они ушли в школу, а они сидят в овраге. Это же не тот вопрос, который Путин должен решить. Это вот оно под носом, это Западный округ. Это органы, которые должны контролировать школу. Или дети в 12 лет едут на экскурсию Куликово поле смотреть с классным руководителем и напиваются там. И потом всю дорогу классный руководитель ведет торг с этими детьми о том, сообщить или не сообщить родителям. И не сообщает родителям, потому что одна девочка говорит: если Вы сообщите, я выброшусь из окна, и как бы шантажирует ее. И она не сообщает. Мы-то работаем, мы думаем, наших