Мапа - Алекс Мара

На хорошие и глубокие расслаблялочки в таком виде не ходят. Во-вторых, сидящая рядом с ним женщина тоже в строгом костюме, и волосы у неё закручены в многоярусную башню. Не стану врать, у Алексея обалденно красивая подружка, но, если судить по внешнему виду, то она явно не собирается кувыркаться на сеновале с общей оздоровительной и расслабляющей целью.

Они сидят в гостиной на диване, а Саша — напротив. Малыш выглядит понуро и немного испуганно, что неудивительно, потому что ситуация немного напоминает допрос.

— Здравствуйте, Ася Присаживайтесь! — говорит Алексей и возвращается к разговору, который они вели до моего прихода. — Александр как раз делится с нами впечатлениями об опере «Руслан и Людмила».

Сажусь рядом с мальчиком, и он непроизвольно придвигается ко мне, словно ищет защиты.

— Мне... понравилось. Я ходил с грымз... с гувернанткой, и она мне рассказала, о чём они пели.

Ага, значит Алексей отправил сына с грымзой на многочасовое действо, а сам не пошёл. Интересненько.

Отец замечает промашку с грымзой, поэтому хмурится.

— Что тебе особенно понравилось в этой опере?

— Как... они... пели. — Саша через силу выдавливает из себя ответ. Он явно не в восторге от оперы.

— А мне нравится «Собачий вальс». — Смотрю на собравшихся с широчайшей улыбкой.

12.

Саша хрюкает от смеха, а его отец поджимает губы.

— При чём здесь «Собачий вальс»?

— ОЙ, простите, я думала, что мы делимся нашими музыкальными предпочтениями.

— Наивно хлопаю глазами. Я и не такое ляпну, чтобы защитить моего маленького друга.

— Мне не нравится опера, — бурчит малыш и с вызовом смотрит на отца. Тот явно собирается отчитать сына, но тут снова вмешиваюсь я.

— Не только тебе не нравится. Во время премьеры «Руслана и Людмилы» зрители ушли из зала, включая самого императора Николая |. Это был полный провал.

— Правда?! - Саша подпрыгивает на сиденье. — Вот видишь, папа!

На случай, если Алексей сейчас набросится на меня в попытке задушить, быстро добавляю.

— Чтобы узнать, что тебе по душе, а что нет, приходится всё пробовать самому.

Другого способа нет. Многим очень нравится «Руслан и Людмила» и другие оперы.

— Не может быты — восклицает Саша.

— Ещё как может. Один раз после оперы «Отелло» зрители аплодировали почти полтора часа подряд.

— Ты это придумала! Не может быть.

Мы с Сашей начинаем спорить, и тогда Алексей поднимается и подаёт руку своей спутнице.

— Думаю, нам пора собираться. Нас ждёт «Травиата».

— Сладких снов! — шепчет Саша так, чтобы только я услышала.

Мы хихикаем и тем самым зарабатываем очередную дозу недовольства от начальника.

Тем временем его спутница откашливается, привлекая моё внимание.

— Алексей забыл представить нас друг другу. Меня зовут Елизавета. — Смотрит на Сашу с заискивающей улыбкой. — У нас с Александром хотя и длинные, но очень красивые имена.

— Жаль, что человечество не придумало, как их сократить! — шепчу Саше, и тот булькает от смеха. Ему очень нравится, когда его называют Сашей, но отец от этого не в восторге.

Елизавета смотрит на меня с подозрением и неприязнью. В принципе, к ней не придерёшься. Она очень привлекательная, с Сашей ведёт себя дружелюбно, да и Алексея в ней явно всё устраивает. И со мной она поздоровалась вполне вежливо, в отличие от меня.

Заполняю этот пробел: представляюсь Елизавете и стараюсь вести себя прилично.

Однако не успеваю договорить. Алексей берёт меня за локоть и оттаскивает прочь от своей прекрасной дамы. Наверняка боится, что я наговорю про него всякой правды и спугну прелестницу.

— Ася, пойдёмте, я покажу, где что лежит, и объясню правила.

Правила... Если я знаю Алексея, то на перечисление правил и запретов уйдёт часа два.

Он показывает мне кухню, имеющиеся продукты, даёт список важных телефонных номеров. Потом ведёт меня в Сашину спальню и объясняет его распорядок дня.

Шутки в сторону, Алексей очень хороший отец. Создал замечательные условия, и чувствуется, что он очень любит сына. Ради него даже терпит мои выходки.

Когда Алексей завершает экскурсию и прочтение правил, я спрашиваю.

— А где у вас жилое пространство?

— Что вы имеете в виду?

— Ну... де нам можно играть?

— Где угодно, кроме моего кабинета.

— У вас очень красивая и современная квартира, но... тут сплошные стекло, металл и гранит.

— Не гранит, а мрамор.

Ну да, мрамор намного уютнее гранита!

— Нам бы комнату попроще, где нельзя ничего разбить... или разбиться. — Алексей непонимающе смотрит на меня, и тогда я пожимаю плечами. — Ладно, посмотрим, как получится. У меня есть одна просьба. Вас я продолжу называть Алексеем.

— Как удачно! Ведь это и есть моё имя

Он пытается шутить, а значит, не зря я надеюсь его оживить.

—... но я прошу вашего разрешения называть Александра сокращённым именем

Для игр это удобнее, да и ему самому это нравится.

— Да! Я разрешаю! — Малыш неожиданно появляется в дверях, они с Елизаветой присоединяются к нам. Не иначе как встревожены нашим долгим отсутствием.

Алексей смотрит на сына, потом медленно кивает.

— Я Саша-Саша-Саша, — объявляет хозяин имени.

— Ты не только Саша. Ещё ты Сашуля, Сашенька, Сашевич, Сашулечка... —перечисляю весело.

— Сашулечка не является сокращением, в нём то же число букв, — встревает Алексей.

Нашел, к чему прицепиться. Шли бы они... в оперу!

Демонстративно поворачиваюсь к мальчику, исключая остальных.

— Саня, Сашок, Сашенций... Знаешь, о чём я тебе сегодня расскажу? О Древнем Риме. Отныне я провозглашаю тебя Великим Римским Императором Сашенцием. У тебя есть костюм Римского императора?

— Нет.

— Срочно закажем. — Оборачиваюсь к Алексею. Раз уж он встревает в нашу беседу, то пусть будет полезным. — Мне понадобится ваша кредитка.

— Нем — отрезает.

— Без проблем. Тогда мы с Сашей сами сделаем костюм из подручных материалов.

Клей у вас наверняка есть, краски и кисти тоже... Вы не возражаете, если мы расположимся в вашем кабинете? У вас как раз очень большой и удобный стол.

Алексей достаёт бумажник и протягивает мне кредитку. В ответ на мою благодарность