Нам не по пути - Татьяна Любимая

– После того, как вы облюбовали мое плечо и приняли его за спасательный круг, предлагаю перейти на ты, – обаятельно улыбнулся Стас.

– Извините, то есть извини, – засмущалась Лина. Стало неудобно и стыдно за свою слабость.

– Нет–нет, тебе не за что извиняться, это нормальная реакция для новичка.

– Я вообще не понимаю, как решилась лететь, – призналась девушка. – У меня на земле голова кружится, когда смотрю на летящий в небе самолет, представляя себя там. А тут – я реально внутри, а он – высоко в небе… К этому невозможно привыкнуть, – покачала она головой.

– Уверен, ты еще поменяешь свое мнение.

Эх, Лине бы такую уверенность.

– Так ты не ответил на вопрос: как часто тебе приходится летать? – она все еще разговаривала с рукой соседа.

– Раза три–четыре в год.

– Командировки?

– Чаще всего да, но в этот раз я сказал: «Все, баста, хочу просто отдыхать, купаться в море».

– Кому сказал?

– Начальнику своему.

– М–м. А он что?

Лина отметила про себя, что разговоры отвлекают от страха, а ее сосед неплохой собеседник.

– А он сказал: «Лети, работать можно и удаленно. Поплаваешь и за работу».

– Вот козел! – воскликнула девушка, выразив гнев несправедливости.

– Да не, так–то он мужик у нас хороший. Главное, платит щедро.

Стас поерзал. Он был крупным мужчиной, а сиденья тесные и неудобные, колени деть некуда.

– Я вообще–то летаю бизнес–классом, но в этот раз секретарша напортачила, купила эконом, – как бы оправдывался сосед. – Это ее второй косяк, в первый она взяла комфорт, но перелет тоже был так себе. По приезде домой хотел ее оштрафовать, но теперь вижу – надо выдать премию.

Мужчина многозначительно сжал кисть девушки. А может быть это была дружеская поддержка, ведь в этот момент самолет опять «тормознул».

– У тебя есть собственная секретарша?

– Конечно, – естественно, даже удивленно ответил Стас.

Как будто у каждого мужчины на планете просто обязана была быть секретарша. Непременно молодая, красивая, с ногами от ушей.

Сосед все больше располагал к себе. Огородникова уже сама хотела выразить его секретарше благодарность за то, что та купила билет эконом и они так удачно встретились.

– А кем ты работаешь? – осторожно спросила она.

Стас наклонился к Лине, дыхнул жаром ей в ухо, чем вызвал щекотливые мурашки:

– Секретная информация.

– Эй, так нечестно! – она хлопнула Стаса по предплечью.

Бояться она устала, поэтому постепенно внутреннее напряжение падало. Она смогла расслабиться.

– Серьезно. Я документы подписывал о неразглашении, так что извиняй. Ну, а ты? Куда, зачем, надолго?

Лине скрывать было нечего, поэтому она ответила, как на духу:

– Я лечу отдыхать. Это мой первый в жизни полет, и я ни разу не была на море.

– О–о, тогда с дебютом. Тебя ждет столько впечатлений, что мне даже завидно.

Лина все же осмелилась, повернула голову в сторону Стаса, чтобы посмотреть на него прямо, и поразилась, какой же он большой, крутой, красивый, с залипательной улыбкой и ясными синими глазами.

Паша на его фоне о–очень сильно проигрывал.

Глава 8

– … В прошлый раз со мной рядом сидела бабушка и ее внук. Пацану было шесть лет, мы летели пять часов. Это был ад, – Стас рассказывал о своем опыте преодоления больших расстояний по воздуху.

– Почему? – заинтересовалась Лина.

– Сначала этот шестилетка орал. Не от страха, нет, а чтобы напугать других пассажиров. Угомонился только тогда, когда я шепнул ему, что, если он продолжит, я пожалуюсь командиру и его выкинут в окно. Подействовало ровно на десять минут. Потом этот ребенок начал пинать спинку сиденья перед ним. А там сидел мужик, и он видимо решил, что мальчик – мой сын, и едва не набил морду мне за невоспитанного отпрыска.

Лина прыснула в ладошку, представив комичную сценку. Хотя, наверное, в тот момент Стасу было не до смеха.

– А что потом? – ей было жутко интересно слушать соседа, смотреть ему прямо в синие–синие глаза, очаровываться его широкой белозубой улыбкой.

– О, потом этот ребенок вылил стакан газировки. Как думаешь, куда?

– На пол? – предположила Лина.

– Если бы! Мне на штаны. Аккурат сюда, – Стас положил ладонь на ширинку, Лина проследила за его рукой, вспыхнула, покраснела от такого неожиданного откровения.

С трудом оторвала взгляд от бугра. И как теперь не думать о том, что там под тканью и каких размеров? Оно там в покое такое или как?

– И… что ты сделал?

– Едва не свернул мальцу шею. Пришлось оккупировать на полчаса туалет и замывать пятно.

– Получилось?

– С горем пополам.

Стас так легко и беззаботно рассказывал, как попал в неловкую ситуацию, что Лина засмеялась и в очередной раз на некоторое время забылась, где она находится.

– Но и это еще не все, – не унимался сосед.

– Еще не все? Боже, мне жуть интересно, что натворил тот мальчишка еще.

Самолет несколько раз здорово трясло – он попадал в зону турбулентности.

Лина тихо вскрикивала, пальцами впивалась в предплечье Стаса, зажмуривалась и истерично смеялась, когда тряска становилась меньше.

Сосед понимающе терпел и бормотал что–то ободряющее ей на ухо. Пахло от него умопомрачительно вкусно.

Во время затишья стюардессы прошлись по салону, предложили пассажирам воду с газом или без. Обеды предусмотрены не были, они только по предварительному заказу и оплате, Паша решил, что еда им не потребуется, поэтому Лина пила прохладную воду, маленькими глотками. Стас взял себе газированную.

Лина видела, как стюардесса, пока выбирала бутылку, пока наливала шипящую воду в пластиковый стаканчик, строила глазки ее соседу, тянула рот до ушей, откровенно кокетничала, а тот, конечно же, улыбался ей своей самой обаятельной улыбкой.