Каллгира. Дорога праха - Рут Хартц

— Каз, выйди, — скомандовал Вегард. На рукаве его рубашки от локтя вниз осталась дыра.

Незнакомец сплюнул в сторону зуб, взгляда не поднял от своих дрожащих коленок.

— Какого..?

— Выйди!

Каз пересекла порог и захлопнула за собой дверь.

— Ан, что происходит?

Рваным кивком тот указал на нож, что улетел под стол. Лезвие застряло под шаткой ножкой.

— Убить меня пытался, — сказал Ан подрагивающим голосом.

Даже привыкнув к покушениям, не станешь равнодушно встречать на своём пороге убийц. Ариан шагнул вглубь комнаты и потёр запястья, будто это ему верёвки перетирали кожу.

— Цел?

Глупый вопрос. Здесь был Вег, Ану ничего не грозило. Он перестал растирать руки, и Каз заметила кровь у тыльной стороны ладони. Ерунда, царапина.

Казимира обернулась к мальчишке, что теперь косился на неё и отползал к стене. Белая рубашка из тонкого хлопка, на брюках нет пятен грязи или дыр, чёрные ботинки начищены, на правой руке горе-убийца носил серебряные часы. Не ассасин, который взял заказ, не обскур, которого на крайние меры толкнула нужда.

— Он же резистент, — сказала Казимира.

— Прознал об Ариане, — огрызнулся Вег. Кулаки подрагивали, но к уперевшемуся в стену парнишке он не приближался.

— Фор-рон, — выругалась под нос Каз.

По закону, обскур может безнаказанно убивать, если он ассасин. В противном случае в любом регионе, в любом княжестве его приговорят к казни. Резистенту же могут дать тюремный срок или выписать крупный штраф. Зависит от положений и его, и жертвы. За покушение этот форон заплатит не больше десяти золотых. Недостаточная плата.

Пацан шмыгнул носом и попытался утереться предплечьем, на сорочке остались красные разводы. Впервые за это время он поднял взгляд на Ариана, широко распахнув глаза. Догадался, наконец, почему никто не послал за стражей. А чего ещё он ждал?

— Я… Вы… Вы не можете, — лопотал парнишка, которого никто не слушал. Он попытался подняться и получил красным ботинком поддых.

Каз вынула из-за пояса кинжал.

— Штраф будет, — напомнил Вегард, обращаясь к Ану.

Казимиру покоробило равнодушие его тона, будто речь шла о корове, которую они сбили на дороге. Ей можно так рассуждать. Ану можно так рассуждать. Не Вегу.

— Пусть, — ответил Ариан.

— Это моя работа, — процедила Каз. Промедление могло стоить слишком дорого.

— Выйди, — велел Вегард, не оборачиваясь.

— Чего?

— Я сказал, выйди. — Голос стал таким же стальным, как когда он обращался к мальчишке-резистенту.

Казимира оглянулась к Ариану. Что за выдумки? Ты-то ему скажи! Но Ариан кивнул в сторону двери.

Хватило секунды промедления. Вегард уже нагнулся к мальчишке и вздёрнул его за волосы. Один рывок, и пацан стал захлёбываться в своей крови. Отточенное движение без колебаний. Кохрэ-э.

Кулак Казимиры заныл от того, с какой силой она сжала рукоять кинжала, стрельнуло в плечо.

— Это моя работа, — повторила она, будто это бы что-то изменило.

— Неважно. Вина моя, — хрипло ответил Вегард, не оборачиваясь к ней. Он вытер лезвие о белую рубашку резистента и не торопился встать. Может, смотрел в гаснущие глаза. — Я не доследил, мне и исправлять.

27

С нападения на Ана прошло три дня. Три мрачных молчаливых дня, каждый из которых заканчивался допросом от Вега:

— Куда ходили? Да, с террасы не видно, но тот пацан ведь как-то нашёл Ариана. Точно ничего подозрительного?

С каждым разом Казимиру это злило всё больше. Она справится со своими обязанностями без надзирателя, не стоит ведь напоминать, что как раз Вег и облажался. Нет, конечно, она не считала так и не тыкала его в это, но чуть больше доверия не помешало бы.

— Ка-аз, — протянул Ариан.

Она едва сдержалась, чтобы не рявкнуть: «Да можешь ты хоть минуту помолчать?!». Ещё пара таких бестолковых дней, и она сама сдастся Гур, лишь бы не нянчиться с Валлетом.

— Что теперь? — выдавила Казимира сквозь зубы.

Декорации у них не менялись — всё та же терраса, та же вонь с рынка, та же жара, мерзко оседающая на коже, тот же гудящий рой мошек. Сидеть в помещении было ещё более невыносимо, воздух туда не проникал, ни ветерка не задувало в распахнутые окна и двери.

— Чего такая злая? — буркнул Ариан.

Каз не оборачивалась и выражения его лица не видела, но не удивилась бы надутым губам и скрещенным рукам.

— Мысли дурные лезут в голову. — Очередной комар присосался к её руке прямо через тонкую ткань рубашки. Звери, а не насекомые!

— О чём?

— Старый знакомый из Гур, — не раздумывая начала отвечать Казимира. Сто-оять! Это что за откровения? Ага, он уже таращится, слушает. Лакх, придётся заканчивать, Ан не отцепится. — Кхм. Там, в порту, старый знакомый из Гур передал паршивые новости.

Пару секунд Ариан молчал, видимо, прикидывая, не стоит ли помалкивать.

— Что-то случилось с твоими близкими? — всё же спросил он.

— Нет.

— Я могу чем-то..?

— Нет.

На этот раз Ариан промолчал рекордные для себя полчаса. Пыхтел, собираясь с силами, раскрывал рот, но всё не решался заговорить.

— Научи меня драться, — выдал он вдруг слишком серьёзным тоном.

Шутки его с каждым днём становились всё страннее и глупее.

— Ну, не прямо драться. — Ан чуть развернул свой стул, чтобы сесть к Казимире лицом. — Так, по мелочи. Как нож из рук выбить, как человека повалить на землю.

С секунду Каз сомневалась.

— Это из-за нападения? Я и Вег всегда…

— Не всегда, — отчеканил Ариан. — Случается разное, к тому же, мы едем воевать.

Он будто впервые серьёзно отнёсся к своему будущему. Оставил отмашки «Я договорюсь», «Всё разрешится», «Да ерунда, наймём людей».

— В Каллгире ты будешь окружён воинами, Вег наймёт для твоей защиты…

— Если тебе сложно, так и скажи. — Ариан рывком развернул свой стул на место, откинулся на спинку и нервно прикусил указательный палец. Остатки табака что ли он оттуда высосать пытается? Или от ломки по сигаретам так отвлекается?

Поддаваясь на детские трюки, Каз выдохнула:

— Нет, мне не сложно.

Плечо заныло, напоминая, что вообще-то, да, сложно. Рана хорошо затягивалась, сегодня вечером Ясмина обещала снять швы, но напрягаться лишний раз? Лакх.

— Почему Вега не просил? — Она понимала желание Ариана и была бы рада его поддержать, но не сейчас.

— Вег… — Ан скорчил такую гримасу, будто скорее готов был признать, что обскуры — не низшая форма жизни. — С тобой проще. И мне нужно чем-то занять руки, иначе на стену полезу. Уверен, ты тоже. — Ариан искоса глянул на неё, понимая, что почти дожал. — С рукой будем осторожны.

Для тренировок они использовали валлетовские покои. Сдвинули в сторону кровати и стулья, чтобы