История Консульства и Империи. Книга II. Империя. Том 4. Часть 1 - Луи Адольф Тьер

Было три часа. Неприятеля оттеснили повсюду, даже за изначальную позицию, и, казалось, союзники готовы были уступить нам победу. Только на левом фланге перед Либертвольквицем они удерживались в Университетском лесу. В центре, оттесненные от овчарни, они сражался с Мезоном за Гюльденгоссу, а на правом фланге, несмотря на героические усилия Понятовского, так и не отступили от Марклеберга.

Наполеон чувствовал необходимость победить любой ценой, ибо не мог откладывать победу. Не победить сегодня при множестве приближавшихся противников значило оказаться не только побежденным, но и уничтоженным. И он принял решение бросить на неприятельскую линию всю свою кавалерию. Слева между Либертвольквицем и Вахау выдвинулся Мюрат с десятью кирасирскими полками. Справа между Вахау и Марклебергом выдвинулся Келлерман с польской конницей, испанскими драгунами и гвардейскими драгунами генерала Летора. В эту минуту Пажоль, возглавлявший испанских драгун, был отнят у своих солдат снарядом, ударившим в живот его лошадь и контузившим его, не убив.

Двенадцать тысяч коников выдвинулись двумя колоннами слева и справа. Кирасиры генерала Бордесуля, брошенные Мюратом вперед, атаковали и рассеяли конницу Палена, затем ринулись на русских гренадеров и гвардейцев, развернувшихся в линию перед Гюльденгоссой, опрокинули их и захватили двадцать шесть орудий. Справа испанские и гвардейские драгуны атаковали кирасиров Левашова и заставили их заплатить за утренние успехи. Первая атака удалась повсюду, и нужно было еще только одно усилие, чтобы окончательно прорвать центр неприятеля и отбросить справа Клейста и принца Вюртембергского в Плайсе, а слева Горчакова на Университетский лес.

Но было уже более трех часов, и внезапно на правом фланге появились войска, подходившие с другого берега Плайсе. Это был австрийский резерв наследного принца Гессен-Гомбургского, головная колонна которого, состоявшая из кирасиров Ностица, двигалась впереди гренадеров Бианки и Вейссенвольфа. Кирасиры Ностица, дебушировав галопом, столкнулись с конниками Келлермана и в сумятице преследования захватили их с фланга. Доблестные гвардейские драгуны Летора в свою очередь ринулись на кирасиров Ностица и сдержали их. Но движение нашей конницы на правом фланге стало нерешительным: мы то выдвигались, то отходили. В центре Мюрат, опрокинув всех первым ударом, ошибочно ввел в бой все эскадроны, надеясь на поддержку, и к тому же выдвинулся на незнакомый участок. Издалека на месте деревни Гюльденгоссы виднелись только несколько куп деревьев, но, приблизившись, Мюрат обнаружил глубокую котловину, а в ней строения, лесные заросли, пруды, и за каждой преградой – прочно расположившуюся пехоту. Дойдя до деревни, его конница была вынуждена остановиться и остаться на линии под огнем. Тогда император Александр решил ввести в бой все силы, имевшиеся в его распоряжении, вплоть до гусар и казаков гвардии. Пройдя через Гюльденгоссу, они неожиданно бросились во фланг конницы Мюрата и вынудили ее отступить, отбив двадцать из двадцати шести только что захваченных орудий. Доблестному Латур-Мобуру оторвало ядром ногу.

Гусары и казаки, пустившись в галоп, стали окружать большую батарею гвардии, оставшуюся непоколебимой посреди поля битвы. Тогда Друо, развернув оконечности артиллерийской линии на фланги, встретил неприятельскую конницу своеобразным каре из пушек, и когда та приблизилась, накрыл ее картечью.

Итак, всеобщее наступление французской конницы не решило исхода сражения, хотя бльшая часть поля битвы осталась за нами. Справа мы почти блокировали Клейста в Марклеберге; в центре Виктор продолжал занимать овчарню; в центре ближе к левому флангу Лористон, батарея гвардии и кавалерия Латур-Мобура находились перед Гюльденгоссой; слева Макдональд, захватив Шведский редут и Зейфертсхайн, подошел к Университетскому лесу.

Но неприятель, хотя и отступил, всё еще держался. Тогда Наполеон решил предпринять последнее усилие и перестроил свои атакующие колонны. Мортье с Лористоном и Удино с Виктором получили приказ построиться в колонны и снова атаковать. Обе дивизии Старой гвардии, включавшие около 10 тысяч человек, единственный оставшийся у него резерв, должны были поддержать их и при необходимости тоже вступить в бой. Вся конница построилась позади пехоты. Но внезапно на правом фланге послышались громкие крики. Гренадеры Бианки и Вейссенвольфа, появившиеся вслед за кирасирами Ностица, перешли через Плайсе, сменили в Марклеберге изнуренного Клейста и попытались сломить Понятовского, который продолжал оказывать сопротивление всем атакам.

Наконец в тылах французов справа, на Делицкой позиции, которую надеялся захватить Шварценберг, генерал Мерфельд, совершив дерзкую атаку, форсировал все преграды Плайсе и приготовился взойти на высокий берег реки. При виде этой опасности Наполеон остановил движение Старой гвардии и направил на Делиц дивизию Кюриаля. В то же время Удино был послан противостоять гренадерам Бианки и Вейссенвольфа. Но австрийские гренадеры уже были остановлены благодаря упорству Понятовского и дивизии Семеле. Кюриаль, исполнив поперечное движение слева направо, устремился на Делиц. Сначала он бросил туринских и тосканских гренадеров на леса, окружавшие Делиц, а затем с фузилерами гвардии двинулся на сам город, чтобы захватить его штыковой атакой. Требовалось перейти через рукав Плайсе и пройти через несколько примыкавших друг к другу ферм, окружавших старый замок. Кюриаль вложил в эту атаку такую мощь, что пересек Плайсе и все фермы одним движением, уничтожил всех, кто оказывал сопротивление, и, оказавшись в замке быстрее неприятеля, захватил в плен генерала Мерфельда и более чем две тысячи человек.

Было пять часов, уже начинало темнеть. Наполеон, исправив положение после происшествия на правом фланге, решился в последний раз атаковать центр неприятеля. Виктор еще находился в Авенхайне, поэтому нужно было только захватить Гюльденгоссу. Лористон, непоколебимый среди ужасающего огня, понес огромные потери; у него всё еще оставался генерал Мезон, получивший несколько ранений и располагавший только остатками дивизии, но ненасытный в отношении опасностей и рвущийся отбить Гюльденгоссу. В сопровождении Мортье Мезон вернулся в роковую деревню. Его успех мог стать решающим, но тут Барклай-де-Толли, оценив опасность, бросил туда прусскую дивизию, поддержав ее русской гвардией, и Гюльденгоссу отчаянным усилием удалось отбить. Мезон попытался атаковать ее вновь; но вскоре спустилась темнота и разлучила солдат. Бой за Гюльденгоссу был последним в ужасном сражении 16 октября, названном сражением при Вахау. Мы потеряли двадцать тысяч человек, потери союзников составили около тридцати тысяч.

Но на этом чудовищное кровопролитие не закончилось. В тот день были даны еще два сражения, одно к западу, другое к северу от Лейпцига, одно на правом фланге в Линденау, другое в тылах в Мёккерне. В Линденау Маргарон столкнулся с Дьюлаи и доблестно вышел из положения, не одержав победы, но оттеснив неприятеля и оставшись хозяином на поле битвы.

Участок в Линденау представлял собой возвышенность, внезапно обрывавшуюся у Эльстера, но наклоненную в форме гласиса к Лютценской равнине. Поэтому