Код Марвел: Сын Криптона - Валерий Sagex

— Парень, очнись! — неожиданно рявкнул кто-то рядом.

Я вздрогнул и увидел, что Джек, шатаясь и с трудом приходя в себя, поднялся с пола. Он подошел к барной стойке, схватил оттуда ведёрко со льдом и, пошатываясь, вернулся ко мне. Вид у него был такой, будто он едва справлялся с болью и тошнотой.

— Ей, приятель… — пробормотал он, пытаясь улыбнуться, и поставил ведёрко у моих ног. Затем крышкой ловко смахнул камень с моей ладони прямо в металлический цилиндр и моментально закрыл, тяжело выдохнув.

Как по щелчку, я почувствовал, что гипнотическое влияние спало. Камень больше не жёг руку, и я смог нормально дышать.

— Вот это… я словил приход, — выдохнул я растерянно, пытаясь унять дрожь в кончиках пальцев.

Джек, тяжело дыша, сел на ближайший стул. Он прижимал ведёрко с камнем к груди, словно опасался, что камень может вырваться. Рука его заметно подрагивала, и лишь после нескольких секунд напряжённого молчания охотник смог выпустить из лёгких долгий вздох. Затем Джек вынул из кармана помятую пачку сигарет, держа её так, будто она была последней отдушиной в этом безумии. Зажав сигарету в губах, он прикурил и затянулся дымом, словно стараясь прогнать остатки кошмара.

— Не знаю, кто ты такой, парень, но спасибо. — Его голос звучал слабо, но в нём сквозила искренняя благодарность. —  Ты спас мне не только жизнь, но и рассудок. Чувствую, ещё бы чуть-чуть… и этот проклятый камень окончательно свёл бы меня с ума.

Я покосился на Диану, которая стояла рядом, с волнением глядя на отца. От её лица словно отхлынула кровь, но в глазах уже теплилось облегчение.

— Не стоит благодарности, Джек. — Я устало кивнул, к ещё дымящемуся залу. —   Хотя я сделал это не ради тебя лично, а ради Дианы. Ей нужна была помощь, она моя подруга, и я привык держать слово. Она попросила — я помог. Всё очень просто. А зовут меня, кстати, Брюс, бывший ученик Абрахама. Тоже охотник, как ты мог догадаться.

Я перевёл взгляд на поверженных врагов, лежащих вповалку: мощные охотники, возомнившие себя непобедимыми, теперь походили на бесчувственные куклы. Всё смешалось в этом разгромленном зале: обломки мебели, дым от перестрелки, остатки адреналина в воздухе.

— Пожалуй, нам следует убираться отсюда, — негромко сказал я. —  Всё самое важное уже произошло, не вижу смысла задерживаться.

Все кивнули. Джек бережно держал ведёрко с камнем на коленях, Диана тихо помогала ему подняться на ноги, а Эльза держалась чуть в стороне, оглядываясь по сторонам.

Мы почти дошли до выхода, когда за столом вдруг послышалось резкое движение. В голосе Верусы прозвенела леденящая ярость, перемешанная с неистовым отчаянием:

— Вы не посмеете уйти, не отдав мне камень! Он принадлежит мне по праву!

Я остановился и медленно обернулся. Вжав пальцы в столешницу, Веруса с искажённым гневом взглянула на нас. Её лицо побелело, губы поджались. Казалось, она готова броситься вперёд, лишь бы вырвать из Джековых рук эту злополучную реликвию.

— А ты попробуй остановить нас, Бладстоун, — отозвался я, повысив голос, чтобы он громко разнёсся по залу. —  Думаешь, у тебя есть силы нам помешать? Все твои бойцы спят и видят сны.

Женщина отшатнулась, побагровев от гнева. Её взгляд метался по сторонам, словно она пыталась обнаружить хоть одного ещё не поверженного охотника, способного прийти ей на помощь.

— Ты об этом пожалеешь, мальчишка! — выплюнула она, шумно поднимаясь со стула. —  Я — глава Кабалы. У меня сотни верных бойцов по всему миру. Они найдут вас, как бы вы ни прятались.

В её глазах горел мрачный огонь, а в голосе уже не оставалось прежней надменности — только сырая, дикая жажда обладать тем, что для неё всегда было главной целью. Я почувствовал, как к горлу подкатил ком чужой ярости и ненависти. Можно было бы ответить ей очередной насмешкой или превентивным ударом, но сейчас всё уже и без того зашло слишком далеко, и продолжать бессмысленную драку не хотелось.

Веруса так и застыла с постным лицом, чуть наклонившись вперёд, будто собиралась наброситься, а страх потерять столь желанный артефакт корёжился у неё внутри, вырываясь злым шипением.

В её голосе звучала неприкрытая угроза, смешанная с отчаянным страхом потерять всё, к чему она так стремилась.

Эльза шагнула вперёд и холодно перебила её, чеканя каждое слово:

— Не переоценивай свои силы, «Мама». — Эльза подчеркнуто медленно обвела зал взглядом, усыпанным поверженными охотниками. —  Далеко не все члены Кабалы одобряют твою безумную политику и поддерживают твои амбиции. Когда я расскажу всему ордену, что именно здесь сегодня произошло, поверь, они отвернутся от тебя. Ты стала главой лишь потому, что была женой моего отца и когда-то доказала свою силу, но теперь все увидят, кем ты стала на самом деле: женщиной, одержимой властью и жаждой обладать тем, что не принадлежит ей. Ты совсем забыла, для чего создавался наш орден: защищать человечество, а не использовать охотников в качестве личной армии. Теперь у тебя нет реальной власти — ты сама отказалась от неё, загнав себя в ловушку собственных амбиций. Единственное, что тебе остаётся, — захлебнуться в собственном яде.

С этими словами Эльза тряхнула головой и с явным отвращением отвела от Верусы взгляд, словно та была чем-то омерзительным, на что неприятно даже смотреть. Отвернувшись, Эльза решительно направилась к выходу:

— Пойдёмте. Мне противно находиться с ней в одном помещении.

Я оглянулся по сторонам: зал действительно выглядел как поле недавнего боя. Бессознательные охотники валялись кто где, оружие беспорядочно разбросано; разбитая мебель и тонкий пороховой дым наполняли помещение атмосферой опустошения. Веруса так и осталась стоять у стола, побледнев, сжимая кулаки, но не найдя в себе сил возразить. В её взгляде пульсировала ярость, смешанная со страхом и осознанием, что всё пошло не так, как она рассчитывала.

Мы вышли наружу под тёплые лучи солнца. Город, словно живое существо, потихоньку пробуждался от ночной тишины. Всё это казалось таким мирным и обыденным, будто никакой драмы этой ночью не происходило.

Эльза остановилась на тротуаре, быстро осмотрелась по сторонам и обернулась к нам — ко мне, Джеку и Диане. В её глазах отражалась тревога, перемешанная с твёрдой решимостью.

— Что дальше? — спросила она, сжимая руки в кулаки. —  Что нам теперь делать с этим камнем?

Я перевёл взгляд на ведёрко, которое держал в руках Джек. Там, внутри, покоился Кровавый камень. Даже сквозь холод металла и льда я ощущал ту грозную силу, которая была