Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами

«Что мне с того, будет у Феди новый наследник или нет? Если результат положительный — даже порадуюсь за него. Зачем мне эти дрязги? — бесстрастно думала она, глядя на Мишу, который, застыв в дверном проёме с коробкой пирожных, пытался по её лицу понять, кто звонит и что случилось. — Если у Феди родится сын — ну и слава богу. Если нет — не мои проблемы».

Логика была железной. Выписать Оксанку, пока она не доучилась, никто не сможет, как бы ни хотели. А к тому времени дочь, скорее всего, уже выйдет замуж за Игоря и вовсе переедет.

— Я слушаю, — ровно сказала Забава в трубку, делая Мише знак рукой, чтобы он проходил и садился.

— Результаты пришли, — повторила свекровь, явно не понимая причины её спокойствия. — Ребёнок Федин. Сомнений быть не может. Я попросила знакомую из лаборатории посмотреть, она подтвердила.

«Кто бы сомневался, — промелькнула мысль в голове у Забавы. — У бывшей свекрови везде есть глаза и уши».

— Спасибо, что позвонили, — ответила она. — Я очень рада, что Люба его не обманула.

— Что ты намерена делать с жильём для Оксаны?

— Дождусь, когда молодёжь определится со свадьбой. Поговорю с родителями жениха. Может, возьмут ипотеку.

В динамике воцарилась гнетущая тишина. Свекровь переваривала сказанное бывшей снохой довольно долго.

— Считаешь, ты сможешь помогать дочери с ипотекой? — спросила она со скепсисом. — Месяц назад у тебя на съёмную квартиру денег не нашлось.

— За этот месяц кое-что изменилось. У меня теперь есть работа.

— Забава, — проговорила она с усталым выдохом, — твоё репетиторство очень ненадёжная вещь. Сегодня есть — завтра нет…

— Я устроилась на официальную работу с отпусками и больничными, — пояснила Забава, чтобы прекратить дальнейшее обесценивание своей деятельности. — Но даже если что-то пойдёт не так и мне придётся уйти — найду другое место. Выкручусь как-нибудь.

— Поняла твою позицию.

— Ангелина Сергеевна, я ценю вашу заботу и очень благодарна за то, что вы поговорили с Федей по поводу септика и воды, — добавила Забава.

И как же приятно было говорить такие слова не из-за того, что иначе она больше не получит от матери бывшего мужа помощи, не для того, чтобы усмирить её тяжёлый нрав, а просто потому, что действительно испытывала благодарность.

Наверное, свекровь почувствовала это в её голосе, потому что тут же отозвалась:

— Жаль, что ты больше мне не сноха. Надеюсь, когда Оксана приедет на каникулы, ты тоже заглянешь в гости.

— Обязательно зайду, — пообещала Забава и попрощалась.

Миша посмотрел на неё озадаченно.

— Ты что, плачешь? — спросил он.

Хозяйка дома шмыгнула носом и вытерла уголок глаза, где и правда спряталась слезинка.

— Расчувствовалась что-то. Бывшая свекровь звонила.

— Обидела тебя?

— Нет. Наоборот. Наконец-то заговорила со мной, как с равной. Не верится даже, — удивилась она и вытерла слезинку в другом глазу.

Михаил положил коробку с пирожными и раскрыл руки.

— Иди, обниму.

Забава подошла и уткнулась носом ему в грудь. Его футболка ещё пахла стиральным порошком.

— Но это не значит, что я слабая и меня надо защищать! — сразу уточнила она, не отлипая.

— Да я понял, понял. Ты сильная и независимая, и не нужен тебе никакой рыцарь — ты сама себя прекрасно спасаешь. Всё верно?

Забава кивнула.

Миша провёл рукой по её волосам.

— Ну это же не значит, что мы не можем встречаться?

Вопрос этот не был незакономерным. Михаил давно оказывал ей знаки внимания, но пока человек не скажет словами — пойди пойми, что на самом деле у него на уме. Потому Забава от неожиданности даже дыхание затаила, но, поймав себя на этом, заставила себя снова вдохнуть.

— Молчишь?

— Наверное, не значит, — согласилась она.

— Так ты не против со мной встречаться?

— У нас большая разница в возрасте, Миша.

— Ну… не такая уж большая. И вообще, здесь все совершеннолетние.

— Не знаю… Когда мне было двадцать восемь, сорокалетние мужики казались мне уже старыми, — призналась она ему в своих страхах.

— Не знаю, мне сорокалетние мужики старыми не кажутся. Ну и ты тоже ничего, нормально сохранилась, — пошутил он.

Забава отстранилась и посмотрела на него серьёзно.

— Нет! Никаких шуточек по поводу моего возраста!

— То есть, остальное — да?

— У меня ещё много сомнений…

— Давай будем разбираться с ними постепенно. Мы ведь никуда не торопимся?

— Ладно, — согласилась она. — Сейчас чайник поставлю. Что у тебя там за пирожные?

— Чайник подождёт, — вкрадчиво проговорил Миша, садясь на стул. — Иди сюда…

Он обнял её за талию, притянул к себе. Забава, не сопротивляясь, опустилась к нему на колени и почувствовала, как все сомнения и тревоги начинают таять, словно иней на солнце.

И в этот самый момент в дверь постучали.

— Хозяйка, открывай! — раздался полный решимости и нетерпения голос Таси.

Миша тихо рассмеялся, и его дыхание коснулось виска Забавы, оставив после себя мурашки.

— Вот как работает закон подлости! Ни минуты покоя не дают, — прошептал он, отпуская её.

Забава неохотно встала и пошла открывать дверь, подумав, что это, наверное, карма за те дни, когда сама она врывалась к подруге со своими проблемами.

Вся усыпанная первыми зимними снежинками, будто припорошенная сахарной пудрой, на пороге стояла Таисия.

— Привет, Тась. Ты вовремя! — сказал Миша, не вставая со стула.

— Вовремя для чего? — нахмурилась та, стряхивая снег с плеч на коврик для ног.

— Для пирожных.

Забава бросила на него выразительный взгляд, изо всех сил пытаясь заставить прочесть ее мысли, и понять, как неуместны сейчас его шутки и полунамеки.

И, чтобы отвлечь внимание, прокомментировала то, что и так было очевидно.

— Ой, снег пошёл!

— А как ты хотела? — сказала Тася, оглядывая себя. — Зима уж на носу! Но подожди, это не главная новость!

Миша выдвинул из-под стола ещё один табурет и похлопал ладонью по сидушке.

— Рассказывай!

— Ко мне сейчас женщина с Малиновой улицы приезжала за навозом. Ну и пока я там лопатой махала, мы заболтались про своё хозяйство, коз, кур, про то, что живность нельзя держать в СНТ. Спрашивала, как я конюшню тут организовала…

— Ближе к делу, Тась, — потребовала хозяйка, поглядывая то на подружку, то на Михаила.

— Говорит, видела, как наша Людмила водила какого-то мужика — показывала ему там участок!

— А что там, на Малиновой? — спросила Забава.

Тася уставилась на неё, будто та вдруг заговорила на иностранном языке.

— Ну как что? Участок Васиного знакомого! Недолго она продержалась. Видимо, печёт у неё уже под одним местом, торопится!

— Хорошо бы