100 великих разведчиков России - Владимир Сергеевич Антонов

Отец, Иван Дмитриевич Дроздов, был офицером русской армии. В Гражданскую войну перешел к красным и воевал в дивизии Чапаева.

С матерью они познакомились во время похода Красной Армии на Варшаву. Там, в районе Лепеля, он находился в одной из воинских частей, где, кстати, служили Жуков и Рокоссовский.

Начало Великой Отечественной войны застало нашу семью в Харькове. Я к тому времени был уже курсантом специальной артиллерийской школы. С началом боевых действий курсантов этой школы направили на танкоремонтный завод помогать ремонтировать танки, прибывавшие с фронта. В 1944 году, после подготовки в 1-м Ленинградском артиллерийском училище, в неполные девятнадцать лет, младшим лейтенантом был направлен командиром взвода в одну из гвардейских дивизий 1-го Белорусского фронта. Войну закончил в Берлине и продолжал служить в Германии, затем в Прибалтийском военном округе, дослужившись до звания капитана и должности помощника начальника штаба артиллерийского полка».

В 1952 году Ю. И. Дроздов поступил на учебу в Военный институт иностранных языков в Москве. С большим интересом изучал немецкий и английский языки, специальные дисциплины. После окончания института в 1956 году был переведен из кадров Советской Армии в Комитет государственной безопасности, а уже в августе 1957 года он вместе с семьей выехал в Берлин в аппарат Уполномоченного КГБ при СМ СССР при МГБ ГДР, который возглавлял в то время генерал Александр Михайлович Коротков. Принимал непосредственное участие в операции по обмену разведчика-нелегала В. Г. Фишера (Р. И. Абеля) на американского летчика Ф. Пауэрса.

Так началась новая жизнь кадрового офицера, разведчика-нелегала Дроздова. Рассказывать о его оперативном пути подробно нет необходимости – он описан во многих статьях и книгах, в том числе и самого Юрия Ивановича. Можно лишь отметить, что помимо непосредственно нелегальной работы и длительного руководства нелегальным подразделением в Центре ему довелось возглавлять «легальные» резидентуры внешней разведки в Китае и Нью-Йорке, а также руководить по линии КГБ штурмом дворца Амина в Кабуле (декабрь 1979 года).

В мае 1991 года Юрий Иванович вышел в отставку по возрасту.

Генерал-майор Дроздов был награжден орденами Октябрьской Революции, Красного Знамени, Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны I степени, многими медалями, а также нагрудными знаками «Почетный сотрудник госбезопасности» и «За службу в разведке».

Вадим Кирпиченко

Вадим Алексеевич Кирпиченко был одним из немногих людей в нашей стране, кто неоднократно встречался с семью (!) директорами Центрального разведывательного управления США. Будучи профессиональным разведчиком, он хорошо знал сильные и слабые стороны «рыцарей плаща и кинжала» из Лэнгли.

Вадим Кирпиченко родился 25 сентября 1922 года в Курске.

Вадим Алексеевич Кирпиченко

По окончании средней школы перед юношей встал вопрос о выборе дальнейшего пути. Время было суровое, в Европе уже полыхала Вторая мировая война. В 1940 году он добровольно вступил в Красную Армию. Служил в десантных войсках, воевал в составе 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. Старший сержант Кирпиченко освобождал Венгрию, Австрию, Чехословакию. Среди боевых наград – медаль «За отвагу» и орден Отечественной войны I степени. Демобилизовался в 1946 году.

В 1947 году Кирпиченко поступил на учебу в Московский институт востоковедения (отделение арабского языка), который окончил в 1952 году. На недавнего фронтовика, секретаря партийной организации института пристальное внимание обратили кадровики. Незадолго до окончания учебы ему предложили поступить на службу в разведку органов государственной безопасности. С 1 сентября 1952 года начались его занятия в специальной разведшколе № 101, которая в настоящее время является Академией внешней разведки.

После окончания разведывательной школы в 1953 году Кирпиченко был принят на работу в Восточный отдел внешней разведки, а на следующий год выехал в служебную командировку в Египет в качестве заместителя резидента. На древней земле фараонов ему предстояло провести более пяти лет. То, что относительно молодой оперработник был сразу назначен на столь ответственную, к тому же руководящую должность, объяснялось рядом причин. Главная из них – начавшаяся в то время реорганизация органов государственной безопасности, включая разведку. Перед каирской резидентурой стояла задача разобраться в том, что представлял собой новый режим Гамаль Абдель Насера. Необходимо было также регулярно информировать Центр о политике США, Англии и Франции в отношении Египта и об их действиях в арабском мире и Африке в целом.

Задачи, как видим, были всеобъемлющими и далеко не простыми. Однако молодой оперработник успешно справился с возложенной на него миссией. Об этом, в частности, свидетельствуют материалы экспозиции Зала истории внешней разведки, в которой оперативным делам Кирпиченко в Каире отведено видное место. Ему пришлось принимать непосредственное участие в налаживании контактов между советским руководством и новым египетским лидером.

В Москву по различным каналам поступала информация о том, что у Насера не сложились отношения с главами западных держав, отказывавшихся продавать ему оружие и финансировать сооружение высотной Асуанской плотины. В мае 1956 года в Каир прибыл секретарь ЦК КПСС Шепилов, который в настоятельной форме потребовал от посольства срочно организовать ему встречу с новым египетским лидером. Эту задачу удалось решить Кирпиченко, который задействовал свои связи среди участников организации «Свободные офицеры», приведшей Насера к власти.

Затем последовала тройственная агрессия Англии, Франции и Израиля против Египта, развязанная 29 октября 1956 года вслед за национализацией Суэцкого канала. Надо отметить, что эта агрессия не стала неожиданностью для каирской резидентуры, которая заблаговременно информировала Центр о возможном развитии событий. И в эти тревожные дни Кирпиченко активно работал, несмотря на ожесточенные бомбардировки израильской авиацией египетской столицы.

Секретная миссия в Египте обогатила оперативный багаж Кирпиченко, расширила его связи в дипломатических кругах. Достаточно сказать, что в апреле – мае 1958 года он сопровождал президента Гамаль Абдель Насера в его поездке в нашу страну, переводил его беседы с советским лидером Н. С. Хрущевым.

В 1960 году служебная командировка в Египет завершилась. Вадим Кирпиченко возвратился в Москву и стал работать в центральном аппарате разведки. Два года спустя последовало новое назначение, на этот раз – резидентом в Тунис. Здесь он пробыл до августа 1964 года. Перед Кирпиченко были поставлены задачи по поддержанию связей с Временным революционным правительством Алжира, руководившим национально-освободительной борьбой своего народа против французских колонизаторов. И снова – встречи, контакты, бессонные ночи, телеграммы в Центр.

В 1967 году Кирпиченко назначается руководителем африканского отдела внешней разведки. А в 1970 году вновь направляется в Египет, уже в качестве резидента. И на этот раз ему предстояло пережить еще одну арабо-израильскую войну. Вторая командировка в Египет была также весьма успешной. Основываясь на разведывательной информации, резидентуре удалось предупредить Москву о подготавливаемом Анваром Садатом разрыве дружеских связей с СССР, переориентации внешней политики Египта на США, о подготовке к войне с Израилем.

В те времена советские руководители не очень жаловали внешнюю разведку, особенно если ее информация не совпадала с мнением Кремля. О Садате же в Кремле сложилось мнение как о верном друге Советского Союза и продолжателе курса Насера. Над головой Кирпиченко, чья информация шла вразрез с этим мнением, сгустились тучи, и только дальнейшее развитие событий, полностью подтвердившее прогнозы резидентуры, разрядило эту атмосферу.

После завершения очередной