В погоне за мечтой - Заряна Иванова

«МОЁ! ВСЁ МОЁ! ТОЛЬКО МОЁ! Никому не отдам! Моё! Только МОЁ! Сокровища МОИ!»

Рот наполнился слюной, в глазах потемнело и я потеряла сознание.

Пришла в себя и обнаружила, что закопана в монеты. На поверхности остался только нос, но если бы не необходимость дышать, и он был бы скрыт в сокровищах.

«Лика, — услышала я далеки голос Эми, — ЛИКА, драконы тебя б подрали, ответь мне немедленно!»

«Эми? Ты чего такая злая?»

«Злая? — Как-то нехорошо спросила она. — А какой я должна быть, если больше часа не могу добиться от тебя ответа?!»

«Больше часа? О, прости, Эми, я ударилась головой, — на ходу начала сочинять я, — и потеряла сознание. Я сейчас буду. Я скоро буду».

«Позже… поговорим».

Я закатила глаза и начала подниматься. Получалось с трудом — монеты, камни и драгоценности резко стали неимоверно тяжелыми.

«Не уходи. Не оставляй нас», — шелестели сокровища.

— Но мне надо идти, — начала извиняться я перед сокровищами. — Но я обязательно вернусь! Я заберу вас!

«Сюда», — проговорили сокровища и я пошла на зов, — «Сюда».

Следуя зову, пришлось пройти через весь зал и заглянуть в соседнюю пещеру, где сокровищ было гораздо меньше, но находился их хозяин. Я едва не закричала от ужаса, быстро спрятавшись за стену. Но разве дракона этим обманешь?

Но через пять минут так никто и не появился. Никто не ходил, не рычал, не плевался огнем. Стояла полная тишина. Гробовая такая тишина. И я осмелилась заглянуть в ту пещеру.

Казалось, что дракон спал. Казалось. На самом деле он был мертв. Темно зеленое чудовище лежало в расслабленной позе — крылья раскрыты и безвольно лежали на полу, хвост, напоминающий раскормленную толстую змею, был выпрямлен, задние лапы вытянуты, левая передняя прижата к груди, а правая сжимала гость монет. Наверное, даже умирая, дракон не хотел расставаться со своими сокровищами. Подошла ближе, разглядывая гигантскую башку монстра. Как странно! Никаких шипов, наростов и рогов. Мелкие чешуйки были так плотно подогнаны друг к другу, что создавали эффект гладкой кожи. Глаза закрыты и никак не узнать какого цвета они были. Ноздри узкие вытянутые. На переносице чешуя была чуть более темного оттенка, чем на скулах и подбородке. Дракон был очень красив и судя по всему очень молод.

— Почему же ты умер? — спросила я дракона, поглаживая нижнюю челюсть.

«Предательство! Страшное, коварное предательство!» — ответили сокровища. — «Она там, дальше».

Я не сразу сообразила, о ком говорят сокровища. Я сообразив пошла на зов. Увиденное меня поразило — я-то думала, что предатель кто-то сильный, большой как сам мертвый хозяин пещеры. Но я увидела иссохший скелет в старинном женском платье. Лет двести такой фасон уже не носят. Как странно! Дракона даже тлен не тронул.

— Эта девушка предала его?

«Да. Носитель драконьей крови. Хотела сама стать драконом. Сама пришла сюда. Хозяин не мог помочь, но полюбил ее. И она уничтожила его самое ценное сокровище — новорожденного ребенка. На декокты пустили. Хозяин заточил предательницу здесь. А сам отправился мстить. Он отомстил! Всем убийцам отомстил! Но сердце его не выдержало столь сильного удара. Он умер во сне».

Я обняла гигантскую башку. Мне было жаль дракона, и безумно ребенка. Надеюсь, он не был ребенком предательницы.

«Это был ее ребенок», — простонали сокровища, — «Она продала своего ребенка магам. Они пообещали дать ей больше Силы, хотя знали, что это невозможно. Она была злой, жестокой и жадной. Но она верила им. И она была недостойна крыльев».

Сокровища умолкли. А я обнаружила, что плачу. Как же все это жестоко и нелепо. Дракон видимо счел ее достойной, раз решил, что она будет матерью его ребенка. Не видел ее истинной сущности, доверял ей. А она убила собственного ребенка. Убила своего ребенка. Как же так?

— У меня пока нет сил и возможности похоронить тебя по-драконьи. Но я обязательно вернусь! А пока спи спокойно.

Вытерла лицо рукавом и поплелась в зал с сокровищами. Пока шла принципиально не оборачивалась — обернусь и не смогу уйти, опять расплачусь, а мне нужно привести чувства в порядок и что-нибудь ответить Эми, которая все никак не может получить ответ на свой вопрос: «Лика, ты где?»

Сокровища видимо поняли, что я собираюсь уйти и жалобно заскулили:

«Не уходи. Не оставляй нас. Мы так скучаем в одиночестве…»

Остановилась у входа в зал, печально оглядела своих деточек и лапочек и сказала:

— Я вернусь! И мы больше никогда не расстанемся!

Уходить не хотелось, но я мужественно развернулась и шагнула во тьму коридора. Я как будто знала куда идти и через двадцать минут предстала перед разгневанной Эми. Она исподлобья оглядела меня и мрачно произнесла:

— Просто скажи, где болит.

— Ой, Эми, везде болит, все болит, — не стала врать я, — но не хочу здесь оставаться. Давай перелетим в другую пещеру.

— Давай, — неожиданно согласилась сестра. — Мне после купании здесь тоже не нравится.

— Какого купания?

— Тут озеро. Точно такое же как у Ашеро. Когда он плюнул, я успела нырнуть. Ты-то как умудрилась выжить.

Я пожала плечами и поплелась смотреть озеро.

— Интересно, они по одному типу пещеры себе роют? — вопрос вырвался сам собой.

— Нет, — ответила Эми, — у них просто дизайнеры без фантазии.

Мы рассмеялись и отправились в путь, не забыв наложить на себя соответствующие чары. Даже маскирующее заклинание, выученное у Снежной Королевы.

Летели долго. Остановились только с наступлением темноты — мне хотелось улететь от пещеры с сокровищем как можно дальше. Эми не переставая бурчала, ругалась и требовала остановки. На привале сразу же заткнулась, увидев страшные кровоподтеки и синяки. Я вся была как один сплошной синяк. Колдовать мне запретили, уложили на теплый плед и принялись лечить.

Лечение заняло три дня, в один из которых я обнаружила в кармане куртки пару золотых монет из сокровищницы мертвого дракона. Улыбнулась им — вот уж проказники, улучили возможность и запрыгнули в карман. Сестре о сокровищнице не рассказала. Самой