Лухари - Ирина Кова

– Она копия Ника!

Таш облегченно вздохнула.

Ее следующие несколько дней прошли между офисом, Лулу и больницей. Девочка действительно оказалась копией Ника. Он прилетел из Нью-Йорка первым же рейсом и не мог поверить своему счастью. Анна, воспользовавшись его радостью, обмолвилась о картине. Ник воспринял это известие на удивление спокойно, предоставив общение с Карлом адвокату по уголовным делам. Анна так никогда не узнала, что именно было предписано Карлу, но к возвращению Анны из больницы картина больше не могла побеспокоить ее взор. Деньги были возмещены, а Карла и след простыл. Стелла последовала совету Таш и вернулась в Нью-Йорк под крыло Вивьен, прервав с ним всяческие отношения.

*****

Октябрь принес в Лондон осеннюю прохладу. Световые дни шли на убыль, а по ночам чувствовалось приближение зимы. Сквозь стекло машины Таш наблюдала за пешеходами, заполонившими улицы Сохо с приближением вечера.

– Эндрю, сколько градусов на улице? – спросила она у водителя. Эндрю посмотрел на приборную доску.

– Одиннадцать градусов, мэм.

Таш приоткрыла окно и удобно раскинулась на заднем сидении. Легкий ветерок продувал ее тонкую белую блузку. Миновав нескончаемые пробки Ковент–Гардена, они наконец-то выскочили на Пикадилли. Филипп ждал ее в ресторане. В последний месяц они едва находили моменты для совместных выходов. Таш не вылезала из офиса по восемнадцать часов, Филипп был в постоянных разъездах. За последние месяцы он открыл новые офисы в четырех странах. Население развивающихся стран беднело, и популярность доступных микрокредитов стремительно росла.

– Ты грабишь бедных людей, – она поправила брючину с лампасом, зацепившуюся за ножку деревянного стула брассери «Колбер». – Если я раньше закрывала на это глаза, то теперь, когда ты делаешь это на моей родине, я не могу молчать.

Она смешивала мясной тартар с яйцом.

– Дорогая, я помогаю людям в трудной ситуации, одалживая им деньги.

Она подняла на него глаза. Филипп с бокалом белого вина и дюжиной устриц, стоящих перед ним, мало походил на Робин Гуда.

– Под грабительский процент! – ее голос звучал раздраженно.

– Это называется капитализм! С каких это пор ты стала социалисткой? Ты делаешь бизнес так же, как и я, – Филипп поставил бокал на стол.

Она чувствовала, как все у нее внутри закипело. Жар поднимался от солнечного сплетения вверх. Как он мог сравнить ее бизнес со своим? Ее щеки вспыхнули от ярости.

– В отличие от тебя, я не граблю людей! Я создаю условия для заказчиков встретиться с подрядчиками…

– За процент, – съязвил Филипп.

– Да, но мой процент ниже, чем у других агентств. А твой процент гораздо выше, чем в банке.

Она нешуточно завелась. В последнее время она заметила, что приумножение капитала становится главным смыслом жизни Филиппа.

– Таш, мы живем в капиталистическом обществе. Тут каждый получает по мере вклада в это общество. Вложил много – получил много…

– А как же обездоленные и больные? – В это раз она была намерена идти до конца.

– Их надо поддерживать для социального равновесия, но не долго. – Филипп проглотил устрицу. – Их проблемы и ранняя смерть не так уж и плохи для общества. А вообще, для развития социума они не нужны.

– Ты уверен? – ее голос дрожал. – А как же Стивен Хокинг?

– О`кей, те, кто что-то привносит в общество, – пускай себе живут. Но слабость – это ошибка природы. Должны остаться только здоровые и сильные люди для создания генетически идеального поколения и производства продукта.

– Это не я придумал! – продолжил Филипп, – Посмотри, как действует сама природа. Эпидемиями она очищает мир от стариков, слабых и больных, очищет планету от мусора! Мама сказала, что по данным разведки, в Китае уже бушует очередной смертельный вирус. Посмотрим, кого он унесет на этот раз…

– Ты серьезно?! – Таш не могла поверить, что он это произнес. – То есть ты считаешь, что старики и больные это мусор?! Если бы я оказалась вдруг не здорова и не красива, ты бы не хотел иметь со мной детей и от меня отказался?

– Не говори ерунду! – он глотнул вина. – С тобой я хочу иметь детей в любом случае. Когда, кстати, мы наконец-то займемся этим вопросом? Похоже, Анна с Ником счастливы в своем новом статусе. Давай заедем к ним после ужина! Они же живут за углом…

Таш не видела Анну несколько недель. С рождением дочки та с головой погрузилась в семью и нашла в этом свое новое «я». Ник встретил их у дверей. Как всегда одетый с иголочки, он проводил их в гостиную.

– Элизабет только что уснула, – с упоением сообщила Анна, садясь за стол. – Какие вы молодцы, что заехали. – Таш посмотрела на стену над диваном. На месте, где раньше висел Ротко, красовалось небольшое полотно Виллема Де Кунинга в бело–розовых тонах, гораздо гармоничнее вписывающееся в интерьер.

Ник поймал взгляд Таш,

– Это все Альберто! – Ник разливал вино по бокалам. – Он мне помог найти это чудо. – Ник скромно улыбнулся. – Когда все выяснилось с Ротко, мой адвокат связался с родителями Карла, и они пожелали покрыть не только стоимость картины, но и мои моральные издержки. Так что теперь мне хватило на Де Кунинга.

– И он гораздо больше подходит к интерьеру, – добавила Анна.

– Есть какие-то новости о Карле? – Филипп подошел ближе к картине, чтобы лучше ее рассмотреть.

– Вы не поверите… – Анна подсела к Таш. – Ты помнишь свою подругу Шарлот?

– Да, конечно… – Таш окончательно потеряла с ней связь после того, как Зак обнаружил обман Франческо.

– Так вот, Чарльз и Катя заезжали к нам пару дней назад посмотреть Элизабет. Они сказали, что видели их вместе на Ибице на прошлой неделе. Шарлот изменилась до неузнаваемости, из неприметной кареглазой шатенки она стала яркой блондинкой с огромной грудью. Удалила все старые социальные сети, чтобы никто из новых знакомых не увидел, что было. – Анна смеялась. – Оказывается, она все лето провела с Франческо, благодаря ему перезнакомилась со всеми и благополучно его бросила, поняв, что он не тот, за кого себя выдает.

– Она еще не знает, что опять поставила не на ту лошадь, – хмыкнула Таш. – Бедная Шарлот!

– Каждый в жизни получает по заслугам! – подал реплику Ник из кресла. – Значит, судьба распорядилась за них и считает их достойными друг друга!

– Это точно! – Таш с Анной понимающе переглянулись. – Пойду, посмотрю, как там Элизабет.

– Я всегда знал, что она будет прекрасной мамой. – Ник подошел ближе к Таш и шепнул ей на ухо: – Даже когда она спала с Карлом. – Таш чуть не выронила бокал. – Не говори Анне,