Творения. Часть 2 - Афанасий Великий

70) Но этого не последовало бы, если бы Слово было тварию, потому что с тварию всегда вел бы брань диавол, который также тварь, и человек, будучи посредником, сам оставаяся бы всегда повинным смерти, не имел у себя, о ком и кем соделаться бы Ему свободным от всякаго страха, сочетавшись с Богом. Этим сама истина показывает, что Слово не из числа созданных, а паче Само есть их Зиждитель. Для того и восприяло на Себя тело созданное и человеческое, чтобы Ему, как Зиждителю обновив это тело, обожить в Себе, и таким образом всех нас, по подобию Своего тела, ввести в небесное царство. Но опять не обожился бы человек, сочетавшись с тварию, если бы Сын не был истинный Бог. Человек не предстал бы Отцу, если бы облекшийся в тело не был истинное по естеству Отчее Слово. И как не освободились бы мы от греха и проклятия, если бы плоть, в какую облеклось Слово, не была по естеству человеческая (потому что с чуждым для нас не было бы у нас ничего общего), так не обожился бы человек, если бы соделавшийся плотию не был по естеству сущее от Отца, истинное и собственное Отчее Слово. Для того совершилось таковое соединение, чтобы по естеству Сущему от Божества сочетать с Собою по естеству человека и чтобы чрез это твердыми сделаться спасению и обожению человека. Следовательно, отрицающие, что Сын по естеству от Отца и собственно Отчей есть сущности, пусть отрицают и то, что приял Он истинную человеческую плоть от Присно – Девы Марии. Равно не было бы пользы для нас человеков, если бы Божие Слово не было истинным и по естеству Сыном, и если бы не была истинною восприятая Им на Себя плоть. Напротив того, Слово прияло на Себя истинную плоть, хотя и неистовствует Валентин. Слово же было по естеству и истинный Бог, хотя и неистовствуют ариане. В сей плоти Слово сделалось для нас начатком новой твари, став созданным за нас человеком и, как сказано, обновив нам оный путь.

71) Итак, Слово не тварь и не дело, ибо одно и то же: тварь, произведение, дело. И если бы Слово было тварию и произведением, то было бы и делом. Посему не сказало Оно о Себе: созда Мя дело, или: сотворил Меня вместе с делами, чтобы не подать мысли, будто бы Оно есть тварь по естеству и по сущности. Не сказало также: создал, да сотворю дела, чтобы опять злочестивые по злоумию своему не почли Его ради нас соделанным подобно орудию. Не возвестило о Себе также: создал Меня прежде дел, чтобы, как из того, что Оно прежде всех, следует, что Оно есть рождение, так и тем, что создано прежде дел, не привести к мысли, будто бы тождественны между собою речения рождение и созда. Напротив того, со строгою осмотрительностию сказало: созда Мя в дела. А это значит: Отец сотворил Меня, чтобы во плоти сделаться Мне человеком. А потому и из сего опять явствует, что Слово не дело, но рождение. Как входящий в дом не составляет части дома, но есть иное, а не дом, так Созидаемый в дела по естеству не то же, что дела. Ибо если, как утверждаете Вы, ариане, Слово Божие есть дело, то какою рукою и премудростию приведено Оно в бытие? Все приведенное в бытие приведено Божиею рукою и Премудростию, как говорит Сам Бог: вся… сия сотвори рука Моя (Ис. 66, 2). Давид же воспевает: в началех Ты, Господи, землю основал еси, и дела руку Твоею суть небеса (Псал. 101, 26), и еще в сто сорок втором псалме: помянух дни древния, поучихся во всех делех Твоих, в творениих руку Твоею поучахся (Псал. 142, 5). Поэтому, если создания совершены Божиею рукою, написано же, что вся… быша Словом, и без Него ничтоже бысть (Иоан. 1, 3), и еще: един Господь Иисус… Имже вся (1 Кор. 8, 6), и: всяческая в Нем состоятся (Кол. 1, 17), то явно, что Сын не дело, но Он есть Божия рука и Премудрость. Зная это, и бывшие в Вавилоне мученики Анания, Азария, Мисаил обличали арианское злочестие. Ибо сказав: благословите, вся дела Господня, Господа (Дан. 3, 57), в ряду дел перечислили все, что на небе и на земле, и всякую тварь, но не наименовали Сына, ибо не сказали: благослови Слово, песнословь Премудрость, давая тем знать, что все прочия существа песнословят и суть дела, Слово же не есть дело и Оно не из числа песнословящих, но Его с Отцем песнословят, Ему поклоняются, о Нем богословствуют, потому что Оно есть Отчее Слово, Отчая Премудрость и Зиждитель дел. Сие и Дух с совершенным различением изрек во Псалмах: яко право Слово Господне, и вся дела Его в вере (Псал. 32, 4), как и в другом псалме говорит: яко возвеличишася дела Твоя, Господи: вся Премудростию сотворил еси (Псал. 103, 24).

72) Если бы Слово было делом, то, без сомнения, и Оно приведено было бы в бытие Премудростию, и Писание не различало бы Его от дел, и не стало бы их именовать делами, о Нем же благовествовать, как о Божием Слове и о собственной Божией Премудрости. Теперь же Писание отличая Его от дел, показывает, что сия Премудрость есть Зиждительница дел, а не дело. То же различение наблюдает и Павел, пиша к Евреям: Живо бо Слово Божие и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлением и мыслем сердечным. И несть тварь не явлена пред Ним, вся же нага и объявлена пред очима Его: к Нему же нам слово (Евр. 4, 12, 13). Видишь, созданныя вещи наименовал тварию, Сына же разумеет сущим Божиим Словом, так как Он не то же,