Алекс Бринер. Последний ранг. Том 2 - Анна Кондакова

— Теперь у вас есть много мёртвого материала! Посмотрите, сколько костей! Из них вы и создадите свою нежить, а потом пустите её на бой с конкурентами! И поторопитесь, ведь костей не хватит на всех. Однако не возбраняется убивать конкурента и делать из него новую нежить! Сегодня, на Балу Мёртвых, можно всё!

Она подняла руку, и музыка заиграла громче. Наверное, только для того, чтобы заглушить шорох и скрип костей — их сразу начали загребать к себе некроманты-претенденты. Да, те самые: трое мужчин и трое женщин.

Граф Латынин быстро схватил с пола длинную бедренную кость с остатками сгнившего мяса и подтянул к себе покалеченную нежить. Потом — ещё одну.

Анастасия Баженова тоже времени зря не теряла, только пачкаться не стала. Она вскинула руки над головой и подняла в воздух сразу груду переломанных скелетов, завладев почти половиной того, что имелось в зале.

Остальные некроманты тоже принялись собирать мёртвый материал для создания нежити. Это считалось сложной техникой Пути Эреба, как и управление ядами.

Отовсюду уже слышался скрежет создаваемых бойцов из костей, некроманты изощрялись, как умели.

Каких только уродов они ни создавали!

Латынин объединил кости в кривого великана ростом до самых люстр, а вот его конкурент, наоборот, разделил материал на несколько частей и создал десяток мелких воинов. Ещё один некромант-претендент, совсем молодой, сделал из костей собакоподобную тварь.

Ну а дочь Волота не стала мелочиться и соорудила что-то похожее на костяного змея — длинного, с огромной головой.

Другая девушка-некромантка, в ярко-зелёном платье, единственная конкурентка Виринеи и Анастасии, создала двух воинов, а потом сделала то, чего не сделал никто: подарила нежити свою кровь. Она резанула себе по ладони и окропила кровью воинов, после чего наделила их магической бронёй Эреба. Те обросли мёртвыми мышцами и теперь больше походили на настоящих зомби-бойцов, чем на нежить.

В общем, некроманты старались изо всех сил.

Я глянул на Виринею.

Та вообще ничего не делала.

Совсем.

Девушка просто стояла, взяв лишь одну кость из-под ног. Это была плечевая кость нежити, которую до этого я убил на глазах у девушки.

— А ты чего? — опешил я. — Тебе одной костяшки хватит?

— Вполне, — просто ответил она. — Мне не нужны подачки графини, чтобы создать нежить.

Сейчас она опять напоминала мне Хибинскую Ведьму.

Её пра-прабабка всегда выглядела слишком самоуверенной, и для этого были все основания. Она отлично умела управлять мертвецами. Это был один из самых мощных её навыков. Нежить, зомби, некро-големы — она легко делала из них послушных солдат, а потом сотнями отправляла в бой.

Но Виринея — не Хибинская Ведьма, как бы ни старалась быть на неё похожей, и это могло паршиво для неё закончиться.

Девушка шагнула ко мне ближе, постучав костью себе по ладони.

— Прикрой меня, пока я провожу ритуал, — прошептала она, оглядывая конкурентов вместе с их костяным войском.

— Сколько надо времени? — уточнил я, готовя к бою оба меча для Дуо-То.

— Десять минут, не меньше, — ответила Виринея.

Для боя это было не так уж и мало, если учитывать, что вокруг нас собралась костяная армия не самых слабых некромантов. Один змей размером с поезд чего стоил.

— Ладно, устрою. Только поторопись, — кивнул я, уже не глядя на Виринею, а зорко следя за противниками.

В первую очередь меня интересовали Анастасия Баженова и вторая девушка-некромантка, которая создала воинов в броне. Кто-то из них сразу нападёт на Виринею, можно было не сомневаться.

Стоило мне об этом подумать, как всё произошло.

Первой ударила дочь Волота.

Не сходя с места, она вскинула руку, и её гигантский костяной змей устремился в нашу сторону. Но чтобы добраться до Виринеи, сначала Баженовой нужно было убрать с дороги меня. Скрутить, вырубить, лишить магии. Вряд ли она планировала меня убить: я был нужен её папаше живым, а значит, она ни за что не станет портить ему вечер.

Но вот насчёт Виринеи никаких уговоров не было.

Анастасия могла убить её без зазрения совести, что она и планировала сделать. Это читалось в её потемневших глазах — Виринея не должна была пройти на финальный танец.

Несчастный профессор Воронин тем временем стоял и смотрел на всё это. Внутренняя борьба раздирала его. Он рвался помочь своей племяннице, но в то же время не мог отойти от Анастасии. Его клятва никуда не делась: он до последнего должен был защищать свою спутницу, с которой сюда пришёл.

Профессор посмотрел на меня с мольбой.

Я кивнул ему, давая понять, что не дам в обиду Виринею. На мне ведь тоже была клятва — такая же, как у Воронина, только данная Хибинской Ведьме, но профессор об этом не знал.

Бой некромантов продолжался.

Пока Латынин и два его конкурента готовились сразиться на одной стороне зала, на другой стороне меня уже атаковали. Костяной змей поднял гигантскую башку под самый потолок и раззявил пасть, а потом резко опустился к полу в попытке накрыть меня своим огромным зевом.

Я принял образ призрака и даже не двинулся с места.

Костяная пасть попыталась меня ухватить, но ничего не вышло. Все кости змея прошли сквозь моё тело. Он лишь щёлкнул зубами, ловя воздух. Зато мои мечи для Дуо-То были вполне материальными, да ещё и с эктоплазмой, а значит, очень острыми.

Быстрым движением рук я полоснул клинками по кругу — внутри пасти и по зубам змея. Этого хватило, чтобы лишить его половины черепа сразу.

Часть костей рухнула прямо на меня.

Змей захрустел скелетом, отпрянул в сторону и ощетинился оставшимися зубами. Из его пасти дохнуло пылью, и меня с ног до головы обрызгало гнойным соком мертвечины.

— БРИНЕР!!! УЙДИ С ДОРОГИ, ПОКА ЦЕЛ! — рассвирепела Анастасия.

Она уже поняла, что костяная нежить ничего мне не сделает.

Девушка повернулась к профессору Воронину, который просто стоял рядом с ней и ничего не делал.

— А ты⁈ Чего встал⁈ Иди и атакуй Бринера! Убери его с моей дороги! ЖИВО-О!

Профессор даже с места не сошёл.

— Я поклялся защищать вас, но не клялся за вас воевать. Это разные вещи, госпожа Баженова. И вообще… хм… хотите анекдот про гробовщика? Он будет тут очень уместен.

Анастасия скрипнула зубами и отвернулась от Воронина.

— Сейчас вы все у меня попляшете, ублюдки! А ты — особенно, Бринер! Призраки не бессмертны!

Она снова вскинула