Домоводительство Господне. Том 1 - Якоб Лорбер

7. И потому также никто не может и не должен ничего делать из себя, даже если он польщенно узрит и в благотворном осознании ощутит в своей тесной груди некую более высокую жизнь, — но ему следует, подобно этой капельке, полностью предоставить себя Господу, и Тот уверенно поведет и направит его так, как это более всего соответствует Его вечной любви и порядку, что, разумеется, вовеки пребудет для человека наилучшим! Аминь».

8. «Да, так оно и есть», — произнес Адам вместе со всеми присутствующими детьми основного рода, Адам же продолжил, говоря: «Ибо все, что растет и процветает на земле, во всей кротости безропотно подчиняется этому вечному порядку всесильного Бога. Мы ежедневно видим, как солнечный луч могущественно влечет траву из темного лона земли, равно как и все растения, кустарники и деревья, и как из влажных низин и моря этот сильный и мягкий солнечный луч бережно поднимает к себе на небосвод облака и нежно наполняет их мягким светом, и наконец преображает их и просветляет, так что они, сами уже, подобные свету, больше не воспринимаются нашими грубыми чувствами, хотя для духовного ока они вовеки пребывают непреходящими. И пусть это всего лишь земной образ, построенный на сравнениях, но все же он полностью равноценен высокому порядку человека, которому дано тело, наделенное разумом и душой, чтобы благородный плод произрастал в нем, сообразно вечному порядку, для вечной жизни в Боге, — так зачатие становится новым бессмертным плодом, произрастая из души благодаря силе любви из Бога и Его порядка.

9. О дети, смотрите, благоволя к нам, Господь подготовил нам оратора и открыл ему глаза, и через него освободил наши уши, чтобы мы могли лучше понимать великие замыслы пресвятого Отца в отношении нас! И поскольку к нашей радости нам наилучшим образом было открыто мудрое значение этого любимого мною места, давайте теперь пойдем дальше, ибо земля таит в себе еще много непознанных сокровищ, так пусть же и они станут отрадой для нашего духа! Аминь».

10. И смотри, тогда эти первые люди земли в душе возблагодарили Меня, а затем поднялись и направились на Восток к выходу, а там через немного сужающийся проход проследовали на открытый воздух, где они задержались на некоторое время и с великим изумлением наблюдали за журчащим прозрачным ручейком, и видели, как далеко внизу мягкие облачка быстро поднимались из этого ручейка вверх к свободным пространствам света, и видели также, как эти облачка, преображенные теплом, исчезали из виду. И тогда все они хорошо поняли это действо природы и узнали в нем себя, что было им на пользу, и в глубине своего сердца восхвалили Меня за это, и безмерно возрадовались, а потом отправились дальше через широкую горную равнину, где жили многие семьи. И те, уже издали заметив белоснежную фигуру праотца, все разом поспешили к хорошо утоптанной ведущей наверх дороге, чтобы Адам благословил их, а затем стали восхвалять Мое имя, так что чистый звук их голосов разливался повсюду, затихая над далекими горами, приглашая всех живших там детей к следующему дню покоя — субботе, когда вновь будет совершено полагающееся Мне жертвоприношение.

11. И тогда отцы с ликующим сердцем двинулись дальше вплоть до того места, где уходящая в небо снежно-белая скала резко преграждала им путь, и там снова опустились на землю, окруженные тысячами детей, которые усердно старались преподнести отцам главного рода всевозможные кушанья, и каждый чувствовал себя счастливым, если те благословляя прикасались к его дарам, преподнесенным от всего сердца.

12. И смотри, на этом привале Адам устремил свой взгляд ввысь, к многочисленным высоким зубцам этой уходящей в небо скалистой горы, и долгое время, полностью погруженный в себя, не произносил ни слова, и никто не отваживался спросить его, что он там видит. И громкое ликование детей тотчас смолкло на некоторое время, ибо они заметили слезы в глазах праотца.

13. И все принялись размышлять о том, каковы его намерения, но, кроме Еноха, никто не был способен увидеть, что происходит в его душе.

14. Адам же отвел глаза от высоких круч скалистой горы, безмолвно окинул взглядом всех собравшихся детей и наконец в сильном волнении произнес:

15. «О, все это моя собственная вина! О великий, святой справедливый Бог, почему Ты повелел моей вине вырасти в такую гору?! Я еще жив, а эта скала уже почти достает неба! Насколько же еще она увеличится к концу всех времен?!

16. И как я смотрю сейчас в канун субботы, окруженный тысячью детей, отдыхающих здесь у твердыни моей вины, так и последний человек, оставшийся один из всех живых созданий и детей, будет здесь однажды, каясь и скорбя о моей вине, одиноко устремлять свой взор к этим вечным вершинам сверкающих миров в бесконечности Бога, с великой тоской ожидая, когда эта гора обрушится на него, чтобы раздавить и погрести под своими обломками его как последнюю каплю моей великой вины!

17. О дети, взгляните: там наверху, где все еще дымится и горит, — я возник и согрешил перед лицом Бога и земли!

18. Тогда я еще был совершенен, и все творение было подвластно мне и хорошо понятно от центра земли до того высокого, последнего мира миров, которого ни один дух никогда не достигнет даже своей самой возвышенной мыслью!

19. И кого же сделала из меня моя вина? Чем я стал в ночи моего греха?! Ничем иным, как лишь жалким червем во прахе земли, едва ли способным на что-то большее, чем влачить в себе частицу самой горемычной жизни!

20. О дети, смотрите: даже падение с последней, самой дальней звезды в вышине до последней, самой дальней звезды в глубине — всего лишь прыжок стрекочущего сверчка в сравнении с тем падением из моей прежней выси до этой несказанной бездны!

21. Я был поставлен на вершину — уже в своем земном начале — для величайшего смиренного самопознания, и я познал себя, и из-за этого пал еще ниже: до этого самого места пришлось мне падать, а моим ступням — из-за Каина — и того ниже!

22. О это падение, которое