Кастелян - Calmius

Не было времени размышлять, какая может быть связь между Землёй и моим миром. Проявлять хотя бы следы заинтересованности к происхождению этой вещи я не стал — хватило даже моего ума. Намертво запомнил всё, что выболтал «уговаривающий» меня Олливандер, и тем ограничился.

Очень может быть, что в виде рисунка на коробке мне показали ожидаемую иллюзию. И что полное признание Миры и моим Замком, и моим кольцом — тоже иллюзия. Но в таком случае нужно просто согласиться, что всё вокруг — одна сплошная приятная иллюзия, и продолжать жить дальше. Да что там, вообще всё, начиная с мощного удара дяди Вернона по фанере — это всё вполне может быть иллюзией или коматозным бредом. Бритва Оккама в помощь.

Так что я пустил Миру к себе. И получил надёжного союзника, отвечающего за нашу ментальную защиту. Всё ещё неумелого, но обучающегося вместе со мной.

Вот, легка на помине. Кто-то опять лезет в голову. Охота же вам раз за разом жрать этот кактус, профессор.

Вздохнув, я поднял взгляд на его подбородок. В глаза смотреть не будем.

— Радует, что вы снова с нами, Поттер. Итак, вы «позвали» палочку.

— Да. Видимо, как-то неправильно позвал: прилетел обгорелый хлам из подсобки для запчастей.

— Да что вы такое говорите?

— И даже более. Мне до сих пор стыдно, но Олливандер сумел впарить мне этот мусор. «Вещь сама вас нашла, мистер Поттер». Старый…

— Поттер, или вы…

— Ваш Олливандер — циничный барыга! Как и многие торгаши из Косого. Это моё мнение, что бы вы ни думали о моих манерах, — огрызнулся я и добавил тише: — Насмотрелся я на экслибрисы Поттеров в букинистических лавчонках.

Снейп машинально бросил взгляд на потолок, но я был спокоен: чего-то похожего на следилки в этом тупике не было. Только простейшая бытовая вязь: освещение, вентиляция да казённые сигнальные нити, сейчас неактивные.

— Там есть разные экслибрисы, мистер Поттер. Не обязательно произносить это вслух.

Мы помолчали.

— Интрига с вашей палочкой всё ещё ожидает своего завершения, мистер Поттер.

Я собрался с мыслями.

— В общем, я предложил поискать более научными методами. Не перебирать наугад, а выявить общие предрасположенности, далее уточнить детали… Олливандер, конечно, опытный специалист и талантливый мастер…

— И снова радует, что вы это, наконец, признали.

— Сказал, что существует алгограмма Йонкера, которая именно так и работает, — игнорируя подколки, продолжил я. — Но, раз уж я раскалываю остродуб из-за лёгкой накачки накопителя, то сканировать меня алгограммой — значит поднять на воздух половину Косого на первом же контраверсном прогоне. Автоматика противопоказана, одним словом.

— Что-то заставляет меня сомневаться, что вы не можете запомнить слово «остролист» с третьего раза.

— Ну да, мастер слегка подустал к тому времени и проговорился про накачку. Не суть. Идея его увлекла. Он попросил меня рассказать, что я люблю делать больше всего. Я выдал ему свои предпочтения.

— Было бы интересно узнать, какие.

— Он сходил в подсобку, — я проигнорировал и эту попытку хапнуть немного сведений о себе. — Наскрёб три очень разные палочки. Сказал, что они весьма требовательны, селективны и бла-бла-бла. Две из них полностью подтвердили опасения и остались абсолютно холодны. Третья… подошла.

Это так. Не было света, волны тепла и прочей эффектной мути. Но в захламлённой лавке вдруг стало больше места. Все вываленные предметы оказались на своих местах, плафоны засияли новизной, а металл — полировкой. Мастер, наверное, и сам удивился, какого цвета на самом деле должен быть его ковёр на полу. А главное, мы даже не сразу поняли, что произошло. Ничего не прыгало, не летало и вообще не издало ни звука. Мир просто… сдвинулся. Немного. И стало легче дышать.

— Сработала уверенно, было ясно, что поиск завершён. Мастер… — я запнулся. — Да, мастер. Палочку ведь он мне всё-таки подобрал. Олливандер как-то осунулся и постарел. Сказал, что это полное фиаско — найти идеал для самого сложного клиента за полвека, и этот идеал — нелепая спутница его заклятого соперника и конкурента.

И главное, добавил я мысленно, так и осталось непонятным, почему столь привередливая палочка сделала этот выбор. Мне не нужен был пульт с кнопками, я покупал её только для вида. Впрочем, Снейпу об этом знать не обязательно.

— Он начал рассказывать. Видимо, то, о чём не стал бы говорить, будь он в менее расстроенных чувствах. За путанными репликами забрезжила действительно интересная история… Но тут припёрся Хагрид, с совой и вопросом, почему я так долго.

— Не понял. Какое ему было дело до вас?

— А… так он сопровождал меня в походе за покупками к школе.

— Он — что?! Кто его пустил? Кто приходил к вашим… опекунам из школы? МакГонагалл, Спраут?

— Хагрид и приходил. Если это можно так назвать.

— Если? Поттер, так не бывает. Видимо, вы пропустили визит. Вы ведь учились в магловской начальной школе? Быть может, пока вы сидели на уроках…

— Такое трудно пропустить. Профессор, это я сейчас знаю, что к другим приходила МакГонагалл. В нормальное время, утром, культурно скручивала мозги слишком упрям…

— Поттер! Если вы ещё раз…

— … без почтового террора, выбитых в полночь дверей, телесных увечий и…

На этот раз Снейп не стал ничего переспрашивать. Дослушал тираду до конца, помолчал, откинулся поудобнее и сказал:

— Рассказывайте. С начала.

Я посмотрел на дверь. Снейп это заметил.

— Время есть, не беспокойтесь. Судя по тому, что я увидел, Коновалу работать ещё долго.

— К…коновалу? — куда он меня привёл? Что-то номера на двери не видно.

— А вы думали, что регистрацией в Министерстве занимается специально выделенный человек? Вас слишком мало. Я имею в виду, тех ид… анимагов, что решили зарегистрироваться. Так и не понял, зачем вы это делаете.

— Я не собираюсь таиться. Форма слишком удобная. Да и… кто-то может узнать и шантажировать…

Снейп, конечно, понял, о чём и о ком речь. Быть может, даже слишком хорошо понял?

— Ладно. Об этом в другой раз. И не тряситесь вы так. У клиента, который сейчас в кабинете,