Росс Полдарк - Уинстон Грэм

После отъезда гостей Демельза, как ни старалась, не смогла держаться подальше от портвейна. Все сели играть в мушку. Все, кроме Демельзы, потому что она не знала правил игры. И Росс заметил, как жена, прохаживаясь по гостиной, тайком налила себе еще пару бокалов.

И вот теперь Демельза степенно поднималась рядом с ним по широкой лестнице. Она держалась прямо и невозмутимо. На фоне светло-зеленого шелка ее сильная тонкая шея и плечи напоминали белую сердцевину цветка.

Да, сегодня он увидел жену другими глазами, словно бы со стороны. Впервые оказавшись в обществе, где Росс чувствовал себя словно рыба в воде, но для не самой все было в новинку, Демельза сумела доказать, что способна за себя постоять. Росс больше не жалел о том, что принял приглашение Фрэнсиса. Он вспомнил слова Элизабет: «Ты должен вывозить жену в свет». Да, теперь, если только Демельза сама захочет, это вполне осуществимо. Перед ними обоими открывалась новая жизнь. Росс был доволен, он почувствовал прилив сил и гордость за свою молодую жену.

Когда они подошли к спальне, молодая жена икнула. Она тоже чувствовала, что в ней происходят какие-то изменения. Она ощущала себя кувшином с перебродившим, полным пузырьков сидром. У нее слегка кружилась голова, во рту был привкус желчи, и ей, как и Россу, совсем не хотелось спать.

Демельза обвела взглядом со вкусом обставленную спальню, бледно-розовые тисненые обои и парчовые шторы.

– Росс, – сказала она. – Мне не нравится, что эти птички такие пестрые. Дрозды не бывают такими пестрыми. Если кому-то так захотелось изобразить птиц на шторах, почему бы не нарисовать им пятнышки настоящего цвета? Не бывает птиц с розовыми пятнышками. И вообще, таких пестрых птиц не бывает.

Она качнулась к Россу, который только что закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.

– Ты пьяна, девочка. – Он потрепал Демельзу по щеке.

– Да ничего подобного.

Демельза восстановила равновесие и с гордо поднятой головой прошла в комнату. Там она тяжело опустилась в кресло напротив камина и сбросила туфли. Росс зажег свечи в подсвечниках от свечи, которую принес из гостиной.

Демельза сидела, закинув руки за голову и вытянув ноги к камину, а Росс в это время медленно раздевался. Они обменивались ничего не значащими фразами и смеялись, когда Росс вспомнил, как Джон вертел колесо прялки. Демельза расспрашивала мужа о Рут, о Тигах, о Джордже Уорлеггане. Они говорили негромко, в их отношениях чувствовались тепло и искренность, которые возникают только между очень близкими людьми.

Дом погрузился в тишину. Им не хотелось спать, но тепло и уютная обстановка располагали ко сну. Росс переживал момент чистого, ничем не замутненного счастья. Он получал любовь и столь же щедро ею делился. Их отношения с Демельзой можно было назвать безупречными.

Росс надел халат Фрэнсиса, сел на стул рядом с женой и протянул руки к огню.

Они помолчали немного, а потом весьма довольная собой Демельза спросила у мужа:

– Росс, надеюсь, я не подвела тебя сегодня вечером? Я вела себя, как и подобает миссис Полдарк, да?

– Ты вела себя просто отвратительно, – сказал Росс. – Но именно это и оказалось залогом успеха.

– Не дразни меня. Я серьезно. Как ты думаешь, я вела себя как хорошая жена?

– Ну, как сравнительно хорошая. Вернее, несравнимо хорошая.

– А как тебе мое пение?

– Просто восторг.

Они опять замолчали.

– Росс.

– Да, бутончик?

– Снова этот бутончик. Сегодня меня постоянно называли то бутончиком, то цветочком. Надеюсь, через несколько лет меня не станут именовать стручком.

Он тихо рассмеялся и долго не мог остановиться.

– Росс, – снова начала Демельза.

– Да?

– Если я была хорошей женой, то ты должен мне кое-что пообещать.

– Ладно.

– Ты должен пообещать, что в ближайшее время… до Пасхи съездишь в Фалмут и разыщешь там капитана Блейми. И узнаешь, любит ли он еще Верити.

Повисла пауза.

– И как же, интересно, я узнаю, кого он любит? – шутливым тоном поинтересовался Росс.

Он пребывал в хорошем расположении духа и совсем не хотел вступать в спор с Демельзой.

– А ты его спроси. Вы ведь были друзьями. Он не станет лгать в таком вопросе.

– Допустим, я спрошу. И что потом?

– Если он еще любит Верити, мы устроим так, чтобы они встретились.

– И что дальше?

– Дальше нам уже ничего не надо будет делать.

– А ты очень настойчива.

– Только потому, что ты такой упрямый.

– Мы не можем распоряжаться чужими жизнями.

Демельза икнула.

– У тебя нет сердца, – сказала она. – Вот чего я никак не могу понять. Ты любишь меня, но у тебя нет сердца.

– Я очень люблю Верити, но…

– Опять эти твои «но»! Вечно ты сомневаешься. В тебе нет веры. Вы, мужчины, ничего не понимаете. Ты вообще ничего не знаешь о собственной кузине!

– А ты знаешь?

– А мне и не надо. Я знаю себя.

– Позволь мне выдвинуть гипотезу, что в мире существует женщина, не похожая на тебя.

– Ну и выдвигай на здоровье! Ты не запугаешь меня своими заумными словечками! Я знаю, что Верити родилась не для того, чтобы превратиться в старую деву. И она вовсе не обязана гробить свою молодость, прибираясь в чужом доме и присматривая за чужими детьми. Уж лучше она рискнет выйти замуж за мужчину, который не умеет пить.

Демельза наклонилась и начала стягивать чулки.

Росс внимательно за ней наблюдал.

– Похоже, ты после свадьбы целую философию успела развить.

– Нет… ничего я не развивала, – сказала Демельза. – Но я знаю, что такое любовь.

После этого ее замечания разговор принял иной оборот.

– Да, и я тоже это знаю, – серьезно сказал Росс.

Воцарилось продолжительное молчание.

– Когда любишь кого-то, – произнесла наконец Демельза, – тогда пара синяков на спине не считается. Главное, что тебя тоже любят. А если есть любовь, то ранить могут только твое тело. Сердцу больно не сделают.

Демельза скатала чулки в клубок, снова откинулась в кресле, вытянула ноги к камину и повращала ступнями. Росс поворошил кочергой угли, пока снова не разгорелся огонь.

– Так ты поедешь в Фалмут? – спросила Демельза.

– Я подумаю, – сказал Росс и повторил: – Я подумаю.

У Демельзы хватило ума не давить на Росса. Еще один практический урок, который она усвоила за время замужества. Если достаточно долго, но осторожно обхаживать Росса, всегда можно добиться своего.