Пакт Молотова-Риббентропа. Тайна секретных протоколов - Алексей Кунгуров

2. Микрофильмы из коробки фон Леша.Нет никаких данных, подтверждающих достоверность легенды Безыменского об их захвате западными союзниками в 1945 г. в Шенберге. Реально их история прослеживается только с момента передачи Госдепартаментом США Политическому архиву ФРГ в 1958 г.

3. Показания Риббентропа на суде.Они во многом категорически разошлись даже с аффидевитом Гаусса, а количество внутренних противоречий и грубейших неточностей в них самих таково, что их однозначно следует считать лжесвидетельством. Собственно, именно так они и были восприняты в 1946 г. Ни Трибунал, ни аккредитованные в Нюрнберге журналисты не придали им значения.

4. Мемуары Риббентропа «Между Лондоном и Москвой».

Верить в то, что они написаны лично Риббентропом, может лишь тот, кто их не читал. Поэтому даже апологеты «секретных протоколов» стараются обходить их своим вниманием.

5. Сборник документов «Нацистско-советские отношения 1939–1941».При всем желании данный источник не может считаться достоверным, ибо происхождение опубликованных текстов издателем скрыто.

6. Карты Польши с росписями Сталина и Риббентропа.

Все пять известных мне вариантов являются фальшивыми. Уже одно только количество этих изображений, участвующих в пропагандистском обороте, указывает на их подложность.

7. Доклад Яковлева.Он выражал лишь личное мнение докладчика. О содержании доклада не знали даже члены депутатской комиссии по политической и правовой оценке советско-германского Договора о ненападении от 23 августа 1939 г. В любом случае в нем не приводится ни одного аргумента в пользу существования «секретных протоколов», а лишь констатируется, что оригиналы оных нигде не обнаружены.

8. Выводы депутатской комиссии Яковлева, сделанные на основании собранных документов и проведенных экспертиз.Как мною установлено, упомянутая комиссия вообще не осуществляла никакой работы и была создана лишь с целью прикрытия мероприятий по фальсификации «доказательств» существования «секретных протоколов», которые проводились членами «мидовской» группировки в Политбюро ЦК КПСС и их сообщниками.

9. Акт Смирнова-Подцероба.Мною обнаружено более 20 признаков его фальсификации. Его местонахождение до сих пор не известно. Ни в одной научной работе нет ссылок на этот документ.

10. Свидетельство Павлова.Сфабриковано писателем Карповым в период между 1989 г. и 1991 г. Находится в неразрешимых противоречиях с аффидевитом Гаусса и свидетельствами Риббентропа. Введено в «научный» оборот Львом Безыменским с указанием ложных архивных реквизитов.

11. Заверенные «копии Панина».Если они и существуют, то это копии не с «оригиналов» протоколов, а перевод текста американских фальшивок, выполненный для руководства МИД в ознакомительных целях. Ничем иным невозможно объяснить, что копии с секретных документов не были уничтожены согласно регламенту после того, как должностные лица, для которых их изготовили, с ними ознакомились, а были помещены в несекретные фонды мидовского архива.

12. Оригиналы «секретных протоколов» из «особой папки».Физически они не существуют. По указанным архивным реквизитам получить документы никому не удавалось. Введены в научный оборот фальшивки задним числом, путем выпуска в 1995 г. журналов «Вопросы истории» (№ 1, 1993 г.) и «Новая и новейшая история» (№ 1,1993 г.).

В 2011 г. на выставке в российско-германском музее в Карлсхорсте демнстрировался сенсационный экспонат – оригиналы «секретных протоколов», как их представили устроители выставки. На поверку это оказались небрежо сделанные ксерокопии непонятно с чего. На табличке было указано, что документ предоставлен Архивом Министерства иностранных дел РФ. Вообще-то он называется Архив внешней политики, и в нем-то как раз никаких «секретных протоколов» никогда не было. По легенде они находятся в Архиве президента РФ. Опять надувательство!

13. Заверенные копии бесед Молотова с Шуленбургом и сопутствующие им документы (шифротелеграммы, проекты договоров).Несуществующие в природе либо видоизмененные оригинальные документы. Сфальсифицированы после 1989 г. с целью введения их в научный оборот через публикацию сборников «Полпреды сообщают», «Документы внешней политики СССР» и «1941 год». Базой для их создания послужили документы, опубликованные в госдеповском сборнике 1948 г.

Сторонники канонической версии сговора Молотова Молотова-Риббентропа сходу отметают последний довод. Мол, то, что все эти документы фальшивые, не доказано. Хорошо, тогда пусть они докажут, что какие-то из этих бумаг подлинные. Потому что все настоящими они быть не могут. Даже в официальных сборниках записи бесед Молотова с Шуленбергом публикуются в разных вариациях, чего в реальности, разумеется, быть не может. При том один и тот же документ имеет различные архивные реквизиты. Это сделано для того, чтобы затруднить доступ к источнику для проверки. Ведь если указаны неверные реквизиты (иногда даже различные архивы), то в архиве вы не получите доступа к документу. Вас просто будут футболить из одного архива в другой, а на все претензии вежливо отвечать: мол, если издатели сборников что-то напутали, то пусть они и разбираются.

Что особенно бросается в глаза, в официальном сборнике «Документы внешней политики СССР. 1939 год» (том XXII) за период 1-28 сентября 1939 г. не опубликовано ни одной записи о встречах Молотова и Шуленбурга, не смотря на то, что в этот момент отношения с Германией были самым важным вопросом для советской дипломатии. МИД РФ решил не утруждать себя, поскольку в пропагандистском обороте находятся отчеты об этих беседах, вброшенные Госдепом еще в 1948 г. Опубликовать настоящие документы – значит, разоблачить американские фальшивки. Воспроизвести их тоже не вариант, поскольку придется дать архивные реквизиты. Решили тупо отмолчаться. У официальных историков такой вопиющий пробел никаких вопросов не вызвал.

В указанную чертову дюжину «доказательств» вошли лишь те, что участвуют в «научном» обороте. Мемуары Хильгера в виду своей вопиющей лживости не упоминаются в этом ряду, так же как воспоминания Болена и Херварта. Вообще, во всяком историографическом исследовании мемуары не считаются надежными источниками. Во-первых, участники событий всегда субъективны. Во-вторых, воспоминания пишутся порой десятки лет спустя и хотя бы поэтому не обладают необходимой точностью. Но в деле о «секретных протоколах» документальная база настолько неубедительна, что в качестве источников фальсификаторы слишком часто используют мемуары.

Газетные публикации и фантазии биллетристов, представленные сочинаниями Волкогонова, Роговина, Безыменского, Вульфсона, Радзинского, Черчилля, Резуна, Пронина, Бережкова, Семиряги и прочих в принципе не могут быть подтверждены или опровергнуты, поскольку принадлежат к сфере пропаганды. Несколько особняком стоит работа Ингеборг Фляйшхауэр «Пакт. Гитлер, Сталин и инициатива германской дипломатии», которая сделала попытку документального исследования проблемы. Но достигнутый ею результат совершенно неубедителен, ибо сама методология исследования, примененная автором, базировалась на постулировании, а не анализе фактов и документов.