От Давоса до Куршавеля. Где решаются судьбы мира? - Алексей Пушков

Американские эксперты успокаивают: это еще ничего не значит. Такое было и с Рейганом, и с Клинтоном. Действительно — было. А потом они выправили ситуацию. Но что, если Обама тоже лопнет — как любой другой пузырь? И станет ясно, что он был просто носителем выгодно отличавшей его от Буша риторики, и не более того?

Обозревателю журнала «Шпигель» показалось, что Обама — всего лишь ловкий политик, жонглирующий словами, но не меняющий сути того, что делают США. «В Афганистан будет отправлено дополнительно тридцать тысяч американских солдат. А затем их сразу отправят назад. Америка отправляется на войну — а оттуда она начнет марш к миру. Это была речь лауреата Нобелевской премии войны» — так описал журнал содержание его речи.

Вот так сюрприз: Обама оказывается не тем, за кого его принимали? Но могло ли быть иначе? Ведь повсюду в мире сегодня лидеров выбирают скорее за созданный вокруг них образ, чем за реальные дела и поступки. Причем сначала создается образ, а затем следуют дела. Или, чаще всего, не следуют. И Обама — не единственный пример.

Президент Франции Николя Саркози — вот еще одна такая фигура. Жесткий, решительный, способный сдвинуть Францию с мертвой точки, заставить заработать ее экономику, — вот те образы, которые сопровождали его приход к власти. Но, избрав его президентом, французы обнаружили, что имеют дело с динамичным, но самовлюбленным мегаломаном. Этот образ несколько смягчает безголосая певица и модель Карла Бруни, ставшая женой президента: вот она с гитарой, вот — с королевой Британской, вот — с далай-ламой… Но и «тихая» Карла — фрукт порченый. Вокруг нее — тьма слухов и скандалов. То пресса публикует разоблачения от бывшей близкой сотрудницы Саркози Рашиды Дати. То выходит книга «Карла — секретная жизнь», где перед нами предстает эгоистичная, капризная, хитрая и ограниченная женщина, помешанная на деньгах и сексе. Никогда прежде у президентов не было жен, которые до замужества ходили по подиуму, позировали обнаженными и утверждали, что являются сторонницами полигамии, то есть множественных сексуальных контактов. И все это сходит с рук, во всяком случае, до поры до времени. Раньше от главы нации требовали ума, воли и настроенности на работу. Сегодня это второстепенно. Но зато президенты и премьеры, а также их жены должны успешно развлекать скучающую публику.

«Шпас-гезельшафт» — общество развлечений — этот немецкий термин точно отражает психологическое состояние относительно благополучных, даже в условиях кризиса, западных наций. Такое общество не способно вдумчиво выбирать себе лидеров. Но зато оно клюет на все необычное, броское и виртуальное. И вот уже жена Обамы, вышедшая из президентского самолета в шортах после успешного отпуска, становится главной новостью и предметом обсуждения в американских СМИ. Причем этому событию придается ложная значимость: его изображают как новый смелый шаг в женской борьбе за равноправие и проявление глубокого демократизма семьи нового американского президента.

«Движение — все, цель — ничто», — заявил в конце XIX века германский социолог Эдуард Бернштейн. Но сегодня на дворе век XXI. Сегодня образ — все. Во имя «Его величества Образа» можно пожертвовать и целью, и сутью, и реальным движением. А потому политики все больше времени проводят на телеэкране. Именно там делается сегодня политика, а не в реальности. Хотя избиратели ждут именно реальных изменений. И это может стать коварной ловушкой для лидеров, делающих ставку, прежде всего, на свой виртуальный образ и все дальше отходящих от реальной жизни. Ведь реальную жизнь — как и реальную политику — невозможно увести в Интернет или в телевизионное пространство. Есть жесткая и нелицеприятная реальность, и она жестоко мстит, когда о ней забывают, уходя в красивые, но далекие от жизни формулы. Модернизация, увы, не происходит от одного лишь понимания ее необходимости. И войны, увы, не прекращаются лишь потому, что кто-то обещает их закончить. Да, вначале может быть Слово. Но за Словом должна идти Воля. Но именно Воли мы и не видим в современных политиках.