Джугафилия и советский статистический эпос - Дмитрий Орешкин

Так или иначе, по официальным советским цифрам, после коллективизации и двух ударных сталинских пятилеток в стране стало на 0,3 млн тонн белковой пищи меньше, чем при царе. На фоне затухающего, но все еще продолжающегося роста населения. Соседняя страница справочника представляет конкретные достижения по «мясопродукту» в сравнении с дореволюционными. Правда, не с благополучным 1913 г., а с военным 1916-м (изящный ход, впервые использованный И.В. Сталиным в докладе на XVI съезде партии). В 1916 г. по понятным причинам рабочих рук на селе не хватало, а значительная часть мобилизованных лошадей (мясо как-никак) погибла на фронте, где они служили в кавалерии и трудились в качестве основной тягловой силы.

На XVI съезде тов. Сталин говорит так: «Если принять валовую продукцию мяса и сала по каждому году за 100, то товарный выход мяса и сала соответственно составляет: в 1926 г. — 33.4 %, в 1927 г. — 32.9 %, в 1928 г. — 30.4 %, в 1929 г. — 29.2 %»^[96]. Абзацем выше он приводит данные по изменению валового поголовья всех видов скота в сравнении с тем же 1916 г.: «…в 1928 году (это еще отголоски НЭПа! — Д. О.) лошадей 94.6 %, крупного рогатого скота 118.5 %, овец и коз 126 %, свиней 126.1 %». И тут же рядом данные за 1930 г. (первые плоды коллективизации): «.лошадей — 88.6 %, крупного рогатого скота — 89.1 %, овец и коз — 87.1 %, свиней — 60.1 % от нормы 1916 года». Несложно догадаться, что если заметно упало валовое поголовье (по свиньям более чем вдвое), да при этом еще налицо снижение процентной доли «товарных» поставок, то «мясопродукта» в городах сильно недостает. Что в августовском (1930 г.) письме Молотову косвенно признает и сам Сталин, требуя расстрелять «всю группу вредителей по мясопродукту» и обязательно сообщить об этом в печати — на радость голодным трудящимся.

Этого, впрочем, недостаточно, и 13 сентября 1930 г. в очередном письме он настойчиво предлагает Молотову расширить и углубить конкретную работу с массами: