Четверть века в Америке. Записки корреспондента ТАСС - Андрей Шитов

В Вашингтоне за те два десятка лет, что я там прожил, ничего подобного не случалось. Наоборот, с пресс-службами некоторых силовых ведомств, включая ФБР, Таможенно-пограничную службу и охранную Секретную службу США, у меня постепенно наладилось рабочее взаимодействие.

Я писал об их работе, брал интервью у их официальных представителей и сотрудников, отвечавших за взаимодействие с российскими коллегами. Несколько лет подряд ходил на новогодние приемы в штаб-квартиру ФБР. В 2012 году участвовал в подготовке и освещении интервью с министром юстиции-генеральным прокурором США Эриком Холдером для телепроекта «Формула власти».

Потом была описанная выше история с делом Коваля. Кстати, в январе 2008 года в США вышла книга о предателе и перебежчике Сергее Третьякове. И при одной из двух встреч для передачи архивных документов о Ковале сотрудник ФБР показал мне копию паспорта Третьякова и спросил, знаю ли я, кто это.

Я ответил: лично я с этим человеком не знаком и никогда его не видел, но разве это не ваш шпион, о котором только что писали газеты в связи с выходом книги? Больше вопросов не было. В 2010 году было объявлено, будто Третьяков подавился куском мяса и умер во Флориде.

Заодно еще одна ассоциация в тему. Однажды на пресс-показе какого-то фильма в Вашингтоне (если не ошибаюсь, «Солт» с Анджелиной Джоли, которая и лично была на премьере) я опоздал к началу и в темном зале уселся на первое попавшееся свободное место. Когда зажегся свет, оказалось, что в соседнем кресле сидит бывший сотрудник КГБ предатель и перебежчик Олег Калугин. Я его узнал и поздоровался с ним по-русски; до сих пор помню, как сильно он тогда вздрогнул и побледнел.

В декабре 2015 года двое руководителей отдела по связям с общественностью и прессой вашингтонского офиса ФБР пригласили меня на обед «для продвижения брэнда» своего ведомства. Я подтвердил, что мы заинтересованы в получении любой информации, пригодной для освещения в прессе, особенно если речь идет о сотрудничестве спецслужб США и России.

В основном говорили о борьбе с терроризмом, позже один из собеседников подарил мне книгу о роли ФБР в этой борьбе. Но практической отдачи от встречи не было. В частности, прервавшиеся к тому времени приглашения на рождественские приемы так и не возобновились, хотя я грешным делом на это и надеялся: время-то было как раз предновогоднее…

Неудачные отпуска

В 2016 году в США проводились президентские выборы, на которых победил Трамп. Предвыборную гонку, которая была чрезвычайно напряженной и интересной, наше представительство в Вашингтоне освещало в ослабленном составе.

Один из наших корреспондентов уехал летом в отпуск в Москву и не вернулся, потому что американцы не продлили ему визу. Мы изо всех сил боролись за его возвращение и по профессиональным, и по товарищеским соображениям, но так и не добились желаемого.

В июле 2017 года уже я сам с семьей собрался в отпуск на родину. Перед самым отъездом мне сообщили, что из-за истории с нашим корреспондентом один из американских журналистов в России лишен аккредитации. Меня это, честно говоря, не обрадовало, а огорчило, поскольку не решало наших кадровых проблем, а скорее сулило новые. К сожалению, так и получилось.

Посольство США в Москве сразу выдало нам с женой новые визы, но затем — в день объявления о сокращении персонала американской дипмиссии в ответ на такой же шаг, предпринятый ранее против России, — затребовало паспорта обратно «для дополнительной проверки».

Проверка эта длилась до конца декабря, то есть около полугода. По ее итогам американцы объявили, что моя журналистская виза аннулируется. Нашим дипломатам пояснили, что решение носило политический характер и было связано с принципом взаимности.

В соответствии с принятым решением нам с женой были выданы краткосрочные одноразовые визы, чтобы мы могли съездить забрать вещи. В понедельник 1 января 2018 года — в последний день, когда были действительны наши еще летние авиабилеты, — мы вылетели в Вашингтон, а ровно через две недели вернулись.

Двое из ларца

В Вашингтоне в отношении меня, насколько я понимаю, была предпринята попытка вербовки. Расскажу по памяти, как это было.

Моя жена была поглощена сборами и почти не покидала нашей квартиры. Но в конце первой недели она решила с утра пройтись, чтобы хоть немного развеяться. Почти сразу после ее ухода на домашний телефон позвонили. Я взял трубку, консьержка попросила к телефону жену, а узнав, что той нет дома, сказала: «К ней посетители».

Я спросил, кто это, но она ответила, что они не представились. Я сказал, что, мол, сейчас спущусь. Подумал, что кто-то из наших ребят-тассовцев зашел к жене по делам: она у нас в офисе вела бухгалтерию. Еще удивился, почему не предупредили заранее, что заскочат.

В холле у лифтов мне навстречу шагнули двое молодых крепких парней — белые, один с русыми, другой с темными волосами. Поздоровались, сказали, что знают, кто я такой, и хотят мне помочь. Представились по имени — кажется, Джош и Марк. Попросили уделить им 5 минут для разговора.

Я сразу спросил: «Вы из ФБР?» Они с улыбкой ответили, что не хотели бы называть фамилии и место работы. Повторили, что знают о моих проблемах с визами и могут помочь с их решением. Потом уточнили, что готовы свести с другими людьми, способными уладить дело.

Разговор в спортзале

Я журналист и побеседовать никогда не отказываюсь. В квартиру их не повел, сославшись на то, что там все вверх дном из-за сборов. Пошли в спортзал, размещенный на первом этаже рядом со входом, сели там на гимнастические скамейки и принялись разговаривать.

Сначала там было пусто, потом заходили какие-то девицы, но они, как обычно, занимались на тренажерах в наушниках и нам не мешали. Как я упоминал в рассказе о Вашингтоне, жили мы по существу в студенческом общежитии.

Просидел я с непрошеными гостями больше 20 минут. Разговор шел кругами, как сказка про белого бычка.

После первого же такого круга я сказал, что, по-моему, меня склоняют к измене родине. Они замахали руками: «Да Боже упаси. У нас ничего подобного и в мыслях нет! Вообще мы не имеем в виду ничего такого, что могло бы вам как-то повредить».

Опять же почти сразу я им напомнил, что они имеют дело с журналистом, привыкшим описывать все, что с ним происходит. Сказал, что они своим визитом просто добавляют очередной сюжетный поворот, новую главу в моей будущей книге. Прямо они на это не реагировали, но было видно, что подобная перспектива их не смутила.

Практическая польза

Книга вот пишется только теперь, а тогда визит неожиданно помог мне решить один сиюминутный практический вопрос. В Москве перед отъездом меня предупреждали, чтобы я не вздумал брать в Вашингтоне интервью и вообще заниматься своими профессиональными журналистскими делами. Дескать, это может быть неправильно понято, поскольку краткосрочная виза выдавалась не для этого. Как бы не нарваться на грубость.

Но и не повидаться напоследок с друзьями и давними знакомыми мне казалось грешно. Поэтому я сказал своим неожиданным посетителям: как хорошо, что вы ко мне заглянули. Вот вы-то мне и скажете, не будет ли претензий со стороны вашего ведомства, если я попрощаюсь, например, с Майклом Антоном — заместителем помощника президента по национальной безопасности в Белом доме. Собеседники переглянулись, пожали плечами и ответили: «Да нет, если он вас примет, то встречайтесь, конечно».