Хождение в Похъёлу - Никита Тихомиров

Ледник медленно отступал, высвобождая всё новые и новые пространства. Кончалась эпоха Великого оледенения. Менялся мир: на смену необозримым равнинам тундростепи, вместе с таянием мерзлотных почв, приходят леса; северные олени, первобытные бизоны, лошади и мамонты потянулись вслед уходящим к северу открытым ландшафтам, всё ещё полным привычной пищи.

Место действия повести, по авторскому замыслу, — северо-восток Русской равнины, а именно Приуралье и регион Печоры. Географические привязки сюжетного пространства повести раскрываются в указании отличительных деталях рельефа: Срединный хребет, протянувшийся с юга на север — Уральские горы; Большая вода в далёкой Похъёле — внутреннее пресное море, некогда объединявшее воды Балтийского моря, Ладожского и Онежского озёр и подпиравшееся ледником; Туннело — приледниковая зона, лишённая плодородной почвы, глинистая поверхность которой становилась ловушкой для проходящих по ней животных.

Современная наука считает, что ряд ныне существующих языковых семей зародились в эпоху палеолита — древнекаменного века. К таким семьям относятся индо-европейская, сино-тибетская, айнская и финно-угорская. Причём последняя, вероятно, наиболее древняя: носители генома финно-угров в позднем палеолите проживали на крайнем юго-западе Китая, на территории нынешней провинции Юннань. В течение тысячелетий предки финно-угров постепенно смещались на северо-запад, преодолевая равнины Китая, Монголии, горные проходы Саяно-Алтая и впоследствии достигли региона Урала.

В ту далёкую эпоху — десять-одиннадцать тысяч лет назад — предки современных финноязычных народов начали расселение по вскрывшимся от ледника землям, покидая ранее обжитые места. Время таяния ледникового щита — период глубочайшего кризиса в истории человечества, когда численность людей из-за нехватки пищевых ресурсов сокращалась. Именно об этих событиях и рассказывает книга. Перемещения племён являлись вынужденными, так как стада травоядных, которые были основным объектом охоты, откочёвывали с оскудевших мест. Прямым следствием миграций населения стала борьба человеческих коллективов за богатые охотничьи угодья.

Сегодня стала очевидна и древность многих мифологических сюжетов. Если ранее в науке господствовало мнение, что дошедшие до наших дней мифы, легенды и эпосы родились в эпоху Средневековья, Древнего мира и максимум — неолита (новокаменного века), то теперь всё очевиднее становится, что в фольклоре многих народов содержится информация, прошедшая сквозь тысячелетия из Ледникового периода. Карело-финский эпос «Калевала» не исключение. Изобильный край Вяйнёла (в повести Вёёни) — прародина протофиннов; богиня Ильматар (в повести Алматар), дочь ветра, мать вод; Тапио (в повести Таапо), лесной хозяин — всё это отголоски древнейших преданий и верований, на которые напластовались детали более поздних эпох. Герои «Калевалы» — Вяйнемейнен (Вёёниемин), Лемминкяйнен (Атхо), Ильмаринен (Алмори), Лоухи (Лоукка) — так же, вероятно, восходят к древнейшим временам.

Повесть «Хождение в Похъёлу» — творческий вымысел, хотя и базирующийся на научной основе. Поэтому есть в ней и абсолютно вымышленные детали. Самым большим преувеличением автора является сюжет об одомашнивании жителями Сурьиолы символа эпохи оледенения — мамонта (никакими доказательствами на этот счёт наука не располагает). Однако в «Калевале» значится сюжет об огромных быках хозяйки Похъёлы, стадо которых она отправляет пасти героев эпоса. Соотнесение быков хозяйки Похъёлы с мамонтами стало логичным продолжением творческого замысла.

Надеюсь, что прочтение книги принесёт читателям не только интеллектуальное удовольствие, но и пробудит интерес к прошлому нашей большой родины, к культуре населяющих её народов.