Не обгоняй красный мерседес - Павел Буташ

Павел Буташ

Не обгоняй красный мерседес

Глава первая

Противный визг и скрежет железных колёс по рельсам внезапно напугал пассажиров. Следом послышался грохот тормозящего состава. От резкой остановки поезда, задремавший у окна Виктор едва удержался на сидении, он открыл глаза и посмотрел в окно. Что такое? За стеклом пасмурный день, густой и белый как молоко туман. Видимость не более пятнадцати метров. Странно! Когда он садился в поезд, был тёплый солнечный день и вдруг такая перемена погоды.

Виктор внимательно всматривался в пейзаж за окном, с удивлением узнавая до боли знакомый с детства полустанок. А вот и та самая вывеска — «Посёлок Журавли». Да именно с этой платформы, он много лет назад с дружком Серёжкой садился в поезд и в течении учебного года ездил в районную школу, чтобы окончить восьмой класс. У них в посёлке школа была семилетней.

— Стоянка семь минут, — прозвучал по радио сонный, равнодушный голос диктора.

«Отлично! Пойду покурю и посмотрю на места своего детства», — обрадовался Виктор.

Выйдя в тамбур, легко спрыгнул со ступенек и поёживаясь от сырого воздуха, осмотрелся вокруг. Сквозь непроницаемый туман едва проглядывали ближайшие деревья, а дальше сплошная, плотная стена, создавала иллюзию замкнутого, нереального пространства. На платформе только один пассажир — мальчишка лет пятнадцати в спортивной куртке, со старомодным ранцем на спине.

«И где он такой ретро-портфель урвал, — усмехнулся Виктор. — У меня когда-то такой же был. Интересно, а рисунок на нём какой?»

Словно прочитав его мысли, мальчик повернулся к нему спиной. На ранце изображены летящие во весь дух танки и надпись — «Красная Армия всех сильней». Мужчина вздрогнул.

«Надо же, и рисунок такой же как на моём портфеле был», — начиная от чего волноваться, подумал он. Потом не спеша подошёл поближе к мальчику и дружелюбно спросил:

— А вы, молодой человек почему в вагон не заходите?

— Да я одноклассника своего жду, дружка Серёжку, — беспокойно поглядывая на исчезающую в тумане дорогу, ответил он. — Мы с ним в райцентр в школу ездим.

— Что в Журавлях так и не построили новую школу?

— Ага, — беспечно ответил тот.

Всё сильнее и сильнее испытывая необъяснимое волнение, Виктор внимательно смотрел на незнакомого мальчика, с удивлением понимая, что он очень сильно кого-то ему напоминает.

— А звать тебя как, дружище? — стараясь говорить спокойно, спросил мужчина.

— Меня зовут Витя, — ответил он и с интересом посмотрев на собеседника, весело продолжил. — А вы случайно не из наших, не из Журавлёвских будете? Вы чем-то на моего батю похожи. У нас в посёлке половина жителей друг другу родственниками приходятся. У отца моего прибаутка даже такая есть — «За что нас Лесаревых девчонки любят, так это за глаза голубые». А у вас, я гляжу, глаза-то голубые.

Виктор на какое-то время потерял дар речи. Ведь это любимая шутка его папы — Петра Семёновича Лесарева. С трудом подбирая слова, он слегка дрожащим голосом произнёс:

— А звать-то как твоего батю, парень?

— Пётр Семёнович Лесарев, да вы его должно быть знаете — он у нас в Журавлях первый мастер по столярному делу, — приветливо улыбаясь, ответил подросток.

От нереальности происходящего у Виктора закружилась голова, а мальчик, огорчённо вздохнув, сказал:

— Ну я пошёл в вагон, видать Серёга сачкануть решил сегодня — придётся ехать одному.

Мужчина, словно очнувшись, резко остановил его, с силой вцепившись в его плечо и торопливо, взволнованно заговорил:

— Постой парень! Послушай, меня внимательно! Это очень важно! Когда ты станешь взрослым, у тебя будет своя машина. Запомни — никогда не обгоняй красный мерседес! Запомни! Не обгоняй красный мерседес!

Мальчик, слегка испугавшись, громко возмутился:

— Да отпустите меня. Вы делаете мне больно!

Освободившись от руки Виктора, он быстро забежал по ступенькам вагона и удивлённо посмотрев на странного мужчину, скрылся за дверью. Виктор тут же бросился следом за ним.

— Постой, парень! Ты не понял — это важно для тебя! Это очень важно для тебя!

Влетев в тамбур вслед за мальчишкой, он торопливо распахнул двери вагона и замер от увиденного.

Глава вторая

Он стоял, щурясь от яркого солнечного света, льющегося в окна вагона. За окнами тёплый, летний день, на небе ни облачка. Пассажиры спокойно дремали, под равномерный, убаюкивающий стук колёс. Виктор бросился к женщине, сидящей у первого окна.

— Скажите пожалуйста, сюда сейчас паренёк с ранцем вошёл, где он?

— Извините мужчина, но сюда никто не входил.

— Но постойте! — отчаянно повысил голос он. — На станции Журавли, он только что вошёл. Вы не могли его не заметить.

В разговор вмешался пожилой мужчина в белой панаме, видимо садовод:

— Вы что-то путаете, молодой человек, на Журавлях поезда уже давно не делают остановку. Да и от посёлка-то осталось три дома.

У Виктора кругом пошла голова, покачнувшись он сел на своё место. «Что со мной? Это какое-то наваждение», — мелькнула тревожная мысль.

— Мужчина, с вами всё в порядке, — участливо спросила пассажирка напортив.

— Да, да. Спасибо, — пробормотал он. — Всё хорошо.

Внезапно зазвонил телефон, Виктор, всё ещё погружённый в свои мысли, машинально достал сотовый и услышал голос своей жены.

— Витя, еле до тебя дозвонилась. Такая плохая связь, — торопливо говорила Юля. — ты, когда на станцию приедешь, купи майонез на перепелином яйце, большую упаковку. Мария Петровна просила.

— Какая Мария Петровна? — ещё не окончательно придя в себя, пробормотал он.

— Какая-какая? — передразнила жена. — Мама твоя! Нашёл время для шуток, итак тебя еле слышно. Ты… пон…ал. А… — В телефоне что-то зашуршало, зашипело и связь внезапно прервалась.

Этот странный звонок окончательно ввёл его в ступор. Родители Виктора три года назад погибли и в их преждевременном уходе он винил только себя. Эта вина лежала на нём тяжким грузом и отдавалась болью в сердце каждый раз, когда он вспоминал тот роковой день.

Они ехали по загородной трассе в его новенькой десятке. Родители сидели на заднем сидении, бережно придерживая ящики с рассадой. Виктор торопился отвезти их на дачу, а потом нужно было срочно вернутся в город, где его ждали на работе.

— Поаккуратней Витя, помидорчики наши все растрясёшь, — беспокоилась мама.

— Сейчас-сейчас, вот только обгоню тот красный «мерс». Он то плетётся как черепаха, то перед самым носом вырывается вперёд. Надоели его выкрутасы.

Наконец, он выбрал момент для обгона, выскочил на встречку и лихо помчал по дороге. Водитель иномарки, выглянув из окна с банкой пива в руке,