Чудесное путешествие - Эрих Кестнер

— С вами сегодня каши не сваришь. Вы слишком стары для своего возраста!

— Еще чего! — воскликнул брат. — Он еще смеет делать нам выговоры! Это не мы слишком стары, а ты слишком молод!

— Ах, вот как? — воскликнул дядя Рингельхут. — Ну, ладно, будьте здоровы! Я только загляну к мальчику, посмотрю, как он спит.

— И, пожалуйста, не дури, — сказал брат.

— Оставь ты меня в покое! — закричал дядя, а то я сейчас же притащу нюхательного табаку и взорву вас на воздух. Ну, а пока честь имею!

И, церемонно поклонившись, он направился в комнату Конрада.

Бесшумно повернув выключатель, он на цыпочках подкрался к кровати.

Мальчик крепко спал. Но вдруг он заворочался, усмехнулся во сне и пробормотал:

— Ну, полезай в карман, карапуз!

— Ах ты плут, — прошептал дядя. — В следующий раз я превращу тебя в таракана.

Потом он оглядел комнату. На столе тетрадка с надписью «Домашние сочинения». Он взял ее и стал перелистывать, пока не нашел того, что искал.

ЧТО Я ВИДЕЛ НА ЮЖНОМ ОКЕАНЕ

По четвергам всегда очень весело. Потому что я прихожу к дяде. По четвергам он свободен. Он аптекарь, и фамилия его Рингельхут. Такая же, как у меня. Потому что он мой дядя.

Сегодня опять был четверг. И я ему сказал, что должен написать сочинение о Южном океане. Потому что я хорошо знаю математику, но у меня нет воображения. А он сказал, что просто надо туда с'ездить.

Мне очень понравилось, что он так сказал.

Ну, мы и отправились. Сперва в старый шкаф в коридоре. Потом в «страну лентяев», потом в замок с умершим королем. Много было интересного. Мы ехали на лошади, которую встретили на Глассисштрассе и кормили сахаром и которая на роликах. Я думал, что экватор совсем другой, а мы прокатили по нему через море на остров в Южном океане.

Со всех сторон тоже были острова. И коралловые рифы, из которых делают красивые ожерелья. И акулы, которые хотели слопать дядю. Потому, что у него толстый живот. Я дал акуле по морде, а дядя мне за это дал марку. Я скопил уже четыре марки на паровик.

Потом обезьяна дирижировала. Особенно смешно получалось с тремя тиграми. Дядя хотел выстрелить из палки. Они испугались, замахали белым платком и убежали в лес. Больше всего мне понравилась Пеструшка. Это маленькая девочка. Она вся разрисована черными и белыми квадратиками. Она плакала потому, что за ней гнался кит. Ведь киты млекопитающие и в воде живут по ошибке. Пеструшка показала ему язык, вот он и рассердился. «Вороний клюв» был там начальником. Он выстрелил в кита печеными яблоками из перочинного ножика и прогнал его. Потом мы обедали. Нас хотели угостить жареным человеческим мясом. Только не нашли его в кладовой. Но и без того там были противные вещи. Комары, змеи, улитки. Дядю чуть не тошнило, а я — ничего. Жалко, что наша лошадь осталась там. Ей понравился сахарный тростник и маленькая белая лошадка.

Дядя сказал, что скоро семь часов и, если мы не найдем старый шкаф, нам придется остаться и нас изжарят. Тогда опять появился «Вороний клюв» и наколдовал нам шкаф.

Мы в него залезли и очутились на дядиной квартире.

Дядя сказал, чтобы я скорее шел домой, а то будет скандал. Папа и мама ничего не заметили, потому что я не опоздал к ужину. А у нас это самое главное.

А потом я сел писать это сочинение.

Без дяди я ничего не смог бы сделать. У нас в семье все очень способные. Это уж у нас в крови. Дядя тоже так сказал.

Вот и все. Было еще много чего, но как раз, когда нужно, половину забываешь.

А кто этому не поверит, ну и пусть!

А то спросите моего дядю. Он вам скажет.

Дядя Рингельхут осторожно положил тетрадку на место, подошел к кровати, погладил славшего мальчугана по голове, подкрался на цыпочках к двери, обернулся еще раз и прошептал, выключая свет.

— Спи спокойно, сынок!

А ведь Конрад был ему только племянником.