Шпион по призванию - Деннис Уитли

Месье де ла Тур д'Овернь сурово посмотрел на Роджера:

— Это правда?

Роджер твердо выдержал его взгляд:

— Месье виконт, три года назад мадемуазель сжалилась надо мной, когда меня преследовала толпа за убийство, которого я не совершал. Она спасла мне жизнь. Естественно, я испытывал к ней чувство глубокой и почтительной признательности. Спустя некоторое время я явился к ней в дом с целью увидеть ее, дабы выразить свою благодарность. Граф Люсьен встретил меня у двери и, не спрашивая о причинах моего визита, приказал слугам вышвырнуть меня.

Виконт отпустил руку графа Люсьена и промолвил:

— Мне кажется, граф, что оскорбление, нанесенное вашей сестре, существует только в вашем воображении, и так как месье Брюк хорошо служит вашему отцу, думаю, месье маркиз не поблагодарит вас, если вы выгоните его из дома. Послушайтесь моего совета: забудьте ваше необоснованное предубеждение и примите предложение месье Брюка служить вам.

Юный де Рошамбо пожал плечами:

— У меня не бывает предубеждений в отношении слуг. Меня рассердили его нахальные манеры при нашей первой встрече. Посмотрите на него — одет с иголочки, отнюдь не в соответствии с его положением.

— Монсеньор выразил желание, чтобы мой облик соответствовал положению слуги в его доме, — спокойно объяснил Роджер.

— Тогда это не мое дело, — ворчливо уступил граф Люсьен. — Больше я не стану об этом упоминать, если вы будете знать свое место. Я только что прибыл из Бриенна, где отучился три года в военной академии, и теперь собираюсь провести год в высшей школе в Париже. Здесь мои расходы значительно возрастут, и время от времени мне будут требоваться деньги. Вы в состоянии снабдить меня ими?

Роджер поклонился:

— Монсеньор вернется из Версаля через день или два. Несомненно, вы увидитесь с ним и договоритесь обо всем лично. А тем временем я буду счастлив выдать вам авансом необходимую сумму.

— Для начала будет достаточно сотни луидоров.

Подойдя к окованному железом сундуку, Роджер отпер его и отсчитал деньги. Пока он этим занимался, месье де ла Тур д'Овернь обратился к нему:

— Месье Брюк, я бы хотел обсудить с вами вопрос о моем жилье. Если вы освободитесь около шести вечера, я буду счастлив распить с вами бутылку вина в «Путеводной звезде» на улице Арбр-Сек.

— Сочту за честь, месье виконт, — ответил Роджер.

Оба посетителя удалились — месье де ла Тур д'Овернь с улыбкой, а граф Люсьен с унылым видом, получив урок хороших манер от дворянина, который был не только старше его, но и куда знатнее.

Роджер понимал: ему необычайно повезло, что месье де ла Тур д'Овернь случайно присутствовал во время прибытия в Париж графа Люсьена, иначе безобразная сцена могла закончиться его увольнением. Однако теперь опасность миновала, и вечером в «Путеводной звезде» он тепло поблагодарил виконта за вмешательство.

По мнению виконта, граф Люсьен нуждался в том, чтобы кто-нибудь вызвал его на поединок и обучил манерам с помощью хорошего удара шпагой.

— Я мог бы преподать ему такой урок, — вздохнул Роджер, — но мое положение не позволяет мечтать о подобном удовольствии.

— Значит, вы владеете шпагой?

— Учителя фехтования говорили, что я не лишен способностей, а один раз я одержал верх в настоящем поединке.

— Вот как? — Виконт поднял брови. — Редко встречаешь секретаря, умеющего фехтовать.

— Я буду честен с вами, месье, так как уверен, что вы не обманете мое доверие. Моя история слишком длинна, чтобы утомлять вас ее подробным изложением, но я благородного происхождения и имею право носить шпагу.

Виконт устремил на него проницательный взгляд:

— В таком случае, возможно, есть доля правды в утверждении графа Люсьена, что ваши чувства к мадемуазель Атенаис были вдохновлены не только признательностью.

— И снова я буду с вами честен, — улыбнулся Роджер. — Я с первого взгляда влюбился в мадемуазель Атенаис. Но, разумеется, я понимаю, что не может быть и речи о моей женитьбе на ней, а так как она должна выйти замуж за представителя знатного семейства, я не мог бы пожелать ей лучшей судьбы, чем обрести счастье с вами.

— Я благодарю вас, шевалье, и, будучи влюбленным в мадемуазель, прекрасно понимаю ваши чувства. Примите мое глубочайшее сочувствие в том, что ваше положение не позволяет вам стать моим соперником. Но если говорить о фехтовании, я также не лишен некоторого опыта, который не хотел бы утратить на случай, если мне навяжут ссору, когда я отправлюсь ко двору. Как вы смотрите на то, чтобы попрактиковаться со мной?

— Ничто не могло бы доставить мне большего удовольствия. Фехтовальный зал особняка Рошамбо находится за конюшнями.

— Тогда встретимся там. А теперь мне хотелось бы посоветоваться с вами по одному вопросу. На следующей неделе мадемуазель собирается появиться при дворе, а месье де Рошамбо — представить меня его величеству. У меня есть пара костюмов, но я хочу улучшить свой гардероб. Ваш вкус великолепен, и я был бы весьма признателен вам за помощь в выборе.

— Благодарю за комплимент и с радостью помогу вам. — Подумав, Роджер добавил: — Раз уж вы оказываете мне честь, спросив моего совета, то должен заметить, что вам не следует вступать в состязание со здешними франтами. У вас есть индивидуальность, которой мало кто из них может похвастаться, и вы произведете куда большее впечатление, если будете носить одежду с минимумом украшений, но из дорогого материала и придерживаться неброских оттенков, дабы выделяться на фоне ярких цветов, которые носит большинство придворных.

Виконт рассмеялся:

— Я был прав, решив посоветоваться с вами, mon cher[117]шевалье. Ваша идея отлично соответствует моим возможностям, ибо мой кошелек далеко не так полон, как мне бы хотелось.

На следующей неделе у Роджера было еще одно тайное свидание с Атенаис. Сдерживаемая в течение двух месяцев страсть была частично утолена во время первой встречи, поэтому они хотя и обнимались с не меньшим жаром, но нашли чуть больше времени для разговора. Месье де ла Тур д'Овернь рассказал Атенаис о помощи Роджера в выборе одежды, и она сочла крайне великодушным подобное поведение в отношении потенциального соперника.

— Мой ангел, — улыбнулся Роджер, поглаживая щеку девушки, — если бы я считал виконта претендентом на твое сердце, то, наверное, убил бы его, но твоя рука — другое дело. Виконт клянется, что любит тебя всем сердцем, — он настоящий джентльмен и очень мне нравится. А что ты о нем думаешь?

— Мне он тоже нравится, — после паузы ответила Атенаис. — Мое сердце принадлежит тебе, и ни один мужчина не способен отнять его. Но раз уж я должна выйти замуж, то предпочла бы месье де ла Тур д'Овернь какому-нибудь гнусному старику. Как бы то ни было, решение принимает мой отец, а он может счесть, что месье виконт недостаточно богат для меня.