Атаманова казна - Алексей Полилов

всего Филатову отдали тачанку и ящик винтовок, сверх всех тюков набитых прошлогодним сеном, коими загрузили телеги. Мало того, казаки расстарались, и снарядили из старого обмундирования семь весьма похожих на фигуры солдат чучел. Набили их старой листвой и лыком, вышло неплохо – издали вполне можно было принять за человека, и если рассадить их по телегам, то вполне должно было сойти за основной обоз. По пути им предстояло высадить Софью и мальчишку подальше от маршрута основного обоза, примерно в районе Муллино. Конечным пунктом для Филатовского каравана Туманов определил Андреево, там ему следовало ждать встречи, а если в течении недели встречи не будет, то дальше продвигаться самостоятельно. Софье и мальчишке ничего объяснять не стали, просто сказали, что ради безопасности им лучше двигаться этим составом обоза, по разным дорогам, а позже они встретятся и дальше продолжат путь вместе. Поверили. Мальчишка был ещё и рад, его обещали посадить в среднюю телегу, доверив править лошадью.

Пока занимались подготовкой этого маскарада, мимо прогрохотал фронт, заявляя о себе артобстрелами, пулемётным и залповым огнём на пределе слышимости – место оказалось на отшибе от основных дорог, вдоль которых развивалась фронтовая операция, хотя и в самом центре её. Это заняло почти неделю, и когда раскаты орудий стихли на востоке, было уже 10 мая. В этот день попрощались, пожелали друг другу скорой встречи и разъехались в разных направлениях: Филатов повёл свой караван на северо-восток, держа направление на Александровку, а обоз продолжил движение на восток, вслед за откатившимся фронтом.

Туманов вёл обоз севернее Тумбарлы, в направлении Исергапово, по зелёному лесу, благоухающему черёмухой и первоцветами. Дорог, как и раньше, избегали. Совсем скоро, к концу первого же дня пути, вышли к долине Ика, и остановились в лесном массиве – впереди было большое открытое пространство, с чётко видимым рубежом холмов на той стороне реки, по верху которых проходила линия обороны белых, иными словами – линия фронта. Активных действий не было, позиционное противостояние наполнялось редкими перестрелками и одиночными артударами, белые закрепились на рубежах, которые уже оставляли осенью прошлого года, откатываясь на восток, и через которые проходили всего месяц назад, наступая на запад. Красные, судя по всему, собирались с силами, рассредоточив по западному краю широкой долины свои тыловые службы, и разместив ближе к реке окопы первой линии. Для обоза путь дальше был закрыт.

Ждать развития событий пришлось не долго, Туманов всерьёз подумывал перейти фронт (одному это удалось бы легко), и потребовать у своих проведения вылазки, чтобы вызволить и увести с собой обоз. За обдумыванием деталей и нюансов этого плана его и застало утро 15 мая, когда части красных пришли в движение и артобстрел позиций белых известил о подготовке наступления – началась Белебеевская операция. Свободные от караула казаки часами наблюдали за фронтом: их позиция также была на возвышенности, и вся долина и линия соприкосновения были перед глазами. На вторые сутки красные выбили своего противника с укреплений и фронт двинулся дальше на восток, затухающей канонадой словно приглашая следовать за собой. Большого выбора и не было. Последовали.

Выдвинулись ночью, следующим порядком: впереди авангард, Шумилов и Суматов, далее подводы под водительством Аюпова, Нуртдинова и Шайдавлетова, и в арьергарде Лисин и Щукин. Спустились в долину, пересекли её выше Исергапово и бродом переправились через Ик – для его поиска пришлось накануне произвести разведку местности и обследовать берег. От реки поднялись на крутой холм, миновали брошенные укрепления и окопы, проселок, выжженное в боях поле и углубились в лесное ущелье, идущее вверх. Наконец выбрались на плоскогорье, по которому шла дорога в направлении Андреево, где проходил старый Екатериновский тракт. В саму деревню заезжать не стали, лесными прогалами к полудню добрались до старого рудника. В этом месте находились заброшенные меднорудные копи, и старая шахта, оставленные хозяевами. Тут и встали лагерем. Место было глухое, безлюдное и географически приметное. Скорость, с которой фронт откатывался на восток, начинала беспокоить Туманова. Уже не была слышна канонада, фронт за несколько дней переместился на много вёрст к востоку, и когда остановится Бог весть. У него уже не раз появлялась мысль сделать схрон, в котором надёжно укрыть ценный груз, освободив команду от всё более очевидно невыполнимой задачи – доставить его к Дутову. Такой вариант выглядел с каждым днём более реалистичным: спрятать и выбраться к своим налегке, после чего вернуться за грузом с подготовленной экспедицией, и в более удобное время. К этой мысли его подталкивала и альтернатива – продвигаться дальше до тех пор, пока обоз по тем или иным причинам не захватят красные: слишком в глубоком тылу они теперь могли оказаться. Рано или поздно груз придётся как-то и где-то прятать. С такими мыслями он рассматривал окружающую местность, и неожиданно пришёл к выводу, что выбранное для стоянки место подходит для этого больше всего. Тут были большие ямы, вырытые ещё в старые времена, разной величины норы и небольшие туннели – в них можно спрятать груз так, что не найдёт никто. Пока решение он не принял, но мысль эта отложилась.

Лагерем встали хорошо, со старого тракта его было не заметно, воды рядом много, и никого постороннего рядом – за трое суток никто не прошёл и не проехал мимо. Ждали появления Филатова. Каждый день в Андреево отправлялся кто-то из казаков, обходя деревню кругом и оставляя условленные метки в приметных местах. Ответного сигнала не было. Ещё дня три решили выждать, и пока казаки регулярно наведывались к деревне, Туманов переодевшись объезжал окрестности. В одну из вылазок, ориентируясь на протяжный и звучный заводской гудок, далеко разносившийся над окрестными лесами и деревнями каждые утро и вечер, выбрался в Нижнетроицкое, расположенное в восьми верстах. Большое село будоражили последние события, медеплавильный завод почти не работал, население и рабочие собирались в группы и обсуждали, надолго ли вернулась новая власть. Потолкавшись по улицам, базару и лавкам узнал, что Белебей взят с неделю назад Чапаевым, а бои с Колчаком идут уже под Уфой, и белые продолжают отступать. Эта информация окончательно убедила его в том, что груз необходимо прятать – вновь увеличившееся расстояние обозу было уже не преодолеть.

Вернувшись в лагерь выслушал доклад об отсутствии сигнала от Филатова, собрал всех казаков, и коротко довёл до них информацию, о которой узнал. По застывшим лицам понял, что обоз сопровождать все готовы и дальше, но каждый прекрасно понимает безсмысленность этого. И ещё легко читалось по глазам желание оказаться сейчас не в лесу, с