100 великих чудес природы - Бертиль Бертильевич Вагнер

Большой плес окружен каменистыми берегами. Они круто обрываются к воде, причем западное побережье целиком сложено лавами, некогда изливавшимися из вулканов Западной Кордильеры. Эта часть водоема более глубокая. Именно здесь, у острова Сото, зафиксирована максимальная глубина озера – триста восемьдесят метров. На просторном плесе есть где разгуляться ветрам, и, как правило, после полудня на нем поднимается сильное волнение.

Малый плес, напротив, мелкий, не глубже пяти метров, и поэтому лучше прогревается. Его пологие берега окаймлены зарослями тростника-тоторы. Воды этого плеса кишат рыбой и водорослями, а прибрежные тростники – утками.

Кроме Сото, на Титикаке еще более тридцати островов, расположенных большей частью на Большом плесе. Два из них считаются у местных жителей священными и носят выразительные имена: Исла-дель Соль (остров Солнца) и Исла-де-ла-Луна (остров Луны). Согласно легенде инков, населявших эти острова, они принадлежали богу Солнца Титикаке и богу Луны Коати. На островах археологи раскопали остатки древних храмов. По преданию, здесь родились сын Солнца, инка Манко Капак, и его сестра Мама Окльо, дочь Луны – первые владыки империи инков.

Бог Солнца дал им золотой посох и послал их в страну пастухов на север. В каждой долине по пути следования инка вонзал золотой посох в землю, но всюду он натыкался на скалы. Долго шли инка с сестрой на север, пока не дошли до долины Куско. Здесь, едва лишь посох коснулся почвы, как сразу ушел глубоко в пашню. Инка Манко Капак созвал в долину пастухов со всего севера. Мама Окльо привела других с юга. Потом они вместе основали стольный город новой монархии и в центре его возвели храм Богу Солнца.

Новая столица – Куско – стала центром могущественной империи. Во главе ее до самого прихода испанцев стояли наследники Манко Капака. И только испанские конкистадоры Франсиско Писарро, разгромив армию инков, разрушили великую цивилизацию Южной Америки.

Сейчас потомки инков – индейцы аймара – обитают в бедных селениях по берегам озера Титикака, занимаясь все тем же пастушьим ремеслом, которым занимались их предки во времена инки Манко Капака. Кроме того, они сажают на плодородных вулканических почвах кукурузу и овощи.

А самые древние жители долины – индейцы уру, жившие здесь еще девять тысяч лет назад, теперь вытеснены пришельцами с юга на острова Титикаки. Причем острова эти не простые, а… рукотворные. Уру сами строят их из тростника-тоторы, настилая все новые и новые слои по мере того, как нижние стебли тростника пропитываются водой и сгнивают. Точнее говоря, островки из тростника образуются в природе сами, когда отдельные стебли срастаются корневищами. Индейцам оставалось лишь использовать их в качестве основы для строительства, расширяя и укрепляя эти плавучие клумбы и периодически устраивая «текущий ремонт». На таких островках располагаются целые селения, в которых живет практически весь этот удивительный озерный народ – более тысячи человек.

Тотора обеспечивает почти все потребности уру: из нее строят (вернее, плетут) хижины, на матах-циновках из тростника спят и сидят, из него же делают шляпы и сумки, занавески и игрушки. Только пища (а это в основном рыба), на первый взгляд, не имеет отношения к этому замечательному растению. Однако на деле и здесь не обошлось без тоторы, поскольку островитяне делают из снопов тростника даже лодки, на которых они ловят рыбу в озере.

Утром в тихую погоду Титикака поражает увидевшего ее путешественника абсолютной неподвижностью своей поразительно голубой зеркальной поверхности, в которой удивительно четко отражаются небо и горы. Когда над стеной Кордильеры-Реаль начинает восходить солнце, озеро вдруг загорается ослепительным светом, делаясь зеленовато-фиолетовым, и начинает переливаться яркими светлыми полосами. Днем, когда светило стоит высоко в небе, берега Титикаки как бы раздвигаются вширь, освещенные солнечными лучами, и светло-серая поверхность озера особенно резко контрастирует с темными скалистыми склонами. А вечером огромный водоем, залитый пламенем заката, окрашивается в зловещие темно-багровые тона. И эта игра цветов и оттенков повторяется ежедневно, пока стоит безветрие. Однако стоит подуть свирепым ветрам с гор, как на озере разыгрываются настоящие бури, с грохотом обрушивающиеся на берега и опрокидывающие утлые рыбацкие лодки.

Но путешественников и ученых привлекает сюда не только суровая красота пейзажей. С высокогорным озером связано немало таинственных и доселе нераскрытых загадок – исторических, археологических, биологических и геологических. И если происхождение некоторых резных камней, явно доставленных издалека, за сотни километров, или необычных лодок, аналоги которых встречаются лишь на африканском озере Чад и в устье Тигра и Евфрата, когда-нибудь, возможно, сумеют объяснить археологи, то загадка возникновения самого озера Титикака, похоже, навсегда останется неразгаданной.

Казалось бы, что может быть проще: созданная подземными силами тектоническая котловина в горах собрала воды горных рек, и образовалось озеро. Таких примеров немало на Земле – так возникли Иссык-Куль и Байкал, Танганьика и Ньяса. Но как тогда объяснить присутствие, хоть и в небольшом количестве, морских солей в водах озера, причем в той же пропорции, что и в океане? Откуда взялись на береговых склонах морские террасы со следами прибоя и остатки морских организмов?

Эти и еще многие факты наводят на мысль, что Титикака была когда-то морским заливом, а затем исполинские силы подняли ее почти на четыре километра. Однако современная наука не может объяснить, как это могло произойти.

Над секретами загадочного озера бьются геологи и археологи, историки и этнографы, зоологи и ботаники. Но вопросов, возникающих при изучении Титикаки, пока больше, чем ответов. И долго еще будет волновать путешественников романтикой неразгаданных тайн и лаконичной красотой своих накрепко врезающихся в память пейзажей «жемчужина Анд», священное озеро инков – Титикака.

ИГУАСУ

(Парагвай, Бразилия)

Игуасу – так на языке индейцев-гуарани именуется это место – в переводе означает «большая вода». Этим словом назвали они еще в незапамятные времена один из самых широких и могучих водопадов Южной Америки. Укрытый в глубине материка, водопад этот оставался неизвестным европейцам добрых полвека после открытия Америки Колумбом. Знакомство белых людей с Игуасу произошло, в общем-то, случайно. И первым увидел его человек, искавший вовсе не водопад. Дело обстояло так.

Жарким летом 1541 года через влажные тропические леса, покрывающие левобережье реки Параны в Бразилии, пробирался небольшой отряд испанских конкистадоров. Предводитель отряда, известный искатель приключений Альваро Нуньес, был уже далеко не молод. К своим 50 годам он успел повоевать в