Прощай, Ариана Ваэджа! - Стелла Странник

— Надо же, вы в курсе всех светских новостей! — удивилась Вера.

В этом рассказе Павла ее насторожил один момент, очень похожий на эпизод из сна Арбенина, где тот тоже перепачкал свои брюки, и тоже белые. «Боже, я теперь никогда не забуду его сон! Каждый день мне о нем напоминают… Впрочем, и о самом Николя…»

— Да, у меня много хороших друзей, — нашелся Павел. — Поэтому и знаю то, о чем еще не написали в газетах.

Он подхватил девушек под руку и повел их в гостиную. Там уже возле окна, зашторенного темно-серыми портьерами, на мягком диване такого же цвета сидели две дамы. Вере бросилась в глаза одна из них — в пунцовом бархатном платье, отделанном золотой тесьмой. Она повернула голову на голос Павла, и на высоко поднятых волосах блеснула заколка из желтого металла. На слегка бледном лице с тонким греческим носиком и выразительными голубыми глазами появилось нескрываемое удивление — видимо, девушка не ожидала появления еще двух «обольстительниц». По крайней мере, Вера именно так расценила резкий взгляд в ее сторону, а точнее, на ее нарядное платье цвета сочной весенней травы. Незнакомка явно оценивала Верин наряд, впрочем, как и Лизин, с точки зрения «упаковки» соперниц.

«Руку на отсечение — его невеста!» — успела подумать Вера, прежде чем из глубины гостиной раздались вступительные аккорды популярного романса. Там сидел за роялем молодой человек в легком бежевом костюме, пиджак которого был довольно просторным, но с укороченным рукавом — такие носят художники или поэты.

— Господа, представляю вам самых умных и очаровательных девушек!

Вера краешком глаза заметила, что девица в «пурпуре» при слове «очаровательных» вздернула носик, видимо, ей действительно не нравились новые гостьи. А вот молодой человек за роялем, напротив, резко прекратил выдавливание звуков из-под клавиш и внимательно посмотрел на незнакомок томным взором.

— Знакомьтесь, это моя давняя приятельница Лизавета Карамод и ее милая подруга Верочка Арзамасцева. А это — Полина Сандалова, — Павел кивнул в сторону игривого пурпура, и Леночка Протасова, — скромница в бледно-оранжевой юбке со оборками и в белой блузке, что сидела рядом с ней, подняла потупленный взор.

«Надо же, — подумала Вера, — видела эту недалекую девицу у князя Горелова».

В этот момент открылась дверь, выходящая на веранду, и появился коренастый мужчина средних лет с потухшей трубкой в руке, видимо, отлучался покурить. Чувствовал себя он настолько уверенно, что не вызывало сомнения — любите и жалуйте частого гостя этого дома.

— Да, и наша «сильная половинка» — Виктор Пореченков, — Павел кивнул в сторону вошедшего молодого человека, — и Олег Королев — концертмейстер, пардон, светило науки…

— А в какой отрасли вы светите? — поинтересовалась Лиза, подавая ему руку. — Дайте отгадаю! В истории древнего мира… Нет, в философии…

— Мимо! — только что музицировавший молодой человек озорно рассмеялся, продолжая внимательно разглядывать Лизу. — В астрологии!

— Ого! — не скрывая удивления, воскликнула его собеседница. — И что же, вы практикуете или больше по научной части?

— Пишу! И печатаюсь! Не читали?

— Нет, не приходилось.

— Ничего страшного! Хотя…

— А о чем конкретно ваши публикации? — вступила в разговор Вера.

— Встречный вопрос: вы читали Альфреда Витте?

— Нет.

— Не удивительно, — заметил Олег, — его у нас пока не знают, но вот имя его учителя — Иоганна Кеплера, думаю, знакомо многим…

— О да, мы его в институте изучали.

— Так вот, — продолжал Олег, — только что вышла первая публикация Альфреда Витте под заголовком «Размышления о цвете, числе, звуке»… Правда, не в Российской империи.

— Он немец, как и Кеплер? — поинтересовалась Вера.

— Да.

Вера посмотрела на Павла:

— Не вы привезли с собой эту статью?

— Ты такая догадливая, Верочка!

Павел слегка прищурил глаза, так что трудно было понять, шутит ли он или говорит правду. С одной стороны, он вроде бы вернулся из Германии и собирался рассказать им что-то интересное, а вдруг как раз об этом, ведь и этот астролог — немец. С другой стороны, зачем географу астрология? И Вера так и спросила, на что Павел ответил:

— Но ведь и Альфред Витте инженер-геодезист!

— Неужели? — теперь проявила интерес к поднятой теме Лиза. — А что, географам нужно изучать астрологию?

— Есть на это разные мнения, но лично я склоняюсь к тому, что эти знания очень ценны, ведь земля связана с космосом… впрочем, как и любое существо на нашей планете…

Павел замолчал и посмотрел в сторону Олега, словно передавая ему эстафету.

— Да что ж вы стоите, проходите к нашим дамам, — произнес он, — а потом и продолжим разговор. Да, Павел, там, наверно, у Нади чай готов…

Вера почувствовала на себе острый синий укол Полининых глаз, поэтому подошла ко второму дивану и постаралась как можно ровнее держать спину, усаживаясь на нем. Пусть позлится…

Работница Надя принесла поднос с заварочным чайником и набором чашек с блюдцами, с полной конфетницей и блюдом с выпечкой.

— Так о чем писал этот немец? — спросила Вера после небольшой паузы.

— О гармонии, о музыке сфер, — ответил Олег.

— Так об этом еще когда говорил Пифагор, — заметила Вера. — И что, с того времени никто не развил эту тему?

— Ну почему же, я уже сказал, что Иоганн Кеплер. А вот сейчас дополнил ее новыми знаниями Альфред Витте. И — перевернул мир!

— Олег, а что самое интересное в этой публикации? — решила взять «быка за рога» Лиза.

— Ну, например, о цвете мажорных и минорных тональностей… Скажем, твое зеленое платье излучает одни вибрации, а юбка Леночки Протасовой — другие.

Лена, сидевшая со скучающим видом, вздрогнула и оживилась.

— О цвете излучений, исходящих от тел… — продолжал Олег.

— И человек тоже излучает что-то? — словно проснулась Леночка.

— Да, и думаю, когда-то можно будет это излучение увидеть через специальный аппарат.

— А мне иногда кажется, что чувствую такие лучи даже от незнакомого человека. — Потянуло на откровенность Веру.

— Да, Вера, так и есть. А еще выделяют энергию планеты, и ее тоже можно представить в цвете.

— Например? Что сейчас происходит на небе? — Верин голосок чуть дрогнул, словно она захотела съесть запретный плод.

— Сейчас? Плутон в квадрате с Ураном.

— Это плохо? — не удержалась Вера.

— Да. Плутон — планета разрушения и возрождения! Он символизирует также таинство рождения и смерти и… возбуждает желание заниматься психическими науками… Настраивает на увлечение магией, геологией, археологией, доисторической наукой… Ну, а Уран — неожиданности! Квадрат, то есть, угол в девяносто градусов — это очень тяжелый аспект, поэтому его называют черным. И случается он довольно редко… Я бы сказал, что он показывает на конфликт, может, даже на войну…