Холокост. Уроки истории - Артем Белевич

Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Немцев слишком долго «накачивали» ненавистью к евреям. Раньше или позже эта ненависть неминуемо должна была выплеснуться, нужен был лишь повод. И она выплеснулась.

НИ СВОБОДЫ СОВЕСТИ, НИ СВОБОДЫ ВООБЩЕ

Разрушенные во время «Хрустальной ночи» синагоги было запрещено восстанавливать. Их сносили до основания. Многие из разгромленных магазинов больше так и не открылись

ЗБОНШИНСКОЕ ВЫДВОРЕНИЕ

Осенью 1938 года правительство Польши лишило гражданства польских евреев, десятилетиями проживавших на территории Германии. Немецкие власти отреагировали молниеносно. В считаные дни они арестовали около 20 тысяч евреев с польскими паспортами и переправили их через границу. С собой разрешали взять лишь самое необходимое. В итоге беженцы остались без средств к существованию. Лишь помощь польской еврейской общины спасла их от голодной смерти

«ХРУСТАЛЬНАЯ НОЧЬ»

«Хрустальная ночь» стала первой акцией санкционированного властями массового насилия по отношению к евреям. Свое название она получила из-за осколков стекла, которыми наутро были усеяны все тротуары.

Формальным поводом для давно запланированной атаки на немецких евреев стал выстрел в Париже. 7 ноября 1938 года молодой польский еврей Гершель Гриншпан совершил покушение на жизнь советника немецкого посольства, тот от полученных ранений скончался. И хотя его мотив был исключительно личным – месть за преследование родных во время Збоншинского выдворения, – нацисты объявили выстрел Гриншпана происками мирового еврейства. В прессе стали появляться материалы, призывавшие к погромам.

8 ноября на съезде партийной верхушки в Мюнхене Геббельс произнес пламенную антиеврейскую речь. Он говорил о волне народного негодования, которая неизбежно обрушится на врагов рейха. На выстрелы в Париже, заявил Геббельс, немецкое государство должно дать законный, но суровый ответ. Он призвал членов съезда провоцировать насилие по отношению к евреям. Фактически это означало санкцию партии на еврейские погромы. Акты насилия, которые предстояло провести в течение следующей ночи, должны были преподноситься как спонтанное проявление гнева немцев. Формального письменного приказа о начале репрессий Гитлер не подписывал, однако все было сделано с его молчаливого согласия.

В ночь на 10 ноября огни пожаров запылали во всех городах рейха, где существовали еврейские общины. Радикально настроенные немцы поджигали синагоги, громили и грабили еврейские магазины, школы, жилища, оскверняли еврейские кладбища. Сопротивлявшихся беспощадно избивали. Полиция в происходящее не вмешивалась, пожарные горящие здания не тушили.

Основной ударной силой погромов стали подчиненные НСДАП военизированные группировки – SA («штурмовики») и SS («отряды охраны»). Партийная верхушка осуществляла координацию погромов по телефону и радиопередатчикам.

На следующее утро нацистские начальники отчитывались перед фюрером о проделанной работе. Пресса захлебывалась сообщениями о «народном негодовании», преподнося случившееся как акт «справедливого возмездия».

Еще пять лет назад в такое трудно было бы поверить, но, подогретый пятью годами ненависти, немецкий народ оказался готов к физическому истреблению евреев. Почти никто не встал на их защиту. «Простые немцы» либо участвовали в погромах и зверствах, либо молча наблюдали за происходящим. Лишь немногие укрывали у себя евреев, спасая их от смерти.

«НАЛОГ НА ВЫЕЗД»

Тех евреев, что еще оставались в стране, всячески принуждали к отъезду. Правда, в случае эмиграции нужно было заплатить своеобразный «налог на выезд». И если в 1933 году он составлял «всего» 25 % общей стоимости имущества, то пять лет спустя доходил уже до 90%

Военизированные формирования SS («охранные отряды») изначально были созданы для личной охраны фюрера. Позже они были значительно усилены и преобразованы в особые войска, подчинявшиеся лично Гитлеру и главе организации Генриху Гиммлеру. Ряды SS пополняли наиболее фанатичные, преданные идеям национал-социализма немцы, ревностно следившие за «расовой чистотой» и «моральным обликом» жителей Германии

ПРЕЗУМПЦИЯ ВИНОВНОСТИ

Последствия «Хрустальной ночи» были катастрофическими. Только по официальной статистике, было убито около сотни человек. Счет покалеченных, ограбленных, подвергнутых издевательствам в собственных жилищах шел на десятки тысяч. Полиция эти преступления расследовать не собиралась, ведь государство не считало евреев пострадавшими.

В ту же ночь по приказу начальника гестапо Генриха Мюллера около 30 тысяч евреев арестовали и поместили в концлагеря. Их отпускали только после того, как те подписывали согласие на выезд из страны.

Днем 10 ноября состоялась встреча Гитлера с Геббельсом и Герингом. Вожди рейха обсуждали варианты дальнейшего решения «еврейского вопроса». После беседы Геббельс распорядился прекратить антиеврейские акции, поскольку они наносили большой ущерб хозяйству страны и ее международному престижу. Еще через два дня Геринг провел совещание по «еврейскому вопросу», на котором были приняты решения, фактически заложившие основы будущей Катастрофы. С этого момента евреи, по мнению Геринга, должны были стать «вечными должниками и получателями пособий».

Виновными в произошедшем объявили самих пострадавших. Восстановление разрушенного также легло на их плечи. Официальная точка зрения властей была однозначной: «народное возмущение» спровоцировали сами евреи, а значит, им и держать ответ.

Страховым компаниям было велено отказывать в компенсации пострадавшим от погромов и поджогов или максимально занижать серьезность нанесенного ущерба. Бо́льшая часть претензий была попросту аннулирована.

Мало того: евреев обязали выплатить государству огромные «репарации» – миллиард марок – за ущерб, причиненный Германии самими же нацистами.

Евреи вообще априори считались виновными. Отстаивать свои права, апеллировать к закону было бесполезно и бессмысленно. Все официальные учреждения последовательно поддерживали политику нацистов по выдавливанию евреев из страны. Обращаясь в суд, еврей мог лишь ухудшить свое и без того плачевное положение.

ЗАВЕРШЕНИЕ «АРИИЗАЦИИ»

Следующей задачей Геринг объявил необходимость полного устранения евреев из хозяйственной жизни страны. В начале декабря был принят декрет, по которому все еще остававшиеся во владении евреев активы: предприятия, недвижимость, ценные бумаги и прочее – подлежали принудительной «ариизации».

Отныне «ариизация» приняла характер циничного, неприкрытого грабежа. Евреям запрещалось заключать какие-либо торговые сделки, совершать любые операции с недвижимостью, участвовать в рыночной торговле, занимать руководящие должности. По всей стране была устроена настоящая охота на предпринимателей-евреев. «Истинные патриоты» принялись разоблачать своих сослуживцев, начальников, соседей.

Уже никто не заботился о том, чтобы придавать совершаемым сделкам вид законных. Формальное согласие владельцев на отчуждение собственности больше не требовалось. Нацистские власти изымали у евреев все, что еще оставалось у них ценного, вынуждали их продавать фамильные драгоценности, предметы искусства.

К концу 1938 года все предприятия, которыми владели евреи, перешли в руки «арийских» владельцев либо были закрыты. Для их хозяев это означало полное разорение. Даже теми мизерными суммами, которые они получали в качестве компенсации за отторгнутое имущество, они не могли распоряжаться. Право доступа к банковским счетам для евреев также было ограничено. Их вклады блокировались, ежемесячно разрешалось