В тени кокосовых пальм - Илья Васильевич Сучков

Как видим, во всех трех случаях останки слонов находились около водоемов или на берегу реки. Этим, пожалуй, и объясняется «исчезновение» скелетов. Вот почему всегда оказывались тщетными поиски охотников за слоновой костью.

Почему слоны перед смертью пробираются к водоемам? Как считают специалисты, с началом упадка сил и выпадением зубов или в результате полученных ранений слон чувствует приближение смерти и пробирается к водоему, чтобы не тратить силы на поиски воды. Как правило, около водоемов всегда есть и растительность. Животное остается около воды, пока не наступит смерть или, наоборот, пока полностью не заживут раны, животное наберется сил и снова сможет двигаться.

В литературе часто возникают разногласия о росте слонов. Даже многие натуралисты считают, что индийские слоны бывают выше трех метров. Тот же Сандерсон категорически утверждает, что из ста пойманных им слонов в Южной Индии и Бирме самые высокие животные никогда не превышали 9 футов 10 дюймов, т. е. 277,6 см. Конечно, пойманного в загон слона несложно измерить, а как узнать рост тех, которые свободно гуляют в джунглях? Ученые определили, что рост слона можно установить по отпечаткам его передних ног. Длина окружности следа слона, помноженная на два, дает цифру его роста — ошибка может быть не больше 2–4 сантиметров. Между прочим, этот оригинальный способ предложил знаменитый исследователь Африки Ливингстон.

А теперь хотелось бы уточнить, сколько же все-таки осталось диких слонов в Шри Ланке? Занимавшийся изучением этого вопроса натуралист Г. М. Маккей предлагает взять за отправную точку известное науке среднее число животных на квадратный километр в районе Гал-Оя в XIX веке. В результате такого подсчета общее число слоновьего «населения» по всему острову составляло тогда 12 тысяч.

Видимо, эта цифра близка к действительному положению вещей. О большом количестве этих млекопитающих на острове в прошлом свидетельствует следующее: король Раджасингха II подготовил для своей армии 2,2 тысячи слонов, намереваясь атаковать португальцев в их крепости Коломбо в 1558 году. Все сингальские короли имели в своих армиях особые подразделения вооруженных людей на слонах. По свидетельству англичанина Роберта Нокса, который около 20 лет прожил на Цейлоне пленником кандийских правителей, кандийский царь в своем войске имел около 100 слонов в качестве боевой силы. И подобное использование слонов, и даже ежегодные поставки 37 слонов португальцам на экспорт не отражались на поголовье этих животных.

Их численность начала быстро сокращаться в период господства англичан на Цейлоне — в XIX веке. В этом большую роль сыграли хозяева кофейных плантаций, защищавшие свои владения от нашествий диких слонов, а также многочисленные «спортсмены» из метрополии и из местной колониальной администрации, которые каждого убитого ими слона считали доказательством большой доблести. Немало было и охотников за слоновой костью, свидетельством чего является такой факт: с океанского дна недавно был поднят пароход «Элизабетвиль», затонувший в конце прошлого века на линии Коломбо — Лондон. Среди груза оказалось и восемь тонн слоновой кости. В колониальных архивах есть точные цифры экспорта слонов с Цейлона: с 1863 по 1884 год было вывезено 1875 слонов!

Хищное истребление животных чуть не привело к их полному уничтожению. По данным государственного департамента охраны фауны Цейлона, в 1951 году на острове осталось всего лишь 1,5 тысячи слонов.

Сколько их теперь, двадцать с лишним лет спустя? Доктор Маккей считает, что слонов сейчас 1,6–2 тысячи, или 15 % их общего числа в конце XIX века. Если это так (более точных данных нет), то на острове этих животных сохранилось в процентном отношении больше, чем в любой другой азиатской стране. Меры, принятые государством (создание заповедников и национальных парков), будут способствовать дальнейшей охране этого великолепного «царя джунглей».

КУЛЬТ КОБРЫ: ФАКТЫ И ДОМЫСЛЫ

Как-то, совершая поездку по горной части Шри Ланки, мы съехали с главной дороги, чтобы познакомиться с одним замечательным буддийским храмом. Живший неподалеку главный жрец храма охотно согласился показать его. Внешне он был невелик и как бы прилепился к огромной скале. Однако его размеры оказались значительно большими, чем казалось первоначально, ибо часть его сводов была вырублена в скале.

Мы с трудом передвигались по темным, прохладным переходам, направляясь к главной нише, где находилось вытесанное из цельного камня изображение лежащего Будды. Нас одурманивал запах каких-то благовоний и цветов храмового дерева.

— В этом зале обычно проходит церемония богослужения, — говорит жрец. — Здесь посетители оставляют свои приношения.

Карманным фонариком он освещает своды зала, и боковые ходы, и различные закуточки, и каменное тело лежащего Будды, в неизменной позе, отрешенного от всего мирского, как бы говорящего: «Отверзите уши ваши: освобождение от смерти найдено».

— Туда не ходите, — предупреждает служитель нашу попытку пройти боковым ходом. — Там живут кобры. Если их не трогать, они не опасны. Питаются они тем, что приносят прихожане — бананами, цветами, листьями.

При этих словах нам стало не по себе в этом темном храмовом помещении. Скорее захотелось на яркий солнечный свет, вдохнуть свежего воздуха…

Так мы впервые столкнулись с древним ланкийским обычаем — почитанием змей. Нам стало понятно, почему на красочных масках ланкийские мастера помещают извивающихся кобр, почему сингал, особенно в сельской местности, никогда не убьет змею, если она заползла к нему в дом, а наоборот, постарается выпустить ее на свободу.

Наибольшим почитанием и поклонением пользуется кобра — «королева змей», самая ядовитая и довольно распространенная на Ланке. Многие мифы, легенды, традиции и обычаи связаны с этим представителем царства рептилий. А начало этому было положено более 2500 лет назад, когда, как считают некоторые исследователи, Ланку населяло наряду с якхами племя нага (в переводе «змея»), поклонявшееся змеям. Как говорит легенда, был даже «Змеиный остров» — королевство, существовавшее за много столетий до прихода индийского принца Виджая.

В сингальском обществе с давних времен было деление на касты. Почитая это установление как данное свыше, сингалы перенесли это социальное устройство и на кобр. Все семейство кобр было поделено на четыре касты: кобры королевской касты, брахманской, торговой и крестьянской. Существовали также кобры и самых низших каст: касты барабанщиков и крысиных змей. К последней касте относились все виды кобр, питающихся крысами.

В народе живет представление, что кобры белой окраски (имеются в виду кобры-альбиносы) живут во дворцах и