Амазония - Джеймс Роллинс

6 августа, 21 час 15 минут

Сан-Габриелъ-да-Качоэйра

Нат вышел из кабинета Манни в ФУНАИ, перешел улицу и в сопровождении одного из бразильцев-биологов и профессора Коуве направился к военной базе. Профессор только что вернулся из больницы с утешительной вестью о Таме, которая быстро шла на поправку.

Свежевыбритый и отмытый, в чистом белье, Натан Рэнд не верил сам себе, что всего несколькими часами раньше явился сюда с больной девочкой из лесных дебрей. Казалось, он смыл и отскреб с себя джунгли вместе с потом и грязью, за считанные часы превратившись из новообращенного яномамо в гражданина Америки. Поистине, мыло «Весна Ирландии» способно творить чудеса. Хотя запах и оставлял желать лучшего.

– Тошнит, не правда ли? После стольких лет в джунглях… – заметил Коуве, попыхивая трубкой. – Когда я впервые выехал из Венесуэлы, из дома в лесу, я словно угодил под информационный обстрел – звуки, запахи, суета городов… К ним привыкаешь труднее всего.

Нат опустил руку.

– Странное дело: к простой жизни на природе легко приспособиться. Правда, есть одна вещь, ради которой я готов терпеть городские напасти.

– И что же это? – полюбопытствовал Манни.

– Туалетная бумага.

Коуве прыснул со смеху.

– А ты думаешь, почему я убрался из джунглей?

Они подошли к вратам сияющей огнями базы. Через десять минут должен начаться сбор. Может, на нем что-нибудь прояснится?

* * *

По дороге Нат разглядывал спящий город, пытаясь получше рассмотреть этот крошечный оплот цивилизации. Над рекой, отражаясь в ее глади, повисла полная луна, слегка размытая в наползающем на город тумане. Наступала ночь, и джунгли, пусть ненадолго, вступали в свои права.

На закате звуки города стихали, сменяясь гулким пением козодоев под аккомпанемент лягушачьего хора и тремоло кузнечиков-сверчков. Даже на улицах шелест крыльев летучих мышей и неотвязный комариный писк перекрывал людскую болтовню и гудки автомобилей.

Присутствие человека ощущалось лишь в звонком смехе запоздалых гуляк из кабачка под открытым небом.

А в остальном над Сан-Габриелем властвовали джунгли.

Натан шагал рядом с Манни.

– Интересно, зачем я мог понадобиться американскому правительству?

– Точно не знаю, – покачал головой Манни, – но все это как-то связано с твоими спонсорами.

– «Теллукс фармасьютикалс»?

– Именно. Кто-то из этих типов приехал вместе с американцами. Судя по виду, адвокаты.

Нат помрачнел.

– А когда это «Теллукс» обходился без них?

– Не надо было продавать им «Экотек», – произнес Коуве, не вынимая трубки изо рта.

Нат вздохнул.

– Эх, профессор…

Подняв руки, шаман показал, что сдается.

– Извини. Сам знаю, больная тема…

«Больная» было не тем словом для Натана. «Экотек» основали двенадцать лет назад по проекту отца Ната. То было целиком его детище – фармацевтическая фирма, ориентированная на сбор сведений у шаманов в целях поиска новых растительных препаратов. Отец захотел сохранить опыт вымирающего поколения лекарей Амазонии и сделать так, чтобы местные племена получали доход от своего векового наследия.

Для него это были не просто мечта и цель жизни, но и исполнение обета, данного жене Саре.

Устроившись медиком в филиал корпуса мира, всю свою жизнь она посвятила туземцам, и ее страсть оказалась заразительной. Отец Ната пообещал продолжить начатое ею дело, и спустя несколько лет обещание привело его к созданию «Экотека», симбиоза бесприбыльной адвокатуры и выверенных до мелочей бизнес-моделей.

Вот только сейчас их наследство кануло в небытие, поглощенное «Теллуксом».

Голос Манни вклинился в размышления Ната.

– Кажется, дальше пойдем под конвоем.

У пропускной стояли навытяжку два рейнджера в светло-коричневых беретах, а перед ними – бразильский солдат. Тому как будто было не по себе.

Натан с опаской оглядел кобуры десантников и снова стал гадать, зачем их сюда позвали. Едва поравнялись с воротами, бразильский часовой проверил документы. Затем один из рейнджеров сделал шаг вперед со словами:

– Приказано препроводить вас на ориентировку. Прошу следовать за мной.

Он круто развернулся и зашагал вперед.