Вражья дочь - Александр Тамоников

– Приехали, князь!

– Ну и хорошо. Что-то я ратников на Посаде не заметил.

– А чего им по острогу шастать? Хватает и городской стражи из ополченцев, чтобы порядок блюсти и смотреть за округой.

Калитка открылась. Появился молодой литвин Густав Кални. Он узнал купца.

– Приветствую тебя, пан Коваль.

– Будь здоров, Густав. Хозяин дома?

– Да.

– Передай ему, что я с гостями приехал.

– Да, сейчас. Подождите.

– Скорей, Густав!

Слуга убежал, вскоре вернулся, открыл ворота.

Возница завел повозку во двор. У дома стоял солидный мужчина в одежде богатого купца. Он подошел к гостям, поприветствовал их.

– Князь Савельев Дмитрий Владимирович, воевода особой дружины, и его ратник Влас, – сказал Коваль. – А это купец Стефан Дравес.

Савельев кивнул.

Из дома вышла девушка в длинном платье. Она была необычайно хороша собой – светлые волосы, брови вразлет, полненькие губки.

Влас от восторга открыл рот.

Савельев ткнул его в бок и заявил:

– Гляди, птица залетит.

– Красавица-то какая, Дмитрий Владимирович!

Купец Дравес услышал это, ухмыльнулся и спросил:

– Понравилась, Влас?

– Очень.

– Это моя дочь Анна. Мать ее умерла три года назад от огненной хвори. Теперь сам воспитываю.

Девушка бросила искрящийся взгляд на ратника и юркнула за угол.

– Прошу в дом, дорогие гости, – сказал Дравес, повернулся к слуге и распорядился: – Найди Габи, Густав. Пусть она принесет хорошего вина и закуски.

– Слушаюсь, пан!

Все прошли в дом, совершенно не похожий на русские. За прихожей – коридор, по бокам и в торце двери. На полу зеленые ковровые дорожки. На стенах, обитых досками, головы волков, кабанов, оленей – охотничьи трофеи хозяина.

Дравес завел гостей в первую комнату слева. Она была просторной, с двумя окнами, широкой лавкой под ними, большим столом, стульями вокруг него. Резные шкафы, ковер на полу. Повсюду подсвечники, миниатюрные фигурки зверей и сказочных персонажей.

Все присели на стулья.

– Рад приветствовать в своем доме московского князя, насколько мне известно, человека весьма влиятельного, ближнего к самому Царю Ивану Васильевичу.

– Я тоже рад встрече с тобой, почтеннейший пан Дравес. Надеюсь, наше знакомство будет взаимовыгодным.

– Главная выгода мне обещана от имени русского Государя. Однако мы, торговые люди, ищем ее повсюду, где только можно. Так-то вот, князь.

– Каждый человек занимается тем, что умеет делать лучше всего. Ты не спрашиваешь у меня царскую грамоту, пан Дравес. Почему?

– Так ее наверняка уже видел мой друг Николай. Но посмотрю и я, коли покажешь.

Савельев передал Дравесу царскую охранную грамоту.

Полоцкий купец прочитал ее и проговорил:

– Да, бумага серьезная. Да вот только здесь она не просто бесполезна, но и весьма опасна.

– Грамота вручена мне вовсе не для предъявления властям города Полоцка.

– Это понятно.

Служанка принесла кувшин с вином, чаши, блюда с различной закуской. По тому как эта самая Габи смотрела на купца, у Дмитрия зародилось сомнение в том, а просто ли служанка эта баба, еще вполне привлекательная. Но это их личные дела.

Мужчины выпили, закусили.

Когда Габи убрала со стола и вышла, Дравес спросил:

– Так что хочет узнать посланник московский от бедного купца?

Дмитрий улыбнулся и сказал:

– Не такой уж ты и бедный. Всем бы такую жизнь. А нужно мне от тебя не так уж и много. – Он довел до Дравеса то, что уже говорил Ковалю.

Полоцкий купец ненадолго задумался, затем проговорил:

– Нет, князь, я не сказал бы, что тебе нужно от меня совсем не многое. Ведь ты, по сути дела, хочешь узнать, от чего зависит способность городской рати оборонять крепость, выдержать длительную осаду.

– Так тебе есть что сказать по этому поводу?

– Схроны и подземные ходы здесь есть. Это очевидно. Плохо то, что мне об их расположении ничего не известно.

– Но узнать, где они находятся, ты можешь?

Дравес вздохнул и ответил:

– Это весьма сложно.

– Но возможно?

– В этом мире, князь, ничего невозможного нет. Тебе это известно так же хорошо, как и мне.

– Ты имеешь в виду, что все можно купить?

– Ну не все, конечно, но очень многое.

– Ответь прямо, купец, ты узнаешь, где находятся схроны и подземные ходы?

– Обещать ничего не буду, но очень постараюсь. Есть среди польских воинских начальников человек, слишком уж болтливый, когда выпьет. А до вина он большой охотник. Это хорунжий Тадеуш Витейский, первый помощник ротмистра Голубицкого, имеющего весьма большой вес в руководстве города. Именно Витейскому и передается провизия, полученная от купцов, а также порох, оружие, ядра. Уж он-то точно знает, где находятся схроны и как к ним пройти.

– У тебя есть с ним какие-то отношения?

– Да, причем весьма неплохие. Этот любитель выпить часто нуждается в деньгах. Их ему даю я. Возможно, оттого мне и поручен сбор провизии с наших купцов.

У Дмитрия заблестели глаза:

– Так это же очень хорошо, пан Дравес!

– Не скажу, что плохо. Однако у Тадеуша есть одна особенность. Когда он пьян, говорит много, но когда трезв – слова не вытянешь. Последние дни хорунжий не пил и даже пригрозил мне казнью, если я только заикнусь о схронах. Человек, выпрашивающий у меня деньги, мне же потом угрожает казнью! Такой вот подарок этот самый пан Витейский.

– И долго он может не пить?

– Вообще-то трезвым я его видел гораздо реже, чем пьяным. Не знаю отчего, но ротмистр Голубицкий прощает его.

– Надо попытаться узнать о схронах и ходах, пан Дравес.

– Так я и не отказываюсь, говорю же, что постараюсь, но обещать ничего не могу. И еще для того, чтобы разговорить Тадеуша, мне нужны деньги. Я, как и Николай, с этими схронами понес большие убытки, которые вряд ли покроет воевода Довойна.

– Сколько?

– У тебя, князь, русская монета?

– Есть и литовская.

– Давай прикинем в русской. Так тебе будет привычнее. – Дравес принялся считать в уме, потом сказал: – Для начала пять рублей.

– Стоимость пяти коров.

– И одного породистого скакуна. Но я не думаю, что Царь Иван Васильевич стал бы скупиться, имея надежду заполучить важные данные.