ESCAPE - Алиса Бодлер

Теория, посетившая мое сознание в такси, была довольна проста, но как мне казалось, полностью соответствовала задумке Оуэна. Последние несколько недель мне удавалось «предугадывать» то, что когда-то происходило в семье Бодрийяров пару веков назад, до появления тому фактических подтверждений. Такая ментальная связь, как я считал, могла помочь мне и в случае с Джереми – он мог менять фамилию и имя сотни раз, но все еще оставался современным представителем болезненного наследия. Казалось, он перенял от своих предшественников даже больше, чем следовало.

Если я все понял верно, то моя первая задача в реальном МёрМёр будет полностью совпадать с открывающей загадкой в квесте. В конце концов, я уже проделывал все это во время своей второй поездки в дом, и в результате обнаружил следы, подчеркнутые слоем пыли. То, что определенные предметы были в моем центре внимания в первую очередь, не могло быть простым совпадением. И догадался я об их реальном расположении не просто так. Оуэн это планировал.

Мне требовалось найти канделябр, кофемолку и музыкальную шкатулку Реймонда.

С последней все было очень просто. Отыскав на рабочем месте Джии холщовую сумку, используемую для транспортировки реквизита, я упаковал в нее первый артефакт. Он всегда хранился на моем рабочем месте, и я очень боялся того, что, когда квест будет построен и окончательно сдан, мне придется с ним попрощаться. Но теперь предугадать, вернется ли эта вещица вновь на производство, я не мог.

Поиск канделябра тоже не составил особого труда. Я помнил, что последний раз видел его в руках Хелен – она очищала остов от старого серебряного покрытия для того, чтобы сделать свежий покрас. Я перемещался бегом, а потому уже через мгновение был в декораторской и перекладывал подсвечник в сумку.

Под вопросом оставалась только кофемолка. После того, как я смог отобрать пакет из лавки у Джима, я отдал все содержимое руководительнице и больше этот элемент не видел. Я прошелся по павильону, где находилась декораторская и фрезерный цех, и вернулся в помещение с офисом и кухней. Первая догадка была невыносимо глупой, но зная своих коллег, я решился проверить ее на всякий случай. Я заглянул на кухню и бегло осмотрел поверхности стола и гарнитура. Затем подошел к небольшому холодильнику, спрятанному в углу, и понял, что не ошибся. Зерновая мельница производства компании Barrel стояла прямо на нем.

Пока что логические задачи давались мне легко – скорее всего, всему виной был повышенный уровень адреналина в крови, который я продолжал стимулировать скоростью сборов.

Холщовая сумка заняла свое место на моем плече. Закрывая за собой двери на ходу, я поспешил вернуться в такси.

* * *

Мы встали в небольшую пробку на выезде из города. Из-за того, что моя поездка на производство заставила водителя сделать крюк, по пути к финальной точке нас застал утренний час пик. Люди начинали просыпаться и спешили на работу, в город, в то время как я отчаянно стремился его покинуть.

– Простите, вы не подскажете точное время?

Я не знал, зачем задал этот вопрос таксисту. Для моей последней, как я очень хотел верить, поездки в МёрМёр не было установлено никаких сроков и лимитов. Однако темный экран разряженного смартфона мозолил мне глаза – я не мог заглянуть в него и найтись во времени по привычке.

Водитель обернулся на меня и, казалось, заметил мой небрежно откинутый на сиденье бесполезный гаджет.

– Седьмой час, сэр, – вежливо отрапортовал он. – У меня есть зарядка.

– Спасибо! – я прикусил губу, чувствуя, что принимаю нерациональное решение. – Нет, зарядка мне не нужна.

Таксист пожал плечами и развернулся обратно. Внутреннее чувство тревоги продолжало убеждать меня в том, что я должен воспользоваться предложением и оставить себе шанс на связь с внешним миром, когда перейду порог ловушки Джереми Оуэна. Но отчаяние, с которым я действовал, было намного сильнее. Бесконечное чувство вины перед всеми, кто оказался втянут в историю Бодрийяров из-за меня, смешивалось с непонятной мне горечью. Я действительно не хотел, чтобы меня нашли, забрали или попытались помочь. Никому из своих близких я бы не смог объяснить свою мотивацию и настоящие чувства по отношению к происходящему.

Спустя еще несколько минут я вспомнил, что забыл фонарь.

Но мы были уже практически на месте, и эту ошибку исправить я не мог. Оставалось надеяться, что по коридорам особняка меня будет вести собственная интуиция, если глаза окажутся бессильны. В конце концов, в МёрМёр я возвращался уже в третий раз.

– Сэр, здесь закрытая территория, поэтому… – послышалась знакомая преамбула.

– Я знаю, – перебил таксиста я. – Остановитесь на дороге, я знаю, куда идти.

Моя жизнь превратилась в одно сплошное ощущение дежавю. Очень хотелось верить в то, что сегодня этот день сурка будет завершен любой ценой.

Расплатившись с водителем, я направился к дому знакомой и ненавистной мне дорогой. Дождь усиливался, но я не надевал капюшон толстовки и не торопился быстрее оказаться в помещении. Холодные капли понемногу смывали мое беспокойство, словно заставляя смириться с ситуацией, привыкнуть к дискомфорту и холоду. С тех пор, как я посещал заброшку последний раз, прошло достаточно времени, и поздняя осень успела вступить в свои полноценные права. Кусты ракитника больше не выглядели такими густыми – пустеющие ветви переплетались между собой, но мрачная атмосфера старого здания уже проникала сквозь них, окутывала прилегающую местность, заставляя растительность пропитываться трагическими воспоминаниями.

Я подошел к крыльцу и водрузил свою сумку с артефактами на маленькую лестницу. Внезапных встреч можно было более не опасаться – Гордон, очевидно, работал сегодня в клубе, а собственник МёрМёр был отныне идентифицирован и сам одарил меня своим крайне любезным приглашением.

Оставалось только пересечь порог.

Никакие воспоминания и фантазии о том, как меня настраивает доктор Константин, больше не помогали. Перед тем, как отворить тяжелую старую дверь, я постарался очистить свое сознание так сильно, как только мог.

Главный коридор первого этажа, как и всегда, встретил меня темнотой.

Отсутствие фонарика заставило меня притормозить со следующим шагом и заставить свои глаза привыкнуть к темноте. Тусклый утренний свет уже понемногу наполнял гостиную и кухню, а это значило, что там мне будет намного проще передвигаться. То, что я собирался делать на втором этаже, пока оставалось под большим вопросом.

– Оуэн! Ты здесь?

Мой голос разбился о вековую тишину. Ожидать присутствие «гейм-мастера»