Росс Полдарк. Книга 2. Демельза - Уинстон Грэм

Росс был надломлен душевно, но тут уж Дуайт ничем не мог ему помочь. Только время, случай или сам Росс могли навести порядок в его душе. Он не мог признать поражение. Полдарк был как взведенная до предела пружина, и, для того чтобы к нему вернулось душевное равновесие, что-то должно было ее спустить.

– Росс, я не говорил об этом раньше, но чувствую, что должен высказаться. Мне очень горько, что я не смог спасти вашу дочь.

– Не ожидал увидеть сэра Хью. В нем больше сострадания, чем я думал.

– Мне все кажется, что я должен был сделать что-то еще. Вы помогли мне здесь обустроиться. Вы всегда были мне добрым другом. Если бы только я мог вам отплатить…

– А из Тренвит-Хауса на похоронах никого не было, – заметил Росс. – Думаю, они все еще больны.

– О, даже если они выздоравливают, этот процесс займет не одну неделю. За лето и осень я наблюдал множество подобных случаев. Как бы я хотел… Чоук, конечно же, будет говорить: дескать, все случилось из-за того, что я пренебрегал своими обязанностями. Наверняка станет уверять, что это он спас Джеффри Чарльза…

– Джеффри спасла Демельза, – сказал Росс, – ценой жизни Джулии.

На дом обрушился очередной шквал ветра.

Дуайт встал:

– Да, вы вправе так думать. Мне очень жаль.

– Будь проклят этот ветер!

– Хотите, я останусь у вас на ночь?

– Нет. Вам надо выспаться. Завтра вам предстоит много дел, а я могу хоть весь год посвятить выздоровлению Демельзы. Давайте выпьем чего-нибудь горячего, а потом ступайте домой.

Росс поставил чайник на огонь и смешал кувшин грога, который они выпили вместе.

– На похоронах было столько бедняков, – произнес Росс. – Я не накормил их и не напоил. А они в этом так нуждались.

– Никто и не ожидал, что вы сможете накормить три деревни, – терпеливо ответил Дуайт.

В дверь тихо постучали.

– Простите, сэр. – Это была Джейн Гимлетт. – Вас зовет хозяйка.

– Что-то случилось?

– Нет, сэр.

Росс попрощался с Дуайтом и прошел в спальню.

Демельза казалась такой маленькой и слабой в огромной кровати Джошуа. Она протянула Россу руку, тот взял ее в свою и сел на стул рядом. На прикроватном столике мерцали две свечи, в камине догорал огонь.

Росс пытался придумать хоть какую-то тему для разговора.

– Сегодня днем пришло письмо от Верити, – неловко начал он. – Не знаю, что ей ответить.

– Она… здорова?

– Да, думаю, да. Я прочитаю тебе, когда станет светлее. Она спрашивает, как там Фрэнсис и остальные. Она слышала только, что в Тренвит-Хаусе болеют.

– А про нас?

– Про нас она пока не слышала.

– Росс, ты должен ей написать. Напиши ей обо всем.

– Хорошо.

– Как они, Росс? Элизабет и…

– Выздоравливают, – сказал Росс.

Он чуть было не добавил: «Даже Джеффри Чарльз», но сдержался.

Росс прислонился к деревянному краю кровати и постарался забыть обо всем, что произошло в последние недели. Он гнал прочь разочарование и боль и пытался мысленно вернуться в те счастливые дни, которые оба проживали вместе всего год назад. Так они просидели довольно долго. Ветер понемногу стих – видимо, сменил направление, превратившись в северо-западный. Огонь в камине начал угасать.

Росс слегка пошевелил рукой, и Демельза ухватилась за нее еще крепче.

– Я не ухожу, – сказал он. – Только помешаю угли в камине.

– Пусть догорают. Пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня одну.

– Что с тобой?

– Я просто подумала…

– О чем?

– О Джулии. Ей будет очень одиноко. Она ведь не любила ветер.

Росс просидел рядом с Демельзой всю ночь. Он так и не заснул, только дремал урывками, пока ветер с воем бился о стены дома. И во сне, и наяву у него в голове крутились одни и те же мысли. Безысходность и скорбь. Джим Картер, Уорлегганы, Джулия. Неудачи и потери. Его отец умер в одиночестве в этой самой комнате. Возвращение из Америки, разочарование в Элизабет и счастье с Демельзой. Неужели и эта последняя радость потеряна? Даже если и нет, теперь она всегда будет отравлена горечью воспоминаний. И его собственная жизнь – как она пойдет дальше? Ожесточенная и безнадежная битва за компанию закончилась поражением и, скорее всего, банкротством. Через несколько недель ему исполнится тридцать. Это, конечно, далеко не старость, но часть жизни уже позади. Наступает новый этап, и предстоит подумать, какой дальше выбрать путь. Что же осталось позади? Молодость?

А что бы он чувствовал сегодня вечером, если бы все повернулось иначе, если бы он одержал победу над тюремными властями, над Уорлегганами и этой страшной болезнью? Если бы не проиграл, не понес такую тяжелую потерю? Просто уснул бы и не терзался подобными мыслями? Или… У Росса не было ответов, да и сил на то, чтобы их искать, тоже. Теперь ему трудно было представить, что он мог добиться успеха в любом из своих предприятий, или поверить в то, что впредь вообще возможно хоть какое-то начинание. Этот этап его жизни закончился поражением, полным и безоговорочным. Все дороги приводят к печальному финалу.

Шторм не унимался. Ближе к утру Росс сходил за дровами, растопил камин и, чтобы согреться, выпил несколько стаканов неразбавленного бренди. Когда он снова сел рядом с кроватью жены, алкоголь добрался до его сознания, и он уснул.

Ему снились невероятные истории, в которых имели значение только сила, упорство и готовность вступить в бой. Росс на какое-то время погрузился в гущу пережитых за последние месяцы невзгод и теперь медленно выбирался в настоящее. Проснувшись, он обнаружил, что сквозь шторы уже пробивается серый свет, а возле камина стоит Джон Гимлетт.

– Который час? – спросил Росс.

Джон обернулся:

– Где-то без четверти восемь, сэр. Я пришел сказать, что к берегу дрейфует корабль.

Росс посмотрел на жену. Демельза мирно спала, ее темные кудри разметались по подушке, но она все еще была слишком бледной.

– Его пока не разглядеть, темновато, – шепотом продолжал Джон, – я приметил его, когда ходил за дровами. Думаю, кроме меня, его никто не видел.

– Про что ты толкуешь?

– Про корабль, сэр, он довольно большой.

Росс потянулся к бутылке и налил себе еще стаканчик. Он окоченел, во рту пересохло.

– Далеко?

– Сразу за мысом Дамсел. Он обогнул мыс, но при таком ветре, да еще с такой волной в море ему не выйти.

Спросонок Росс не очень хорошо соображал, но бренди помог ему взбодриться. Сегодня будет пожива для шахтеров и их семей. Удачный день.