Патриоты - Джек Кавано

— Для пожилой леди держусь недурно, — ответила она. — Похоже, праздник удастся.

— Нам есть, за что быть благодарными.

— А где Джейкоб? Что-то его не видно.

— Скоро будет. Сказал, что у него есть для нас сюрприз.

— И что за сюрприз?

Энн со смехом обняла Присциллу.

— Если бы я знала, это не было бы сюрпризом, верно?

Мерси и Бо вышли из-за угла дома. Бо исполнился двадцать один год. Компания Моргана приняла его на службу докером, с этого же когда-то начинал Джейкоб. Бо давно уже перерос Мерси, возмужал. И хотя его речь была далека от идеала, определенных успехов он все-таки достиг. А еще он по-прежнему обожал барабанить. Молодой человек похлопал Мерси по плечу и указал на калитку, ведущую в сад.

Мерси улыбнулась.

— Да, вот тот, о ком я тебе говорила. Это брат твоего дедушки.

Поселившись у Морганов, Бо стал называть Джареда дедушкой. В эту самую минуту он указывал Мерси на подошедших к дому Филипа, старшего брата Джареда, и его жену-индианку Витамоо. Энн, раскрыв объятия, радостно поспешила им навстречу.

С годами кожа Филипа Моргана приобрела такой же бронзовый оттенок, как у жены. Филип и Витамоо Морган двигались очень легко и слаженно, как это часто случается с семейными парами, которые переплелись друг с другом душами. Улыбка Витамоо по-прежнему ослепляла. Филип же относился к той категории людей, рядом с которыми сразу чувствуешь себя свободно.

Филип и Витамоо уже встречались с Мерси, но не с Во. Молодой человек никогда не видел индейцев вблизи и был взволнован встречей с настоящей индианкой. После обмена приветствиями Витамоо сняла с себя бусы из морских раковин и надела их на шею Бо. Она сообщила, что это подарок от индейцев ее племени. Весь оставшийся день Бо тайком, дабы не быть уличенным в мальчишестве, перебирал ракушки.

К ним присоединилась Присцилла, а вскоре из дома вышел Джаред. Трое детей и Бенджамина и Констанции Морган вновь были вместе.

— Мама, отец!

— Джейкоб, ты вернулся! — воскликнула Энн.

— Я хочу вас кое с кем познакомить.

На пороге дома стояла светловолосая женщина. Она сощурила на ярком солнце синие глаза и тыльной стороной руки отбросила упавшую на глаза прядь волос.

— Это миссис Абигайль Маттесон.

— Джейкоб, какой сюрприз!

Энн шагнула к Абигайль и обняла ее, словно родное дитя. Следом за ней гостью прижал к сердцу Джаред. Тем временем их сын проскользнул в дом.

— Сумеем ли мы когда-нибудь отблагодарить вас за наших мальчиков? — взволнованно произнесла Энн.

— Это мне следует вас благодарить, — ответила Абигайль. — Исав вошел в мою жизнь в тот момент, когда мои духовные силы иссякали. Он вдохнул в меня жизнь и стал моей любовью.

— Привет, я Мерси, жена Джейкоба.

— Вам незачем представляться. — На лице Абигайль обозначилась легкая улыбка. — Я бы и так вас узнала.

Мерси обняла ее и прошептала:

— Благодарю вас за то, что вы помогли Джейкобу вернуться домой целым и невредимым. До сих пор, несмотря на все его рассказы, мне не верится, что вы двое сумели сделать это.

Абигайль улыбнулась:

— Ну, вы же знаете — мужчины любят все приукрашивать.

— А сейчас я хочу познакомить вас еще с одним мужчиной моей жизни, — весело сказала Мерси и побежала к дому.

В эту самую минуту на пороге возник Джейкоб. Он держал на руках ребенка.

— О! Какой милый! — воскликнула Абигайль. — Всю дорогу Джейкоб только о нем и говорил.

Счастливый отец с гордостью произнес:

— Миссис Абигайль Маттесон, хочу представить вам мистера Сета Моргана.

— Сколько ему? — спросила Абигайль, протягивая руки к малышу.

— Год и восемь.

Абигайль взяла Сета на руки и крепко прижала к себе. Потом, глядя на Джейкоба и Мерси, промолвила:

— Исав был бы счастлив за вас. Искренне счастлив.

Мерси обвила руками мужа и притянула к себе.

— Мы знаем, — тихо сказала она.

Как всегда бывает на званых вечерниках, по истечении какого-то времени общество разбилось на два кружка. Женщины, собравшись в гостиной, говорили о детях, хозяйстве, обсуждали цены на продукты, а на улице, в саду, мужчины вели разговоры о политике, делах, лошадях.

— Исав это предвидел, — говорил Джаред. — В революции его больше всего пугало то, что она может вылиться в анархию. Он предупреждал нас, что начать революцию легко, но как ее закончить?

— Не могу их осуждать, — вступил в разговор Джейкоб. — Эти люди боролись за свободную страну с оружием в руках, и что они получили взамен? Непосильные налоги, безденежье. Многие из них обанкротились, потеряли фермы, сели за долги в тюрьму. Я бы тоже взбунтовался![70]

— И много фермеров взялись за оружие? — спросил Филип.

— Я слышал, где-то тысяча, — ответил Джаред.

— Их возглавил Даниел Шейс[71]. Во время войны он был капитаном.

— Что может заставить христианина направить оружие против собственной страны? — спросил Филип.

Джейкоб усмехнулся:

— Кажется, мы уже это проходили.

— Страна молодая, — вступил Джаред. — Нам еще предстоит столкнуться с проблемами, и они будут нарастать, как снежный ком. Возможно, это указывает на слабые места в некоторых статьях Конституции. Нам нужна более сильная правительственная система.

— Интересно будет посмотреть, что произойдет этим летом, когда соберется Конституционный конвент. Если не сможем сформировать нормальное правительство — своими руками развалим страну на части.

— Упаси Бог, — вставил Филип.

Вечером вся семья собралась в гостиной. Стулья расставили так, чтобы в окна можно было видеть Бостонскую гавань. Маленький прогулочный кораблик лениво скользил по заливу. Небо разрезали стройные мачты торговых судов (в том числе и принадлежавших Морганам), стоявших в порту или мирно покачивающихся на волнах близ верфи (все со спущенными парусами).

Собравшиеся заняли свои места. Джаред и Энн встали перед ними.

— Мы хотим поблагодарить вас за то, что вы пришли в наш дом, — начал Джаред. — Вы…