Сердце ведьмы - Марина Колесова

***

Несколько дней Миранда провела у постели больной девушки, с помощью лекаря отпаивая её отварами и настоями трав, и к концу недели Люсьене стало намного легче.

Зашедший её проведать и узнавший, что болезнь отступила, герцог, выставив из комнаты лекаря, в приказном порядке потребовал, чтобы теперь она помогала на кухне и мыла там посуду и полы.

Понимая, что не приученная к тяжёлому труду девочка сейчас станет объектом для издевательств всей прислуги, Миранда просительно схватила супруга за руку:

– Милорд, я вас очень прошу, не надо так кардинально менять статус Люсьены, она не обучена подобному, и толк от её помощи на кухне будет минимален. Мне нужна личная служанка, отдайте её мне, я обещаю, что буду следить за ней и научу хорошим манерам. Сделайте мне приятное. Что вам стоит?

– Я уже видел, к чему привела её ваша попытка чему-то научить. Всё! Не захотела учиться учтиво себя вести, будет учиться мыть посуду и полы!

– Милорд, это в вашем праве, конечно, но ваше решение, очень меня огорчает. Очень, милорд! – голос Миранды заледенел.

– И что дальше, миледи? – герцог нахмурился. – Какие угрозы последуют после этого предупреждения?

– Дальше абсолютно ничего, ничем угрожать я вам не собираюсь. Вы хозяин в своём доме. Мне жаль, что роль хозяйки, решающей, кого из служанок отправить на кухню, а кого оставить при себе, вы не хотите мне доверить, но что поделать. Я вынуждена смириться с данным положением дел, – холодно проронила она и после небольшой паузы тихо добавила: – Надеюсь, ненадолго…

– Чертовка! На что ты намекаешь?! – герцог, шагнув к ней, порывисто схватил за плечи: – Что ты опять задумала? Ведь не нужна она тебе! Не нужна! Ты лишь меня этим позлить хочешь, не дав возможности воздать этой мерзавке по заслугам! Да, да, да, я взрастил рядом с собой отвратительную гадину, желающую убить и тебя, и меня. Причём зная это, ради твоего удовольствия, я готов рискнуть и дать ей шанс тяжёлым честным трудом искупить свои грехи, но тебя это, видите ли, огорчает. Тебе опять хочется довести ситуацию до критической.

– Милорд, не кричите, я вас прекрасно слышу и так, – замерев в его объятиях, Миранда демонстративно поморщилась. – Однако ничего критического в складывающейся ситуации не вижу. Если вы её сделаете моей служанкой, то рядом со мной колдовать Люсьена не сможет и проклясть я ей никого не дам. Обещаю. А вот что она будет делать, живя в людской и помогая на кухне, я предсказать не возьмусь. Может, эта обстановка и спровоцирует её попытаться и свою душу сгубить и меня жизни лишить. Так что мои слова о временности принятия мною данного положения дел в первую очередь обусловлены именно этими опасениями, а не желанием вас злить.

– Хорошо, Миранда, я тоже тебя услышал, – герцог разжал руки и чуть отстранился, – и готов согласиться сделать её твоей служанкой при условии, что также она будет прислуживать на всех трапезах, чтобы я лично мог видеть её поведение и отношение ко всем моим домочадцам и иметь возможность его корректировать.

– Против этого мне возразить нечего, милорд. Благодарю вас, – нежная улыбка тронула губы Миранды, – Вы несказанно добры ко мне.

– Ах, чертовка! Люблю тебя! – герцог вновь притянул её к себе.

Глава 54

Жизнь в замке потекла довольно размеренным образом.

Герцог каждую неделю по пятницам стал ездить на проводимые королём советы, перед каждой поездкой демонстративно спрашивая Миранду, хочет ли она поехать с ним. Миранда отказывалась, и герцог передавал её отказ королю. Тот каждый раз сетовал, что такая прелестница отказывается почтить его своим присутствием, но далее сетований дело не шло.

Возвращался герцог обычно в субботу ближе к ужину и после него уходил в свои покои и больше оттуда уже не выходил, даже если Миранда за ним посылала, отговариваясь, что устал, отдыхает, и всё вопросы решит завтра.

Вначале это казалось Миранде странным, но потом она привыкла к подобному распорядку и перестала озадачиваться вопросами, почему супруг после длительного отсутствия не хочет пообщаться и провести с ней вечер.

Люсьена теперь помогала ей и ещё прислуживала за столом, всячески демонстрируя, что очень послушна и старается заслужить прощение.

Герцог первое время был к ней очень предвзят и за малейшую нерасторопность или неловкость отправлял в людскую для наказания. Однако вскоре ему надоело к ней так придираться, но тут эстафету претензий перехватила Изабелла, с огромным удовольствием начав третировать немую и не смевшую ей ни в чём перечить красивую девушку.

Миранда вначале попыталась возмутиться этим, но герцог встал на сторону невестки, заявив, что его дело блюсти, чтобы с домочадцами она вела себя уважительно, а со слугами пусть разбирается на своё усмотрение, в этом он препятствовать ей не намерен.

Единственное, что смогла добиться Миранда, что он ограничил максимальное наказание для Люсьены за день двадцатью ударами. Однако получала она их почти ежедневно.

В сложившейся ситуации, чувствуя, что Миранда единственная, кто её хоть как-то защищает, Люсьена стремилась завоевать её расположение, часто передавая написанные ею записки, в которых просила простить и клялась в преданности.

Миранда, принимая их, сухо кивала, стараясь относиться к девушке ровно и немного отстранённо, и не давать повода для сближения, несмотря на то что любое её распоряжение Люсьена выполняла моментально и с демонстративной готовностью, ни о чём при этом не прося и не жалуясь даже на явно несправедливые наказания.

Всё изменилось в один день.

Был вечер субботы. По субботам после ужина, как обычно, герцог удалился в свои покои, и тут совершенно случайно Миранда заметила, что туда зашла и Изабелла.

Озадаченная, она нашла Джона и осведомилась, знает ли он, что его супруга зачем-то отправилась к герцогу тогда, когда он отдыхает.

И он с готовностью подтвердил, что знает, и это уже традиция. Что по вечерам после субботнего ужина герцог уже давно назидательно беседует с его супругой, и именно это помогает ей вести себя достойно всю неделю.

– Он её бьёт, что ли? – удивлённо осведомилась Миранда.

– Обычно да, – достаточно равнодушно откликнулся Джон.

– И тебя это не трогает?

– Нет. А должно?

– И Изабелла тебе не жалуется?

– Нет, – вновь кратко ответил он.

– Маразм какой-то… – Миранда демонстративно скривилась. – Зачем так? Неужели ей одного разговора с ним не хватило?

– Без понятия. И вообще не понимаю, чем ты недовольна. Это вправе