Тайные фрегаты - Виктор Лаптухин

Августовское солнце припекало, и от булыжной мостовой Невской першпективы несло жаром. Иван широко шагал мимо фонарных столбов и березок, недавно высаженных вдоль домов. В этот полуденный час, когда пушка с Петропавловской крепости возвестила о времени обеда, большая часть жителей города уже сидела за столом. Но, хотя и было воскресение, приходилось спешить на Васильевский остров. Там во дворце князя Меншикова временно размещалась Коллегия иностранных дел с ее богатыми архивами. В них следовало найти ответы на некоторые вопросы генерал-адмирала Апраксина.

Долгая война со шведами многих научила не только водить в бой полки и строить корабли, но и думать по-государственному. Учитывать не только свои интересы, но понимать скрытый смысл поступков и слов союзников и врагов, не удивляться тому, что их мнения быстро меняются, а обещания забываются.

После первых десантов на шведскую землю последовали новые. Эскадра адмирала Норриса вновь появлялась на Балтике, но ограничивалась тем, что встречала и провожала караваны купеческих судов. Казалось, что после победоносного завершения войны с Испанией все должны были склониться перед британским могуществом. Бывшие союзники по Северной войне поспешили отвернуться от России, которая оказалась в полной изоляции. Никто не сомневался, что допустить ее усиления никак нельзя и объединенные армии и эскадры цивилизованного мира заставят царя прислушаться к голосу Европы.

Однако вступать в открытый бой не желал никто. В то же время было ясно, что дружба с Россией может оказаться очень и очень полезной.

Создавшейся обстановкой решил воспользоваться австрийский император. Его посол в Санкт-Петербурге дал понять, что в Вене готовы подписать договор о дружбе с Россией без всяких условий и без посредников. Для этого в австрийскую столицу отправился генерал-прокурор Сената Павел Ягужинский.

Этого не мог допустить английский посол в России Джеймс Джефферис, тот, который в свое время замыслил внезапно захватить участников мирных переговоров на Аландских островах. Возле Данцига Ягужинского поджидала засада. Но мистер Смит еще продолжал наслаждаться российским комфортом и регулярно снабжал своих хозяев в Лондоне новостями из Санкт-Петербурга. Так же исправно его письма изучались на берегах Невы.

Поэтому о новом замысле британского посла российские службы узнали своевременно. В результате в Вене Ягужинского встретили с пышными церемониями, и договор о дружбе с Россией был подписан в торжественной обстановке. Представители неких держав от зависти только скрипели зубами. Но до этого дня Ивану пришлось вновь побывать в Данциге и побеседовать с несколькими старыми друзьями. Еще он познакомился кое с кем из российских сограждан, которые по долгу службы проживали в этом городе. Так что выследить одно подозрительное купеческое судно, которое поджидало кого-то вблизи порта, не составляло большого труда. Затем на судно напали неизвестные, и оно затонуло, а Иван получил пулю в плечо.

В конце концов, в Лондоне поняли, что запугать и изолировать Россию не удастся. Тогда без лишних церемоний шведам дали понять, что им придется самостоятельно договариваться с восточным соседом. После такого объяснения король Фредерик в ярости метался по всему дворцу, кричал на придворных и слуг и горько жаловался иностранным послам на коварство англичан.

Прибывшие в финский городок Ништадт для переговоров о мире шведские представители, прежде всего, заявили, что «скорее согласятся дать отрубить себе руки, чем подпишут невыгодный договор». Но, после нового появления казаков в окрестностях Стокгольма, подписали.