На дальних берегах. Том первый - Sgtmadcat

Поскольку виновник торжества испарился вместе с кораблем, вместо него компания попыталась подать иск на правительство, продавшее им столь опасное имущество. Судья покрутил молоточком у виска и иск отклонил. После такого фиаско лонгцы решили убраться из этого несчастливого места, продав Сараманку за бесценок мутным ребятам с куманским акцентом, которые превратили её в перевалочную базу для островных товаров и, по слухам, гнездо пиратства и разврата. Все приличные люди надеялись, что под этим шалманом еще что-нибудь рванет, однако, вопреки их молитвам, дела на Сараманке быстро наладились.

Капитан планировал разобраться с делами быстро, но быстро не получилось. Во-первых, не все сразу смогли отдать деньги за проводку. Пришлось ждать, когда они разгрузятся, решат вопрос с местными банками и прочее. Во-вторых, местные торговцы не ожидали прибытия такого количества судов сразу после штормов и их запасы быстро исчерпались. Походив по складам и посмотрев, что и по каким ценам им пытаются впарить, Капитан послал всех девятибалльным залесским матом и потребовал дать ему нормальный провиант. Но его еще не подвезли и не помогло даже наведение на провиантские склады орудия. Пришлось ждать.

— Товарищ капитан. Дозвольте звернутися? — узнав причину начальственного гнева, Михай немедленно выступил с предложением. — Е у мене одна идея.

— Излагай…

— Якщо у них, писля штормив, такий дефицит, то може нам спробувати на цьому заробити? Спирта ми нагнали багато — сами не випьемо. Давайте пару бочок выкатим, та спробуем продати?

— Дэнги в кассу — нам прэмия! — дополнил идею Багир.

— Продать, говоришь? — Капитан задумчиво поскреб бороду, — Две бочки? Это сколько от всего количества?

— Чэтверть!

— Вы хотите сказать, что у нас в трюме восемь бочек спирта скопилось?

— Ни! Те що в трюми ми не считаемо, — замотал головой Михай, — То — готова продукция. Боцман вже на баланс прийняв — у ниго хер выцарапаешь. Ми про те, що в машинному лежить.

— А сколько там готового в трюме?

— Зараз прикинемо. Коньяку столитровочка. Горилки я поставив на перци шухлядка два, видразу в стекли.

— Чача… — напомнил Багир.

— Той литрив сорок. Ще фруктових настоянок, кожной пляшок по десять. Ну и пшенична ваша — куди ж без ней. Ви ее дуже добре пьете — всього три канистри залишилося.

— Понятно… — Капитан задумчиво поковырял в трубке палочкой для чистки, — Значит так — сперва пару бочек выкатите. Если хорошо пойдет — продаем остальное. Сейчас фрукт пойдет — нагоним еще. Машина у вас готова, или на горбу потащите?

— Машина нэ готова…

— Але вже издить. Зараз придумаемо як бочки закрипити и на базар.

— Давайте — торгуйте. Нам тут все равно еще дня три куковать как минимум. Хоть подзаработаем.

Самодельный вездеход, после всех переделок, выглядел устрашающе: обрезанная рама от армейского грузовика покоилась на огромных, метрового диаметра, колесах. Восьмицилиндровый В-образный мотор, судя по количеству чугуна и способности пережить падение в море, залесского производства, после долгих споров все-таки вкрячили по-традиционному — вперед. Мотором занималась Кара, которая, с присущей всем саргашам старательностью, не только перебрала его по болтику, но и наполировала ему клапанные крышки и корпус воздушного фильтра, из-за чего движок сильно выделялся на фоне крашеной суриком рамы и труб, которые должны были быть каркасом для панелей кабины и капота. Когда-нибудь. Когда руки дойдут сделать. Сиденье тоже было только одно. Из второго сделали удобное кресло в отсеке управления. Кузов, на фоне общей длины машин, получился рудиментарным. Скорее даже не кузов, а кузовок, но бочки туда помещались отлично, так что, скатив машину по доскам на причал и загрузившись, Багир приволок аккумулятор. Электростартер был его особой гордостью, так что, подсоединив плюс, он, путем тыканья минусовой клеммой в корпус, запустил двигатель и обвел взглядом собравшихся зевак.

— Шо пан? — высунулся из кабины Михай, — Хвалитесь?

— А то! Это тэбе нэ ручкой маслать! Вжик — и паэхал! Вах какоэ чудо тэхники!

— Тильки треба якийсь ключ або кнопку зробити, а то вси ци танци з акумулятором по селянськи виглядають.

— Сдэлаэм! — Багир лихо, словно джигит в седло, запрыгнул в машину и встал, держась за каркас, — Паэхалы!

Ехать, правда, было всего ничего. Поднявшись, распугивая толпу, до рыночной площади и встав так, чтобы был виден корабль, они сгрузили бочку и начали торговлю. Однако продажи не шли, несмотря на то, что Багир расхваливал товар во всю глотку.

— Молодой человек… — пожилой эретец, который несколько раз прошел мимо морщась от криков, остановился и постучал костяшками пальцев по лбу, — Вот шо вы делаете?

— Выно продаю, да!

— Так вы-ж его так не продадите!

— Вах! Пачэму?

— Ну вот шо вы несете? Какое: «Старое-выдержанное»? Тут народ ест рыбу, носит портки и лапает девок. И все три вещи чем свежее, тем лучше. А вы им про старое. Но, если хотите, за небольшой процент я помогу вашему горю.

— Давай!

— Обожжите пан, — осадил напарника Михай, — З жидами так не можна. З ними треба видразу вси умови обговорювати. Який процент?

— Думаю, семь процентов от выручки будет в самый раз.

— Щось пидозрительно. Занадто мало хоче.

— Молодой человек… — эретец грустно вздохнул, — Был бы я лет на двадцать моложе и будь со мной мой друг Йося, я бы просил все тридцать. А сейчас мне надо исходить не из того, что я хочу, а из того, шо мне готовы отдать. У меня годы не те, шобы драться с двумя здоровыми жлобами из-за пятнашки. Вы же, надеюсь, не будете бить пожилого человека за жалкие семь процентов?

— Нэт! Слово джыгита!

— А вы, молодой человек?

— Ни. Я жидив за гроши николи не бив. Тильки безкорисливо. Вид чистого серця!

— Какой знакомы говор… Вы, часом не с Кресов? С Чернополя?

— Ни. Я с Терновцов.

— А я с Чернополя. И, бывает, сижу тут, посреди этого всего и думаю: «И зачем я только с Кресов уехал?» А потом встречаю поца вроде вас и вспоминаю зачем.

— А я с Дигорской долины! — гордо похвастался Багир.

— По вам видно шо не с Ризи… Ладно — отойдите и не мешайте. Сейчас дядя Меир вам покажет, как надо делать гешефт.

Достав маленькую фляжечку, эретец прополоскал горло и, внезапно громким, ввинчивающимся в мозг голосом заорал нараспев: «Внимание господа! Свежайший крепчайший спирт. Продается дешево не потому шо плохой, а потому шо краденый. Сами сколько могли выпили — теперь собираем на закуску. Будете долго думать — потом будете долго плакать, потому шо замки сменили и такой халявы уже не будет. Молодой человек — шо