Триумф солнца - Уилбур Смит

Лишь сейчас Якуб обратил внимание на незнакомца, сидевшего с другой стороны костра. Он был в традиционной джиббе и носил на ремне широкий меч, но казался слишком толстым для аггагира. На массивном подбородке, где у мужчин обычно растет густая борода, курчавился лишь редкий пучок волос. Якуб присмотрелся повнимательнее и прошипел, охваченный ревнивой ненавистью:

– Башит, почему ты не обманываешь добрых людей своими гнилыми товарами и не тычешься в их жен своим мерзким грязным членом?

– А, Якуб Быстрый Нож! – так же холодно ответил Башит. – Сколько глоток ты перерезал за последнее время?

– Твоя глотка кажется мне вполне подходящей.

– Прекратите свои детские ссоры! – строго прикрикнула Назира, хотя ее самолюбию и льстило, что она до сих пор вызывает такие ожесточенные споры между мужчинами. – У нас немало серьезных дел, которые надо срочно обсудить. Башит, расскажи ему все, что сообщил мне.

– Мы с моим господином аль-Сахави сбежали из Хартума на его пароходе в ту ночь, когда дервиши внезапно напали на город и захватили его. На набережной мы обнаружили девочку Филфил и забрали с собой. Благополучно выбравшись за пределы города, мы скрылись в Лагуне Мелкой Рыбы. Мой господин послал меня сюда разузнать о судьбе аль-Джамаль. Откровенно говоря, он больше не может сидеть в камышах, поскольку дервиши тщательно обыскивают оба берега и обязательно наткнутся на него. Он намерен как можно скорее покинуть эти края и отправиться вверх по Голубому Нилу в абиссинское царство императора Иоанна, где известен как честный торговец и уважаемый человек. Оказавшись в безопасности, он подумает, как спасти аль-Джамаль и аль-Захру. Мой господин еще не знает, что ты и твой хозяин находитесь в Омдурмане, но, уверен, как только я сообщу ему об этом, он непременно захочет объединить наши усилия ради спасения этих несчастных белых женщин.

– Твоего господина зовут аль-Сахави из-за его щедрости и великодушия, – хмуро заметил Якуб. – Люди говорят о его невиданной храбрости, превосходящей храбрость буйвола, хотя никто еще не видел его сражающимся с оружием в руках. А теперь ты говоришь мне, что этот бесстрашный воин намерен бросить на произвол судьбы беззащитных женщин и скрыться в другой стране. А вот мой господин Абадан Риджи, кстати сказать, остается здесь, в Омдурмане, и намерен сделать все возможное, чтобы вырвать этих несчастных из кровавых лап Махди.

– Ха, Якуб, странно слышать от тебя о кровавых лапах, – ухмыльнулся Башит, вставая с бревна и втягивая выступающий живот. – Тявканье щенка не следует принимать за рев мощного пса, – загадочно произнес он. – Если Абадан Риджи желает помочь аль-Сахави в спасении аль-Джамаль, он может послать весточку моему господину. Это можно сделать через абиссинского торговца зерном Раса Хайлу, который регулярно ходит на своих судах из Гондара в Омдурман. Рас Хайлу – преданный друг и партнер моего хозяина, а я не намерен больше тратить свое драгоценное время и нервы на бесконечные споры с тобой. Оставайся с Богом.

Башит повернулся и зашагал прочь.

– Якуб, ты ведешь себя как маленький ребенок! – вспылила Назира, подняв глаза к небу. – Почему я позволяю тебе отнимать мое драгоценное время и нервы? Башит говорит дело. Чтобы вызволить моих девочек из зенаны Махди, а потом переправить через пустыню в безопасное место, потребуется куча денег. Вам придется подкупить охранников во дворце, купить верблюдов и продукты, а главное – безопасно пройти через посты дервишей в пустыне. Есть у твоего господина столько денег? Думаю, что нет. А у аль-Сахави есть. Более того, он обладает здравым смыслом, умом и терпением, чего наверняка нет у твоего господина. Из-за своей идиотской зависти, ревности и злости ты отвергаешь помощь человека, который, в отличие от твоего господина, хорошо понимает разницу между успехом и поражением.

– Если аль-Сахави действительно владеет всеми этими достоинствами и благодетелями, то почему ты отдала свою любимую аль-Джамаль замуж за моего господина, а не за аль-Сахави? – сердито проворчал Якуб.

– Это первые разумные слова, которые ты произнес за сегодняшний день, – согласилась Назира.

– Ты что, против нас? – продолжал наступать Якуб. – Неужели не поможешь нам освободить этих несчастных женщин? Назира, может, ты предпочитаешь не меня, а этого безбородого скопца Башита? Ты же знаешь, как я тебя люблю! – Лицо Якуба жалостливо сморщилось.

– Я совсем недавно в Омдурмане, – продолжала Назира, – и практически никого здесь не знаю. У меня нет никакой возможности пробиться к большим чиновникам. Я вообще мало чем могу помочь тебе, но одно знаю наверняка: ни за что на свете не стану рисковать жизнями моих девочек ради безумных и опасных планов. Если вы хотите, чтобы я хоть чем-то помогла вам, то должны разработать план, который приведет к успеху, а не к поражению. И в этом плане на первом месте должна быть безопасность девочек! – Назира стала сердито собирать кастрюли, горшки и остатки еды. – Иначе говоря, этот план должен мне понравиться. Если вам удастся его выработать, ты сможешь найти меня здесь, на этом месте, утром каждой святой пятницы.

– Назира, ты передашь аль-Джамаль, что мой господин находится здесь, в Омдурмане, и скоро освободит ее?

– Почему я должна вселять в ее ранимую душу ложные надежды на спасение? Она и так сломлена своим неожиданным заключением, трагической смертью отца, потерей своей маленькой сестры Филфил и болезнью другой сестры, аль-Захры!

– Назира, мой господин любит ее и готов пожертвовать жизнью ради ее спасения.

– Он так же горячо любит Бахиту и еще пятьдесят других женщин. Мне плевать, готов ли он отдать жизнь за спасение аль-Джамаль, но я не позволю ей отдать жизнь за него. Якуб, неужели ты никогда не видел, как поступают здесь с женщинами, обвиненными в супружеской неверности? Именно это случится с аль-Джамаль, если все твои планы провалятся. Ты же знаешь, что Махди неведомо милосердие. – Она сложила свои вещи в большой платок, туго связала концы и водрузила себе на голову. – Приходи ко мне только если у тебя будет достаточно разумный план, который можно обсуждать. – С этими словами Назира направилась ко дворцу, грациозно балансируя с большим грузом на голове.

– Сколько у вас денег? – спросил у Пенрода Вад Хагма, предполагаемый дядюшка Якуба.

Капитан посмотрел в его бесцветные глаза и ответил вопросом на вопрос:

– А сколько вам нужно?

Вад Хагма поджал губы и задумался.

– Мне придется подкупить моих друзей во дворце Махди, чтобы они расчистили вам путь к бегству. А это очень уважаемые и достойные люди, которых я не могу оскорбить какой-то мелочью. Затем я должен найти и купить еще нескольких верблюдов, чтобы увезти такое количество людей. Кроме того, понадобится немало денег на провиант и воду для длительного перехода. Надо также хорошо заплатить охранникам на границе. Все это обойдется вам в большую сумму, но лично я не возьму ни гроша за своей содействие. Якуб для меня как родной сын, и его друзья – мои друзья.

– Конечно, он делает это добровольно и даже не думает о собственной выгоде, – поддержал Якуб альтруистические намерения своего дяди.