Заххок - Владимир Медведев

Голос Пивзавода подхватывает:

– Эй, Даврон, ствол имеешь? – Пауза. – Почему молчишь?

Голос, непонятно чей, иронизирует:

– Подожди немного, сейчас он скажет.

Рауф приказывает:

– Проверь.

Понятно. Хотят взять живым. Иначе опустили бы в лаз ствол автомата и дали две-три очереди. Быстро затыкаю патроном левое ухо. Звуки глохнут. Руку с пэ-эм прячу за спиной.

Решётка откидывается. В проёме возникает силуэт. Свет, падающий в курятник через открытую дверь, подсвечивает сбоку его лицо. Это Пивзавод. Стоит на коленях, упёршись руками в раму лаза, и заглядывает в погреб. Всматривается. Что-то говорит. Вытягивает назад правую руку. Через пару секунд рука возвращается с пистолетом – кто-то подал ему пушку. Пивзавод направляет на меня ствол.

Понятно: театр! Пивзавод берет на понт. Провоцирует. Проверяет. Тем не менее с трудом сдерживаю инстинктивный порыв выстрелить. Главная цель – Рауф. Он спросил про оружие, следовательно, подойдёт к лазу и встанет на виду. Ради того, чтоб пустить гниду в расход, стоит рискнуть. Риск не особо велик – восемь шансов из десяти за то, что Пивзавод не выстрелит. Держится без опаски. Убеждён: при аресте меня обыскали и отняли оружие. Он что-то произносит, встаёт и пропадает из виду.

К северо-восточной стороне лаза подкатывается туша на коротких ножках. Рауф! Край проёма обрезает его на уровне груди. Голова в кадр не влезает. Рауф пригибается, вглядывается в глубину погреба.

Выбрасываю из-за спины руку с пистолетом. Стреляю навскидку. Громыхает.

Реакция у Рауфа точно у зверя. Отскакивает назад. Проем лаза пуст. Выковыриваю патрон из левого уха. Необходимо слышать, о чем они говорят. Понять, попал ли. В ушах звенит, но речь разбираю.

Урки вопят:

– Рауфа ранил!

– Достанем, на куски порвём…

– Волыну прятал, пидарас.

Рауф визжит:

– Э, кончайте базар! Руку мне перевяжите.

Рана, определённо, пустяковая. Эх, не судьба…

Пивзавод откликается:

– Хол в дом побежал, сейчас все, что надо, принесёт.

Один из урок подхватывает:

– Я тоже сбегаю, гранату принесу, Даврону брошу, чтоб не борзел.

Рауф верещит:

– Гранату в воронку себе засунь. Граната лёгкую смерть даёт. Я, чтобы он тяжёло умирал, хочу. Чтобы долго мучился, хочу.

Урка, жалобно:

– Как его возьмёшь?! Стреляет…

Рауф визжит:

– В кус своей матери пусть выстрелит!

Приглушённые голоса. Слова разобрать не удаётся. Потом:

– Туже затягивай…

Понятно. Останавливают кровотечение. Затем голос Рауфа:

– Эй, Даврон, пистолет наверх бросай. Если сдашься, убивать не станем, отпустим.

Молчание. Голос Пивзавода:

– Не слышит. От выстрела оглох.

Кто-то из урок:

– Тряпки подожжём, ему сбросим. Он сам выскочит.

– Выпрыгнет, что ли? – голос Пивзавода.

– Лестницу поставим…

Рауф, раздражённо:

– Мозги не крути.

Пивзавод, рассудительно:

– Ничего делать не будем. Пойдём в дом, рану Рауфа перевяжем. Пока плов готовится, пару косяков забьём…

Рауф, злобно:

– А этого что, оставим?! У тебя мозги через нос вытекли?!

Пивзавод, спокойно:

– Пусть в яме сидит. Куда спешить? Без воды через два-три дня ослабеет – спичку поднять не сможет. Наверное, сознание тоже потеряет. Мы вытащим, воды дадим, покушать дадим, силы вернутся, тогда, Рауф, что хочешь с ним делай.

Рауф, злобно:

– Сейчас достать надо.

Пивзавод, спокойно:

– Рауф, сейчас никакого удовольствия не получишь. Рана болит, настроение плохое… Подожди немного, руку вылечишь, а он тем временем совсем готовым станет. Тёплым его возьмём. С кайфом разговор поведёшь…

Рауф бурчит что-то неразборчивое. Урки уходят гурьбой. Запирают курятник.

Семнадцать часов ноль пять минут.

Живым они меня не возьмут. В резерве – семь патронов. На самый крайняк имею возможность застрелиться не менее семи раз. Шутка.

Щёлкаю зажигалкой и нахожу у юго-восточной стены пустую гильзу. Вынимаю снаряженный патрон из правого уха, возвращаю в обойму, а вместо него вставляю отстрелянный. Надо быть готовым стрелять в любой момент, хотя ждать, вероятно, придётся долго.

Одно хорошо: соседи не слишком скоро дадут о себе знать. Температура в погребе – почти как в настоящем морге.