Нефритовая лиса - Крис Велрайт

Они обе замолчали, понимая, о чем идет речь. Ицин кивнула.

— Обещаю.

* * *

Они добрались на корабле до приграничного города — серого, пыльного, утопающего в дыме и в запахе соли. И он встретил их равнодушно, как встречает всех тех, кто уходит, и тех, кто приходит, надеясь начать сначала.

На причале тянулся караван: торговцы с муллами, гружёные телеги с тканями, ящики с сушёными фруктами, мешки с корнями и травами. Через Чжа им удалось договориться о месте в караване, прикинувшись дочерями вдовы, едущими к родственникам в Синтору.

Путешествие оказалось долгим. Дни были пыльные, изнуряющие, под палящим солнцем. А ночи холодные, полные чужого дыхания и треска дров в костре. Караван тянулся медленно, как старая змея по иссохшей тропе: через горные перевалы, вдоль долин и речек, мимо пустых деревень и шумных ярмарок у дорог.

В одном из южных городов Синторы они пересели на плоскодонный баркас, что спускался по реке Ярый — бурной, мутной, мчащейся так, будто торопилась опередить время. Путь был тяжёлым, но каждый день приближал их к цели.

До Виты — столицы Синторы, они добирались так долго, что луна успела вырасти полной и снова истончиться до серпа. Когда они, наконец, увидели, как из утреннего тумана начали проступать белые зубцы башен, Ицин сжала руку Чжа. Они обе не могли оторвать взгляд.

В порту Виты их задержали ненадолго: багажа у них не было, лишь чужие платья и пара монет. Но с первых шагов стало ясно, что здесь всё не так, как в Тивии. Ни пёстрых шатров, ни гомона, ни запаха пряностей. Только серые камни, дисциплина, жёсткие лица, недоверчивые взгляды стражи, закрытые повозки и порядок, что чувствовался в каждом шаге.

— Синтора — город, где сердца леденеют, — хмыкнула Чжа. — Ну что, куда теперь?

Ицин не знала. Она огляделась, надеясь на какое-то знамение. Или подсказку. Он говорил, что встретит его. Но как он будет выглядеть? В чьем теле? Или может быть и вовсе лишь, как тень?

Из шумной толпы отделилась фигура и двинулась прямо к ней.

Чёрные волосы, блестящие на солнце, заплетены в высокий, туго натянутый хвост. На губах спокойная, почти лениво-насмешливая улыбка, и глаза, что отблескивали янтарем. Они едва заметно светились, тем самым знакомым огнем

Он шёл плавно, уверенно, будто каждый его шаг был заранее выверен.

— Госпожа Ицин, — произнёс он, голосом низким и приятным, как будто они были тайными любовниками или давними друзьями.

Ицин не могла оторвать взгляда от его глаз. Она знала, кто он. Узнала с первой же секунды, как только он посмотрел на неё. Зато рядом Чжа покраснела, заметно смутившись. Она начала нервно поправлять одежду, избегая встречи с его взглядом.

— Пойдёмте, госпожа, — повторил молодой человек, настоятельно, но вежливо. Одна рука у него покоилась на эфесе меча, вторая — жестом указала на ворота порта. — Я покажу вам Синтору. И ваш новый дом. Гостиница, не так ли? Вы ведь хотели именно этого?

Ицин вздрогнула. Она еще помнила то, что произошло в павильоне. И навряд ли когда-нибудь забудет.

— Не пугайся, — усмехнулся он, — Ты скоро привыкнешь ко мне.

— Да… господин? — неуверенно ответила Ицин, не зная как к нему обращаться.

— Не надо титулов. Зови меня Мингли, — сказал он.

Он согнул руку в локте, предложив ей опереться. И внезапно игриво подмигнул.

— Зови всегда, когда я понадоблюсь.

Эпилог

И она звала. Каждый раз, когда ей нужно было стать сильнее, могущественнее или бессердечнее. А он приходил к ней, когда ему нужны были деньги, связи, убийства, похищения, одним словом — грязная работа.

Он сдержал свою часть сделки и сделал так, чтобы Ицин смогла отомстить своей семье. Но только уже она сама выбрала способ.

Ицин же никогда не интересовалась, чем он занят и куда уходит, когда исчезает из ее разума и жизни. Она не задавала вопросов и не искала поводов для разговоров. Их отношения были просты: он давал приказы, она исполняла. Всегда исполняла. Даже если приказ казался невозможным.

Как сейчас.

Он просил её похитить сына главы Академии чароплётов — мальчишку, окружённого защитами, печатями, наблюдением. Это было делом не из простых. Но Ицин снова согласилась. Как всегда.

И все же, иногда, ложась спать, она ловила себя на мысли: а что, если он больше не придёт? Она не знала, будет ли это облегчением. В чём-то даже надеяясь, что однажды всё прекратится само собой. Он просто не появится.

Но каждый раз, думая об этом, она чувствовала лёгкое беспокойство. Потому что за страхом, утомлением, раздражением, всегда была и другая мысль. Если он не придёт, значит, больше не нуждается в ней. А тогда… кто знает, что будет с той, кому не предначертано быть среди мира людей. И кто явится вместо него?

Не пора самой попытаться освободиться от его власти и власти мира духов?

— Так тебя интересует сын главы Академии чароплетов? — прошептала Ицин, смотря как над городом всходит солнце. — Интересно, а чароплетам, случайно, не интересен демон?