Такая игра - Дмитрий Сикорский

– Это жетон для прохода на территорию. При выходе подлежит сдаче. В случае утери задержим до выяснения, и поверьте, легко вы не отделаетесь. Так что терять не советую. Удачи. Головачев, пропусти.

Сунул в руку Данилу жетон и удалился в ту же комнату.

Солдатик в кабинке оживился, нажал какую-токнопку и турникет повернулся, открывая узкий проход. Сашка подтолкнул Данила вперед.

– Предъявите жетон – потребовал солдат.

Данил протянул ему выданный майором кругляш. Солдатик сунул его в прорезь какого-то агрегата, дождался, пока жетон выскочит обратно, что-то записал в журнале и протянул жетон обратно Данилу.

– Проходите. Следующий.

Сашка точно так же протянул свой жетон, дождался, пока дежурный выдаст его обратно и прошел вслед за Данилом.

Глава 6

Данил прошел по длинному коридору к выходу и уже взялся за ручку двери, когда Сашка его догнал.

– Погоди. Нам сначала сюда – сказал он, беря Данила за рукав и сворачивая в боковой коридор. Коридор окончился большой комнатой, в которой металлический шкаф во всю стену с множеством нумерованных дверец.

«Прямо камера хранения» – подумал Данил. И не ошибся. Сашка подошел к дверце с номером семнадцать, открыл ее выданным ключом и обернулся к Данилу.

– Электроника какая есть? Телефон, книжка, плеер?

– Только телефон и плеер.

– Клади сюда. Все равно там не работает. А здесь хоть цело будет.

– Почему не работает – не понял Данил – Плеер-то почему? Ему сеть не нужна.

– Там вообще электроника не работает. Никакая. Портится в момент.

– Поля, что ли магнитные?

– Не знаю, я не спец. Не работает, и все тут. Так что сваливай тут, чтобы лишнего не таскать. Батарейки, если есть, тоже клади.

С этими словами Сашка положил в ячейку телефон, ключи от машины и, к удивлению Данила, часы.

– Часы-то зачем?

– А они электронные. А у тебя?

– Механические. «Слава». Отец на 16 лет подарил

– Тогда оставь. Остальное сваливай сюда. Документы тоже клади

– А документы почему?

– Потому, что там они тебе без надобности. Не требуют там документов. Жетон только оставь, а все остальное клади сюда.

Данил последовал примеру Сашки, не без сожаления кладя на полку телефон, и, в особенности, плеер. Утешало только обещание Сашки, что все это ненадолго. Немного подумал и поставил туда же барсетку, проверил наличие в карманах жетона и денег. Наконец все ненужное было убрано, Сашка запер ящик и они двинулись к выходу.

Внутри пресловутая запретка ничем не напоминала военный объект, тем более удостоенный такой серьезной охраны. Больше всего это было похоже на какой-нибудь санаторий или дом отдыха, пусть даже и военный. Березовый лес с зеленой травой, тропинка, ведущая вглубь территории, рядом дорога. На дороге Данил с изумлением узрел направляющийся им навстречу транспорт – самую натуральную лошадь, заряженную в телегу. Колеса у телеги, правда, были вполне современными. Возница лениво посмотрел на идущих, слегка кивнул им и снова уставился на дорогу. На телеге у него стояли какие-то бидоны, числом с десяток, и навалены ящики.

– Ты чего, лошадей не видел? – ухмыльнулся Сашка.

– Видел. Но давно, в детстве. А еще в кино. Вот так, вживую – впервые.

– Основной тут транспорт. Машин-то практически нет.

– А почему машин-то нет?

– Слушай, ангидрит, ты совсем уже… Русским же языком сказал – электроника тут не работает. Машинная в том числе. Движок глохнет тут же.

– Ты же сказал «практически нет». Значит, что-то все-таки работает?

– Есть пара машин с дизелями. Старые, без электроники. Эти худо-бедно работают, только запускать – целая проблема. Так что лошадь однозначно надежнее.

–Слушай, ты можешь толком сказать мне, что тут такое? То, что это военная база, я уже понял. Мы-то что здесь делаем? Как отсюда товар твой выносить? Тут же сплошные кордоны!

– Уймись ты! Ничего тут особого нет. Скоро все узнаешь, увидишь и даже кое-что потрогаешь. Имей чуток терпения. Вон, уже почти пришли.

С этими словами Сашка протянул руку вперед. Действительно, перелесок уже заканчивался, и впереди отчетливо виднелись какие-то строения. Правда, на взгляд Данила, они скорее походили на жилые дома, чем на казармы и склады, но сути это не меняло. В конце концов, это же военный городок, вспомнил Данил указатель на дороге.

Дорога уже шла по задворкам строений, когда Сашка вдруг обернулся и заговорщицки подмигнул Данилу:

– Ты там ничему особенно не удивляйся и от меня старайся не отставать.

– А ты не беги, тогда не отстану.

– Я на всякий случай.

Дорога уходила куда-то влево, но Сашка свернул на тропинку, проходящую между двумя совершенно обычными огородами. На одном из них даже что-то росло, Данил точно разглядел кусты картошки. Засмотревшись на огород, Данил неожиданно уперся в Сашку, стоявшего на краю улицы.

– Ты чего встал?

– Посмотри лучше туда. Когда еще доведется такое увидеть!

Данил глянул в указанном направлении и обомлел. Перед ним располагался натуральный городок Дикого Запада – двухэтажные строения с характерными верандами, с яркими вывесками на фасадах домов и даже с натуральной коновязью, к которой как раз была привязана лошадь. Лошадь, правда, была без седла, да и не выглядела верховой, но антуражу соответствовала как нельзя лучше. Кроме того, Данил разглядел несколько фигур в характерных ковбойских шляпах. Картина была совершенно невозможная для российских – пардон, белорусских – реалий, однако, судя по довольному виду Сашки, Данилу нисколько не мерещилась.

– Это что, декорации, такие? Кино снимают? – Данил лихорадочно подыскивал наиболее подходящее объяснение увиденному – А какой фильм?

– Нет, брат, это не кино. Это просто дома такие. Люди тут живут.

– Да ладно! Разыгрываешь!

– Делать мне больше нечего! Правда, живут.

– Но это ж настоящий Дикий запад. Вон вывеска салуна, вон еще одна…

– И что, там жить нельзя? Дома как дома. Народ развлекается. Чего встал? Пошли.

– Фига себе развлечение – ошарашено сказал Данил, вовсю разглядывая строения. Поселения Дикого запада он представлял себе в основном по кинофильмам типа «Человек с бульвара Капуцинов» или каких-нибудь американских вестернов, но общее впечатление совпадало. Бары, салуны, различные лавки – все примерно соответствовало представлениям, с поправкой на то, что большинство надписей было на русском языке. Даже неброская вывеска с надписью «Оценщик» нисколько не выпадала из общей картины, хотя что тут было оценивать, Данил решительно не понимал.