Семь Оттенков Зла - Роберт Рик МакКаммон

Это целая вечность в компании Роуди Реджи, — тоскливо подумала Берри. Но что еще ей оставалось, кроме как терпеть?

— Я очень надеюсь, что вы поговорите с ним еще раз.

— Даю вам слово.

Больше она ничего не могла сделать. Пожелав капитану доброго утра, Берри покинула его каюту. По пути на камбуз, она миновала вторую и третью каюты, которые занимали Хэмметты и мистер Кой Чендлер. Следом шли помещения, отделенные друг от друга брезентовыми занавесами. Здесь проживали другие пассажиры: мистер Мика Холлидей, мистер Морган Стаут, Диксоны, Джессика Райнхарт и проклятый торговец драгоценностями Реджинальд Гулби. За этой зоной находилась ее собственная каюта, кладовая и трап, ведущий на палубу. Камбуз располагался дальше. Ближе к носу корабля еще одна лестница вела вниз, в отсек экипажа. На «Леди Барбаре» работали восемь человек, которые управлялись с канатами, парусами и рулем, помимо них был еще корабельный кок.

При первой встрече на причале Гулби сказал, что, по его мнению, на борту будут еще шесть-семь пассажиров, но он ошибся на одного, поскольку тучный торговец растительными лекарствами Морган Стаут прибыл с опозданием. Берри немного разузнала о других своих «друзьях по несчастью». Мисс Райнхарт направлялась на встречу со своим женихом в Нью-Йорке. Хэмметты собирались навестить своих сыновей и их семьи. Диксоны переезжали из Ланкастера, чтобы открыть свою бухгалтерскую компанию. Мистер Чендлер — самый молодой, ему было всего двадцать три года, — отправился в свое «великое приключение в колониях».

Беспокойство Берри по поводу Роуди Реджи было единственным отягчающим обстоятельством этого плавания, но оно не шло ни в какое сравнение с тяжестью, которую она испытывала, беспокоясь за Мэтью. Это чувство не покидало ее ни днем, ни ночью. Оно преследовало ее и теперь, когда она шла на завтрак.

У нас с Профессором уговор: я должен помочь ему найти зеркало.

Одиннадцать слов, сказанных Мэтью во время их последнего совместного ужина. Одиннадцать слов, равные одиннадцати тоннам мучений для Берри Григсби.

Неужели ее возлюбленный попросту сошел с ума? Договориться с Профессором и помогать ему разыскивать какое-то зеркало где-то в Италии? И не простое зеркало, о нет! Темное творение, предположительно созданное колдуном, чтобы вызвать демона из Преисподней! А еще эта книга с ритуалами по призыву демонов и тому подобным. Ритуалы должны помочь человеку стать хозяином демона… если, конечно, при вызове не будет допущена ошибка, и тогда злобная тварь, скорее всего, оторвет наглецу голову.

Уж не сошла ли с ума и сама Берри, если она размышляет о зеркале и допускает, что оно может существовать? Нет-нет, такого просто не могло быть.

Мэтью, конечно, найдет зеркало — он ведь способен отыскать даже пенс в свинарнике, — пусть ему придется рыть яму до самого центра земли! Но зеркало будет просто предметом мебели, скорее всего, сломанным и никому не нужным. И тогда, выполнив это нелепое задание, он освободится от своей сделки с Профессором и сможет отправиться домой. Главное, чтобы в процессе выполнения его части сделки с ним ничего не случилось…

А ведь был еще Хадсон Грейтхауз, который оказался настолько глуп, что вызвался помочь Мэтью.

Нет, нет… нужно отбросить такие мысли! Боже, благослови Хадсона Грейтхауза! Если кто и может уберечь Мэтью от опасности, то только этот здоровенный бык. Не то чтобы Берри не нравился Хадсон, просто он и в самом деле был здоровенным быком. А это — именно то, что нужно Мэтью, чтобы оградить его от… чего?

И снова нахлынула тревога.

Книга заклинаний… зеркало, созданное колдуном… богомерзкая идея вызвать демона из ада, чтобы выполнять приказы зловещего преступника…

Какие злоключения могут подстерегать искателей на пути в Италию, если у их путешествия такая темная цель? А что произойдет, когда они доберутся до Италии?

В разгар бессонных ночей, пока «Леди Барбара» прорывалась сквозь волны, а количество миль, отделявших ее от Мэтью, все росло и росло, Берри размышляла о том, что, если Профессор узнал об этом зеркале, находясь так далеко от Италии, то кто еще мог узнать о нем?

Она вздрогнула. Думая об этом в своей уютной розовой каюте, она иногда чувствовала, как чья-то холодная рука проходится по спине вдоль ее позвоночника. Рука смерти, предзнаменование того, что может ждать Мэтью и остальных в их путешествии. Ибо, если это зеркало настоящее… если оно действительно способно вызывать демонов, то его непременно должны искать и другие люди, с еще более зловещими намерениями, чем у Профессора Фэлла. И такие монстры, несомненно, способны на убийство…

— Ах, вот и любовь всей моей жизни!

Берри резко остановилась, не доходя до двери на камбуз, потому что перед ней предстал хулиган Роуди Реджи. Он, как обычно, улыбался своей сальной улыбочкой, буквально призывающей к разврату.

Глава 2

— Пожалуйста, отойдите с моего пути, — сказала Берри, когда к ней вернулось самообладание. Она увидела, что Гулби держит в руках кукурузный пирог, который он явно взял со стола на камбузе и уже успел откусить кусок.

— Любовь всей моей жизни, — повторил Гулби, как будто не услышал требования Берри. — Моя жизнь начинается каждое утро, как только я взгляну на тебя, красавица. И вот ты здесь.

— Я попросила вас… — Она покачала головой и вздернула подбородок с вызовом. — Я сказала вам отойти с дороги.

— Я слышал, — ответил он, но с места не сдвинулся.

Берри посмотрела на него, как на противное насекомое, попавшееся на пути. Хотя назвать его обладателем отталкивающей внешности было не так уж и просто — многим женщинам Роуди Реджи мог показаться очень привлекательным. Берри предполагала, что ему около сорока лет. Он был подтянут и хорошо ухожен. У него были гладко расчесанные каштановые волосы, собранные в низкий хвост, схваченный черной лентой, подстриженные усы и козлиная бородка. Голубые глаза на остроносом лисьем лице глядели пронзительно и живо. Очевидно, его ювелирное дело процветало, потому что даже во время морского путешествия он носил стильные костюмы пастельных тонов с чистыми белыми рубашками с оборками, обычно более темным галстуком, расшитыми жилетами и коричневыми или черными ботинками из экзотической кожи. Проходя мимо него — к сожалению, на близком расстоянии, — Берри не раз улавливала приятный аромат мужского мыла или тоника для волос. Все эти