Моя Америка - Ana Shark

В Сочельник, канун Рождества, мы отправились в церковь. Украшенная цветами пуансеттии, рождественскими комнатными растениями, Первая Оранжбурская церковь смотрелась очень нарядно. Все прихожане были одеты в свои лучшие наряды и пребывали в приподнятом настроении. Мистер Вибли, вообразивший себя музыкантом Колумбийского Оркестра, восседал за своим синтезатором в черном атласном фраке. Преподобный Скроул в состоянии полнейшего блаженства во время проповеди порхал из угла в угол помоста, жестикулируя и упоенно вещая, пока наконец не врезался в стоящую с краю елку, чем очень позабавил меня и Элли. Служба велась дольше обычного, под конец мы перепели все пристойные праздничные песни, обменялись поздравлениями и отправились на семейный ужин. Хотя Рождество – главный праздник большинства американцев, это все же больше семейное торжество без недельных застолий и задушевных ночных разговоров.

В Америке принято оставлять под елкой печенье и молоко для Санты, а еще сладкую морковь для оленей. Конечно, детвора пытается не спать, дабы подкараулить доброго старика с подарками, или услышать топот оленей по крыше, но рано или поздно сдается подступающей липкой дремоте. Малыши и малышки погружаются в магию рождественской ночи…

Глава четырнадцатая. Новый год без оливье

Волшебство закончилось. Как-то в одночасье из магазинов пропали новогодние игрушки, без ярких гирлянд и цветных фонариков помрачнели улицы и дома, а приемники опять запели современные песни, отложив рождественские мелодии на потом. Несколько соседей на нашей улице, включая мистера Неймана, выставили совсем зеленые новогодние елки на мусор, а ведь было только 27-е декабря. У моей бабушки елка порой стояла до Пасхи! «Как же так?!», – хотелось крикнуть мне, ведь главная ночь в году еще впереди. Дома, в любимом городе Ха, приятная пора, пахнущая мандаринами и шоколадными конфетами, только начиналась. От этих хлопот у меня всегда щекотало живот и кружилась голова. Уезжая в Америку, я понимала, что не увижу по телевизору «Иронию судьбы» или «Карнавальную ночь». Но что Новый год наступит незаметно и без ощущения торжества, я предположить никак не могла. Здесь главные праздники – День независимости, День благодарения и католическое Рождество. А вот к Новому году американцы относятся просто – как к дополнительному выходному.

Они не придают последнему дню года особого значения и не уходят с головой в недельную подготовку. Единственное место в Соединенных Штатах, где 31-е декабря ощущается как праздник – большое яблоко, Нью-Йорк.

В предпоследний день года я получила новогоднюю посылку из дому. Я долго не вскрывала ее, крепилась и мучила себя ожиданием. Потом зашла к себе в комнату, закрыла дверь и, аккуратно отвернув края коробки, заглянула внутрь. Хрустящие вафли «Артек» и шоколадные конфеты «Вечерний Киев», новый новогодний фильм с Любовь Полищук на CD-диске, белый шарф, деревянная расческа и детективы Александры Марининой уживались в тесной коробке. Я медленно провела рукой по этим сокровищам, представляя, как мама заботливо упаковывала мои гостинцы. Моя лучшая подруга Света передала мне ванильную гигиеническую помаду и письмо на целых три страницы, где подробно описывала последние события. И все они случились без меня… Здесь лежали и письмо от бабушки, со строгими инструкциями по поддержанию здоровья, открытка от мамы и рисунок от младшей сестры.

Когда я впервые приехала в Штаты, мир Интернета и социальные сети только начинали развиваться. У меня не было возможности каждый день общаться с родными, да и правила моей программы не разрешали частых контактов. Сейчас такие запреты и письма в посылке из-за океана кажутся чем-то диковинным, из прошлого века. Минута – и сообщение в мессенджере отправлено. Но тогда… Тогда для меня тот день был особым. Даже спустя пятнадцать лет я отчетливо помню душевный трепет и жадность, с которыми снова и снова перечитывала письма написанные знакомым почерком. Как куталась в мягкий шарф, пытаясь уловить запах дома. За полгода я истосковалась по родным, а получив посылку, на секунду будто прикоснулась к ним. Но это отнюдь не утешило меня, а наоборот, отозвалось болью в сердце.

В последний день уходящего года Миссис Ди разрешила мне пойти с ночёвкой к сестричкам Ларсен. Рядом с беззаботными двойняшками я не могла грустить. Миссис Ларсен позволила нам дождаться полночи и посмотреть прямую трансляцию из морозного Таймс Сквер, Нью-Йорк. Там огромный светящийся шар падал с крыши сорокаметрового One Times Square в последние шестьдесят секунд старого года, означая приход нового года. Камеры показывали толпы людей в разноцветных шапках и шарфах, коронах и светящихся очках, заполонивших улицы центрального Манхэттена. Популярный ведущий Риджес феерично комментировал происходящее, на большом подиуме в центре Нью-Йорка выступала Леди Гага…И тут начался обратный отсчет, толпа заревела в унисон три-два-один…тысячами голосов. Главная площадь Таймс Сквер взорвалась фейерверками и конфетти, люди на улицах обнимались, целовались и кричали, прыгали и дудели в бумажные дудочки. Наступил 2005 год.

Мои первые полгода в Америке, казалось, тянулись непозволительно долго. Все шесть месяцев я терпеливо ждала новогодней ночи, поскольку теперь начинался обратный отсчет до моего возвращения домой. Я сидела между Марией и Алисон на подвесной скамейке. Стояла тихая звездная ночь, соседи давно спали, ведь утром первого января всех ждал новый трудовой день. Мы кутались в клетчатое флисовое одеяло, молчали и думали каждый о своем. Мария задумчиво смотрела в темное небо. Алисон положила голову мне на плечо. Я вдохнула хрустящий зимний воздух, и вдруг в моем мозгу что-то перевернулось. Все встало точь-в-точь на свои места. Я покачала головой, не веря самой себе, и тайком улыбнулась.

В ту ночь на крыльце я впервые поняла – буду чертовски скучать по своим американским подружкам. По преподобному Скроулу, напыщенной миссис Купер и по яблочным пирогам Миссис Ди. Мне будет недоставать школьной столовой и хрустящих квадратиков Cheez IT, салата Цезарь из ресторана Fatz и пряного воздуха Южной Каролины. Я с горечью осознала: осталось всего шесть месяцев, а не целых полгода до моего приезда в любимый город Ха. Время заторопилось. И что скоро, совсем скоро все это станет историей. Все неприятности и переживания сотрутся из памяти, разобьются на мелкие осколки, освободив место светлым воспоминаниям.

Той звездной южной ночью, на крыльце дома Ларсенов, родилась моя Америка, и с этого момента мы стали неразлучны.

От автора

Дорогой читатель! Спасибо,