Корсары Южных морей - Эмилио Сальгари

Опасливо оглядевшись вокруг и убедившись, что он в коридоре один, Оксфорд прильнул к двери и весь обратился в слух.

– Ты уверен, что видел сигнальный огонь? – услышал он голос маркиза Галифакса.

– Я видел его так же ясно, как вижу вас, – отвечал Дэвис.

– Значит, скоро наши отряды будут здесь.

– Они подойдут к замку не более чем через пару часов, как и было условлено.

– Они окружат замок.

– И мы захватим его.

– Превосходно, – произнес маркиз.

– Вместе с его обитателями. Хозяйская дочка – настоящее сокровище, которое, как я заметил, вы успели оценить.

– Ни слова об этом, Дэвис! Мне нужна одна лишь Мэри Уэнтворт.

– И вы ее получите.

– Наконец-то! Кстати, об обитателях замка… Один из алгонкинов произвел на меня необыкновенное впечатление.

– С чего бы это?

– Глаза его необычайно походили на глаза моего секретаря.

– Оксфорда?

– Разумеется.

– Да если корсары и пощадили этого простофилю, он наверняка помер со страху!

Едва Дэвис произнес эти слова, как в комнату вошел индеец и, прижав палец к губам, призвал англичан молчать.

Оба ошеломленно ахнули.

– Кто вы такой? Что вам угодно? – подозрительно спросил маркиз Галифакс.

– Милорд, разве вы меня не узнаете?

– Оксфорд! Неужели это ты?..

– Конечно я, милорд. Мы одни?

– Сам видишь. Но как ты…

– Всему свое время. Скажу лишь, что всегда был предан вам одному.

– И я должен тебе верить?

– Милорд, я…

– Не беспокойтесь, маркиз, этот трус не лжет, – ехидно перебил его Дэвис. – Он подслушивал наш разговор и, узнав, что мы вскоре захватим замок, конечно, виляя хвостом, прибежал к старому хозяину.

Бросив на метиса полный ненависти взгляд, секретарь продолжил:

– Милорд, прошу вас, не осуждайте меня. Я не рожден солдатом, неудивительно, что я предпочитаю стать на сторону победителя! К тому же я успел возненавидеть сэра Уильяма Маклеллана, ведь он презирает меня и даже не находит нужным скрывать свои подозрения.

– Так, значит, мой брат и соперник и правда здесь?

– Да, это так.

– Он прячется?

– Нет, он переодет в платье краснокожего.

– Хорошо же… Где Мэри Уэнтворт? Она в замке?

– Да, хозяева скрывают ее в потайной комнате.

– Ну что я говорил! – потирая руки, воскликнул Дэвис.

– А где остальные? – спросил Галифакс.

– Каменная Башка далеко отсюда, он ушел на поиски Риберака.

– Торговец переметнулся на сторону бунтовщиков?

– Да, а с ним и канадец Джор.

– Продолжай.

– Малыш Флокко и наемники, как и я, переодеты алгонкинами.

– Великолепно! Расскажи же, где те письма, что Каменная Башка должен был доставить в Тикондерогу?

Злодей Оксфорд молча вынул из нагрудного кармана два письма с зелеными печатями – то были письма, которые потерял Каменная Башка.

– Наконец-то! – пробормотал маркиз, вырвав бумаги из рук секретаря. – Как тебе удалось их добыть?

– Случайно. Признаюсь, я искренне перешел на сторону ваших врагов, когда вы, милорд, меня покинули. Но однажды Каменная Башка выронил из кармана драгоценные письма, и я, как видите, не преминул их подобрать, надеясь, что они еще сослужат мне службу. Мы побывали в таких переделках, что боцман и думать забыл о письмах, а когда вспомнил, было уже слишком поздно.

– Не поздно лишь покарать предателя! – прогремел за его спиной гневный голос. – Поплатись же за свою подлость!

Раздался выстрел. Слабо вскрикнув, Оксфорд тяжело осел на пол.

Побледнев, маркиз и Дэвис резко обернулись.

На пороге потайной двери, которую они не заметили, стоял не кто иной, как сэр Уильям Маклеллан. Он был все так же одет в индейское платье, но голова его была не покрыта, а лицо искажено яростью. В руке он сжимал пистолет, из дула которого поднималась струйка дыма.

На несколько секунд трое мужчин застыли, глядя друг на друга.

Опомнившись, Галифакс и Дэвис схватились за шпаги и выхватили пистолеты.

Несчастный секретарь, хрипя, корчился в агонии в луже собственной крови.

Черты его уже застывали в маске смерти.

Внезапно до врагов донеслись крики, шум торопливых шагов и эхо раздававшихся на английском, французском и алгонкинском языках приказов.

В одну из дверей комнаты вбежали барон де Клермон с сыновьями, аббат Ривуар, Малыш Флокко, Вольф и вооруженные слуги-индейцы. В другую дверь ворвались английские солдаты и офицеры со шпагами наголо и взведенными курками ружей.

Остановившись, представители обеих сторон с ненавистью глядели друг на друга.

– Кто посмел нарушить покой моего замка? – угрожающе спросил барон. – Может быть, вы, маркиз?

– По какому праву вы обвиняете меня? – отозвался Галифакс. – Благодарите за это своих друзей – заговорщиков, предателей родины и союзников американских революционеров! Вы укрыли их в своем доме, что делает вас их сообщником…

– Милорд!..

– Да, я говорю об убийцах и подлых трусах, что скрывались под личиной индейцев, не смея…

– Молчи, презренный лжец! – яростно закричал сэр Уильям. – Тебе ли не знать, что капитан корсаров Бермудских островов никогда не боялся встретиться с врагом лицом к лицу! Дайте мне шпагу! Я хочу вновь увидеть кровь этого мерзавца и посмотреть, насколько она отличается от моей. А потом я сломаю свой оскверненный клинок, чтобы не отравить никого его ядом.

– Пустое бахвальство, бастард! – со злым сарказмом отвечал маркиз Галифакс. – Вы притаились, как трусы, узнав о моем прибытии.

– Это я просил их об этом, – произнес благородный Клермон. – Вы несправедливы, милорд, и ваши поступки недостойны истинного джентльмена и честного солдата.

– Ах так! – взорвался жестокий маркиз. – Вот вы и сбросили маску! Значит, вы признаёте, что переметнулись на сторону врагов короля?

– А когда мы, канадские французы, были вашими друзьями? – воскликнул Анри.

– Превосходно, вы устроили у себя пристанище революционеров и бунтовщиков! – закричал Галифакс. – Именем его величества короля Георга Второго я требую вашей капитуляции! А если вы осмелитесь сопротивляться, мы перестреляем вас всех, женщин и мужчин, европейцев и индейцев!