Триумф солнца - Уилбур Смит

Китченер недовольно нахмурился. Хлеб – основа благополучия современной армии. Без него невозможны сколько-нибудь боеспособные вооруженные силы. И вот теперь ему говорят, что этого продукта у них нет.

– Приходите ко мне завтра, – строго приказал он тыловику и сразу же отправился в британское посольство к Эвелину Берингу.

Если бы кто-нибудь назвал посольство истинным правительством Египта, это стало бы политическим самоубийством, но на самом деле так и было. Беринг отчаянно боролся за назначение Китченера главнокомандующим и сломил сопротивление тех, кто предлагал более влиятельных и прославленных генералов. Они не были друзьями, но считали себя единомышленниками.

Беринг внимательно выслушал Китченера и сказал:

– Думаю, что знаю человека, который может достать для вас хлеб. Именно он снабжал Гордона во время длительной осады Хартума. К счастью, он сейчас в Каире.

Через пару часов таинственный Райдер Кортни уже сидел в кабинете Китченера под суровым взглядом генерала.

– Вы можете нам помочь? – строго спросил тот.

Деловой инстинкт Райдера сработал мгновенно.

– Да, генерал, однако мне потребуется четыре процента комиссионных.

– Ваши условия – получение сверхприбыли, мистер Кортни. Могу предложить два с половиной процента.

– А ваши условия, генерал, – откровенный грабеж, – твердо ответил Райдер.

Китченер растерянно заморгал. Он давно уже отвык, чтобы с ним обращались столь неделикатным образом.

– Однако во имя патриотизма, – продолжал как ни в чем не бывало Райдер, – я принимаю ваше предложение, но только при условии, что моя семья получит приличный дом в Каире и ежемесячное пособие в размере двухсот фунтов, чтобы покрыть самые необходимые расходы.

После этого разговора Райдер сразу же направился к Пенроду, где они с Саффрон остановились на время пребывания в Каире. Он был в прекрасном настроении, да и Саффрон останется довольна таким решением. Она давно хотела жить в этом прекрасном цивилизованном городе, а не в диких горах Абиссинии, вдали от Эмбер. А когда Саффрон была чем-то недовольна, то это равнялось извержению вулкана. Тем более сейчас, когда она была беременна и просто не выносила возражений со стороны мужа. Правда, сам Райдер не видел в этом деле для себя никакой коммерческой выгоды, но Герберт Китченер все изменил своим твердым решением.

Райдер оставил лошадь в конюшне и направился на большую лужайку, расположенную на берегу реки. Джейн Баллантайн, Эмбер и Саффрон пили чай в маленьком летнем домике и перечитывали письмо от Себастьяна Харди, пришедшее с утренней почтой на имя Эмбер.

Мистер Харди с большим удовлетворением информировал мисс Эмбер Бенбрук о новой волне интереса к ее книге «Рабыни Махди», связанного с подготовкой новой войны против империи дервишей в Омдурмане. Кроме того, за последние три месяца издательство «Макмиллан паблишерс» перечислило на ее счет гонорар в пятьдесят шесть с половиной тысяч фунтов. Мистер Харди также просил сообщить всем участникам трастового фонда, что размер их инвестиций, сделанных от имени семьи Бенбрук, возрос примерно в такой же степени, что и доходы от продажи книги. Мистер Харди вложил эти деньги в финансовую компанию «Уикерс», которая недавно приобрела патент мистера Максима на производство его легендарного пулемета. Эти инвестиции выросли почти вдвое и составили весьма приличную сумму в триста тысяч фунтов. Более того, Макмиллан изъявил желание опубликовать новую книгу воспоминаний Эмбер Бенбрук под условным названием «Африканские сны и кошмары».

Сестры так увлеклись планами мистера Харди, что даже не заметили Райдера, и подняли головы, когда на стол упала его тень.

– Из-за чего такое бурное веселье? – спросил он с напускной строгостью. – Терпеть не могу, когда люди веселятся без причины.

Саффрон неуклюже вскочила и поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать мужа в губы.

– Ни за что не догадаешься, – прошептала она ему на ухо. – Ты женился на очень богатой женщине.

– Да уж, в самом деле, я женат на очень богатой женщине, которая живет в Каире, а ее дом оплачивает генерал Китченер и вся египетская армия.

Саффрон отпрянула, не выпуская его из своих объятий, и удивленно посмотрела мужу в глаза.

– Если это твоя очередная глупая шутка, Райдер Кортни, то я… – Она задумалась в поисках самой ужасной угрозы. – …Брошу тебя в Нил!

Он самодовольно ухмыльнулся:

– Слишком рано для утреннего купания. Кроме того, мы с тобой не имеем права терять драгоценное время. Нужно срочно найти подходящий новый дом.

Позже он рассказал ей, что должен немедленно отправляться в Соединенные Штаты и Канаду для закупки двадцати тысяч тонн зерна. Конечно, это был не самый подходящий момент для беременной жены, но что же делать? По крайней мере она сейчас не одна и в его отсутствие займется более интересными делами. Он знал по собственному горькому опыту, что, когда Саффрон одолеет тоска, с ней труднее справиться, чем со всей армией дервишей.

Земля дрожала и гудела под копытами лошадей. Восемь всадников гонялись друг за другом по зеленому длинному полю, а зрители ревели от восторга, подбадривая их громкими криками. Атмосфера во время игры в поло всегда была напряженной, а здесь, когда решалась судьба Кубка Нила и команды египетской армии, страсти накалились до предела.

Белый мяч летел по неровному полю, но полковник Адамс сумел завладеть им и погнал к воротам соперника, низко свисая с седла взмыленной лошади. Размахнувшись длинной клюшкой, он послал мяч на противоположную сторону поля, где изнемогал от нетерпения Пенрод. Тот подхватил мяч, едва он отскочил от земли, послал его вперед и помчался следом, не выпуская из поля зрения противников. Еще несколько точных ударов – и мяч оказался у ворот в дальнем конце поля. Другие игроки отчаянно погнались за ним, но было уже поздно. Через секунду Пенрод нанес последний удар и направил мяч между двумя высокими шестами. В этот момент боковые судьи известили об окончании игры. Египетская армия вновь завоевала Кубок Нила, победив все другие команды.

Пенрод поскакал к боковой линии, где под зонтиком его дожидалась Эмбер. Она с нескрываемой гордостью следила за каждым движением любимого человека, в очередной раз убеждаясь, что он самый красивый мужчина на свете. Конечно, в уголках глаз появились тонкие морщинки, словно гусиные лапки, но в остальном он был хоть куда – высокий, стройный, загорелый, с пронзительным взглядом и роскошными бакенбардами. Уже не юноша, а зрелый мужчина в расцвете сил, на которого всегда можно положиться.

Пенрод подъехал к ней и ловко соскочил с седла. Конюхи сразу же повели лошадь на конюшню, где усталое животное ждали ведро воды и полная торба дурры, а Пенрод протянул руки навстречу Эмбер.

– Я так горжусь тобой! – прошептала она, бросаясь ему на шею.

– В таком случае давай поженимся, – неожиданно предложил он, целуя ее в губы.

Она помолчала, занятая поцелуем, а оторвавшись от него, весело рассмеялась: