Свирепая справедливость - Уилбур Смит

- Пойдет ли она этим путем? - настаивал Паркер.

- Да, сэр, - без колебаний ответил Питер. - Если ее прижать, она пойдет на любую крайность - вы знаете это способ мышления. Если разрушение прекрасно, самоуночтожение дает бессмертие. По-моему, она пойдет этим путем.

Паркер вздохнул и постучал черенком трубки по большим белым зубам.

- Да, это совпадает с нашими данными о ней.

- Вы разыскали данные? - сразу спросил Питер.

- У нас оказалась первоклассная запись голоса, и компьютер сопоставил с ее изображением.

- Кто она? - нетерпеливо прервал Питер; ему не нужно напоминать, что увеличенное изображение и запись голоса немедленно были отправлены в компьютеры разведки, как только она начала высказывать свои требования.

- Ее настоящее имя Хильда Бекер. Она американка третьего поколения немецкого происхождения. Отец ее преуспевающий дантист, он овдовел в 1959 году. Ей тридцать один год... - Питер считал ее моложе, обманула свежая чистая кожа, - коэффициент интеллекта 138. Колумбийский университет в 1965-68 годах. Магистерская степень в современной политической истории. Член СДО - это "Студенты за демократическое общество".

- Да, - нетерпеливо сказал Питер, - знаю.

- Активистка антивоенных действий во время войны во Вьетнаме. Работала над планом переправки обвиняемых в Канаду. Один арест в 1967 году за хранение марихуаны, осуждена не была. Руководила беспорядками в кампусах в 1968. Арестована за изготовление бомбы в университете Батлера. Освобождена. В 1970 покинула Америку для продолжения образования в Дюссельдорфе. Докторское звание в политэкономии в 1972. Известны ее связи с Гудрун Энслин и Хорстом Малером из группы Баадера-Мейнхоф. После обвинения в причастности к похищению и убийству Генриха Кохлера, западногерманского промышленника, ушла в подполье... - Ее биография почти классический пример формирования современного революционера, с горечью подумал Питер, прекрасное изображение зверя. - Считается, что прошла подготовку в лагерях ООП в Сирии в 1976 или 1977. С тех пор очевидных контактов нет. Принимает наркотики на основе конопли, известна ненасытной сексуальной активностью по отношению к обоим полам... - Паркер поднял голову. - Это все, что у нас есть.

- Да, - негромко повторил Питер, - она пойдет до конца.

- Каковы ваши предположения на дальнейшее?

- Я считаю, что операция организована на очень высоком уровне, возможно, правительственном...

- Доказательства! - рявкнул Паркер.

- На это указывает совпадение во времени с резолюцией в ОНН, предложенной несколькими государствами.

- Хорошо, продолжайте.

- Впервые перед нами прекрасно организованный и пользующийся серьезной поддержкой акт, не направленный на какую-то тайную партизанскую цель. Нам предъявили требования, по поводу которых сто миллионов американцев и пятьдесят миллионов англичан скажут: "Черт возьми, это разумно!"

- Продолжайте, - сказал Паркер.

- Бойцы выбрали легкую цель - парию западной цивилизации. Резолюция получит сотню голосов, а миллионы американцев и англичан спросят себя, должны ли они жертвовать четырьмя сотнями жизней своих наиболее достойных граждан для поддержки правительства, политику которого они ненавидят.

- Да? - Паркер наклонился над столом и внимательно смотрел на экран. - Вы думаете, они пойдут на сделку?

- Бойцы? Могут. - Питер помолчал немного, потом продолжил: - Вы знаете мои взгляды, сэр. Я вообще против переговоров с этими людьми.

- Даже в таких обстоятельствах? - спросил Паркер.

- Особенно в таких обстоятельствах. Мои взгляды на политику этой страны совпадают с вашими, доктор Паркер. Это испытание. Какими бы справедливыми ни казались нам требования, мы должны сопротивляться до самой смерти манере, в которой они предъявлены. Если эти люди одержат победу, мы подвергаем опасности все человечество.

- Какова ваша оценка возможности успешного противодействия? неожиданно спросил Паркер, и хотя он понимал, что этот вопрос будет задан, Питер некоторое время колебался.

- Полчаса назад я поставил бы десять против одного, что могу осуществить состояние "Дельта" с жертвами только среди захватчиков.

- А теперь?

- Теперь я знаю, что это не опьяневшие фанатики. Они, вероятно, подготовлены и вооружены не хуже нас, а операция готовилась годами.

- Каковы же наши возможности?

- Я сказал бы, что промежуточного положения нет. Если мы потерпим неудачу, получим ситуацию со ста процентами жертв. Погибнут все на борту и вся команда "Тора", участвующая в действиях.

- Хорошо, Питер. - Паркер откинулся в кресле, это был жест, обозначающий конец разговора. - Я поговорю с президентом и премьер-министром, они поддерживают со мной связь. Потом поставлю в известность послов и в течение часа вернусь к вам.

Экран опустел, и Питер почувствовал, что сумел подавить свою ненависть. Он был холоден и готов к эффективным действиям, как скальпель хирурга. Готов к работе, для которой так тщательно тренировался; он способен хдаднокровно оценивать свои шансы на успех и поражение.

Он нажал кнопку вызова. Колин ждал за звуконепроницаемой переборкой в командной рубке, он появился немедленно.

- Парни разобрали гранату. Первый сорт. Предположительно, взрывчатка новейшего советского производства, граната фабричного изготовления. Профессиональное оружие - и оно сработает. Да, парень, сработает.

Питер едва ли нуждался в этом подтверждении, а Колин, усевшись в кресло против Питера, продолжал:

- Мы пропустили запись через телепринтер Вашингтона... - Он наклонился и проговорил в микрофон: - Пустите запись, вначале без звука. И мрачно сказал Питеру: - Это дурная новость, которую я пообещал.

На центральном экране пошла запись. Она была сделана из кабинета, выходящего на площадку обслуживания.

Изображение "боинга", задний план искажен увеличением и волнами нагретого воздуха, поднимающимися с раскаленного бетона.

На переднем плане обнаженные плечи и торс самого Питера, он идет к самолету. Изображение замедленное, так что Питер почти не сдвигается с места.

Неожиданно начала отодвигаться передняя дверь самолета, и оператор мгновенно еще больше увеличил изображение.

Показались два пилота и стюардесса, камера дала несколько кадров, и изображение опять увеличилось. Объектив быстро приспособился к темноте внутри, показалась прекрасная голова блондинки, но вот эта голова слегка повернулась, и милые губы шевельнулись: девушка что-то сказала - как будто два слова, прежде чем снова повернуться лицом к камере.

- Ну, хорошо, - сказал Колин. - Пропустите снова, с обычной записью звука.

Снова пошла запись, открылась дверь, показались три заложника, повернулась золотая голова, и послышались слова Ингрид: "Нет слайда", но на фоне сильного треска и шипения.