Ситка - Луис Ламур

Пересечение улиц Джексона и Кэрни было известно как «Уголок убийц». Напротив «Опера Комик» находился салун Дэнни О'Брайена, и развлечений больше выбирать было не из чего. Салун был любимым местом встреч для головорезов из Сидней-тауна, а позже для крутых ребят из банды, получившей название «рейнджеры Барбари Коуст» — рейнджеры Варварского побережья. Салун сгорел, но был перестроен с некоторыми добавлениями, однако клиентура там осталась прежней. В подвале под салуном находились комнаты для иных развлечений, чем выпивка и азартные игры. В яме, расположенной в центре подвала, устраивались собачьи бои, где собаки дрались с собаками или с другими животными. Человек, которому для работы нужны были крутые парни, мог быть уверен, что найдет их в салуне О'Брайена.

На следующий вторник после встречи между Лабаржем и Зинновием три человека беседовали за неприметным столиком у О'Брайена. Едва Чарли Дюан, Ройл Вебер и барон Зинновий уселись, как появился сам О'Брайен. Вебера и Дюана он знал очень хорошо, особенно Дюана, который был политиком, посредником, и не гнушался прибылями от некоторых нелегальных операций. Этих двоих было достаточно, чтобы привлечь его внимание, но элегантная одежда барона пахла большими деньгами, а этот запах был особенно любим Дэнни О'Брайеном. Он подошел к их столику, вытирая свои жирные руки о жилетку.

— Что вам угодно, джентльмены?

— Бутылку мадеры, — сказал Зинновий. Он смерил О'Брайена своими холодными глазами.

Владелец салуна улыбнулся.

— Да, сэр! У нас есть как раз то, что вам нужно. Мы готовы угодить любым вкусам, не так ли, мистер Дюан?

Он сам принес вино и стаканы и склонился над столом, наливая мадеру гостям; Дэнни О'Брайен был знающим человеком, и эти трое явились к нему не без причины. Он уже имел дела с Дюаном и Вебером. В конце концов, он был известен им как человек, который во время выборов может обепечить пятьсот голосов, при условии, если некоторые парни будут голосовать несколько раз. К тому же он мог достать практически все, в этом на него можно было рассчитывать.

О'Брайен положил руки на стол.

— Может быть, желаете девочек? Есть на любой вкус. Только назовите и...

— Нет. — Дюан перешел к делу. — Мы хотим поговорить с Вули Кэрни. О'Брайен быстро продумал ситуацию. Кэрни был бывшим австралийским заключенным, который хвастался, что может избить в драке любого. Он убил одного заключенного, потом — охранника при побеге, а в Сан-Франциско он убил по меньшей мере одного человека прилюдно, кулаками. Если им был нужен Кэрни, значит, кто то должен получить хорошую взбучку.

Кэрни положит деньги в карман, а О'Брайену не достанется и цента.

— Кэрни? — с сомнением спросил он. — Последние несколько дней его не было видно. — Он понизил голос. — Кто этот джентльмен, которого вы хотите проучить? Я знаю нужных парней.

Вебер заерзал на стуле. Он немного вспотел. Дюан глянул на Зинновия, и тот пожал плечами.

— Жан Лабарж.

Зинновия удивило внезапно изменившееся выражение лица О'Брайена. Владелец салуна выпрямился и провел языком по губам.

— Стало быть, Лабарж? Вам для этого наверняка понадобится Кэрни. Или, может быть, трое из моих парней.

— Трое? — вопросительно поднял бровь Зинновий.

— Он крутой человек, этот Лабарж. Большинство моих парней не захочет иметь с ним дело, но я знаю троих, которые сделают эту работу, и никаких промашек.

В глазах Зинновия появился лед.

— Если случится промашка, — сказал он спокойно, — я велю вас застрелить.

Пораженный О'Брайен снова посмотрел на Зинновия. Этот человек не шутил.

— Хотите, чтобы его избили? — спросил он.

— Я хочу, чтобы он на некоторое время вышел из игры. — Зинновий взял переговоры на себя. — Пусть его изобьют, но в добавок сломают руку или ногу. Я также хочу, чтобы его склад, где он держит пшеницу, сгорел дотла.

О'Брайен нерешительно помолчал.

— Это будет стоить вам тысячу долларов, — наконец сказал он.

Барон Зинновий поднял глаза, в которых не отражалось ничего.

— Вы получите пятьсот. Если Лабаржа изобьют как следует, еще пятьсот. И еще пятьсот, если сгорит его склад.

О'Брайен глубоко вздохнул.

— Будет сделано, завтра вечером.

Зинновий подтолкнул по столу маленький мешочек. Когда тостая рука О'Брайена накрыла его, мешочек слегка звякнул.

— Проследите, чтобы все было сделано как надо, — приказал Зинновий.

Когда они направились к двери, Дюан немного задержался и прошептал: